ЖЕМЧУГА МУДРОСТИ

ЖЕМЧУГА МУДРОСТИ

Притчи

Оглавление

ПРИТЧА О БОГЕ И ДВУХ БРАТЬЯХ.. 5

ПРИТЧА О ДВУХ ВОДОЁМАХ.. 5

ПРИТЧА О ЖЕНЩИНЕ, НЕ СТАВШЕЙ МАТЕРЬЮ… 6

ПРИТЧА О ЦЕЛИТЕЛЕ.. 6

ПРИТЧА О ВЕТРЕ И ЦВЕТКЕ.. 7

ПРИТЧА О ВЕРЕ.. 7

ПРИТЧА О ТОМ, КАК МОЛОДЫЕ  ЛЮДИ ВЫБИРАЛИ СЕБЕ СПУТНИЦ ЖИЗНИ.. 8

ПРИТЧА О ДВУХ МАСТЕРАХ.. 9

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ДВА БРАТА МИР ЗАВОЕВЫВАЛИ.. 9

ПРИТЧА О БОГАЧЕ И НИЩЕМ… 9

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ДВА ПУТНИКА ПОДНИМАЛИСЬ В ГОРУ.. 10

ПРИТЧА О ПОТЕРЕ И ПРИОБРЕТЕНИИ.. 11

ПРИТЧА О ПУТНИКЕ И ЖАЖДЕ.. 11

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОМ СТРЕМЛЕНИИ.. 11

ПРИТЧА О СЛЕПЫХ.. 12

ПРИТЧА О ТОМ, КАК РАСПОРЯДИЛИСЬ МУДРЕЦЫ СВЕТОЧЕМ ЗНАНИЙ.. 13

ПРИТЧА ОБ ОБУЧЕНИИ ЗЕМНОМ И НЕБЕСНОМ… 13

ПРИТЧА О ЦВЕТКЕ.. 14

ПРИТЧА О БОГЕ И УЧЕНИКАХ.. 14

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКАХ.. 15

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ДВА УЧЕНИКА СТРЕМИЛИСЬ ПОЗНАТЬ БОГА.. 16

ПРИТЧА О ТРЁХ УЧИТЕЛЯХ.. 16

ПРИТЧА О ТОМ, КАК  ДВА  БРАТА  ШЛИ К СЧАСТЬЮ… 17

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ЧЕЛОВЕК ХОТЕЛ ДЛЯ СЕБЯ БОЛЬШОГО СЧАСТЬЯ.. 18

ПРИТЧА ОБ УСТАВШЕМ ЧЕЛОВЕКЕ.. 18

ПРИТЧА О ВУЛКАНЕ.. 19

ПРИТЧА О ПУТНИКЕ  И ИСТОЧНИКЕ ВОДЫ… 20

ПРИТЧА О БАБОЧКЕ.. 21

ПРИТЧА О ДВУХ КУВШИНАХ.. 22

ПРИТЧА О ПОСЛАННИКЕ БОГА И ТОЛПЕ.. 23

ПРИТЧА О ДВУХ ПТИЦАХ.. 24

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ И ГЛУПЦЕ.. 24

ПРИТЧА О ГЛУПЦЕ И ИСТОЧНИКЕ.. 24

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКЕ, СВЕРНУВШЕМ С ДОРОГИ.. 25

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКЕ, ПРЕДАВШЕМ СВОЕГО УЧИТЕЛЯ.. 26

ПРИТЧА О ЧАШЕ ЖИЗНИ.. 27

ПРИТЧА О РАСПЛАТЕ.. 28

ПРИТЧА О ВЛАСТОЛЮБЦЕ.. 29

ПРИТЧА О ХУДОЖНИКАХ.. 30

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СТРАСТИ.. 31

ПРИТЧА О СЫНЕ, ПРЕДАВШЕМ МАТЬ. 32

ПРИТЧА О ЦЕНЕ НА СЧАСТЬЕ.. 33

ПРИТЧА О ДВУХ КОЛОКОЛАХ.. 34

ПРИТЧА О МАЯТНИКЕ СЧАСТЬЯ.. 35

ПРИТЧА О ПОСТУПКЕ, СОВЕРШЁННОМ ИЗ ЛЮБВИ.. 36

ПРИТЧА О ЛИЦЕДЕЕ.. 37

ПРИТЧА О СМЕХОТВОРЦЕ.. 38

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ЧЕЛОВЕК ПРИ ЖИЗНИ УПОДОБИЛСЯ БОГУ.. 39

ПРИТЧА О ТОМ, КАК СТАНОВЯТСЯ ФУРИЯМИ.. 41

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ПОЯВЛЯЮТСЯ ЯЗВЫ… 43

ПРИТЧА О СОРНЯКЕ.. 43

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И РОЗОВОМ БУТОНЕ.. 44

ПРИТЧА О КРЫЛАТОСТИ И БЕСКРЫЛОСТИ.. 45

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И ГОРЕ.. 46

ПРИТЧА О ПОМОЩИ.. 47

ПРИТЧА О НЕЛЮБИМОМ  УЧЕНИКЕ.. 48

ПРИТЧА ОБ УТРАТЕ.. 49

ПРИТЧА О ПУТНИКАХ И ГРОЗЕ.. 50

ПРИТЧА О СТАРИКЕ И РОЗАХ.. 50

ПРИТЧА О МУДРОСТИ.. 51

ПРИТЧА О ПОСТИЖЕНИИ.. 52

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ И НИЩЕМ… 53

ПРИТЧА О СТРАННОСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ.. 54

ПРИТЧА О ПТИЦАХ.. 54

ПРИТЧА О БОЛИ СЕРДЕЧНОЙ И ГОЛОВНОЙ.. 55

ПРИТЧА О БЕСПОЛЕЗНОМ… 56

ПРИТЧА ОБ УЧИТЕЛЕ, ПРОДАЮЩЕМ ЗНАНИЯ.. 57

ПРИТЧА О БЛАГОДЕЯНИИ.. 58

ПРИТЧА О БОГАЧЕ И СОБАКЕ.. 59

ПРИТЧА О ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ.. 60

ПРИТЧА О РОЗЕ СЕРДЦА.. 61

ПРИТЧА О ГОРЕЧИ.. 63

ПРИТЧА О ДОСТИЖЕНИИ РАЯ.. 63

НОЧЬ ОДИНОЧЕСТВА.. 64

ПРИТЧА О ЗАГУБЛЕННОМ ДЕРЕВЕ.. 65

ПРИТЧА О МУДРОСТИ И МУДРСТВОВАНИИ.. 66

ПРИТЧА О  СВЕЧЕ И ВЕТРЕ.. 66

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И ПТИЧКЕ.. 67

ПРИТЧА О КАМНЕ ЖИЗНИ.. 68

ПРИТЧА О САМОУВЕРЕННОМ НАСТАВНИКЕ.. 69

ПРИТЧА О ДЕРЕВЕ СЧАСТЬЯ.. 70

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ-ГОНЧАРЕ.. 70

ПРИТЧА О ГЛУХОМ, СЛЕПОМ И НЕМОМ… 72

ПРИТЧА О СКУДОУМИИ.. 72

ПРИТЧА ОБ ИСТИНЕ.. 73

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОМ КОВАРСТВЕ.. 73

ПРИТЧА О СОСУДЕ ЛЮБВИ.. 74

ПРИТЧА О СОВЕТЕ  БОГА.. 75

ПРИТЧА О БЕЗУМНОЙ ПРОСЬБЕ.. 76

ПРИТЧА О ПУТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ… 77

ПРИТЧА ОБ ОДЕЖДЕ И МУДРОСТИ.. 78

ПРИТЧА О ЛИКЕ СМЕРТИ.. 78

ПРИТЧА О ЖИВУЩЕМ ДЛЯ СЕБЯ.. 79

ПРИТЧА О ЛЮБВЕОБИЛЬНОСТИ.. 80

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКЕ, НЕ УЗНАВШЕМ УЧИТЕЛЯ.. 81

ПРИТЧА О ТОРГОВЦЕ.. 81

ПРИТЧА О ДОЛГОЙ И КОРОТКОЙ ЖИЗНИ.. 82

ПРИТЧА О ПОТЕРЯННОМ СЧАСТЬЕ.. 82

ПРИТЧА О ПРОРОЧЕСТВЕ И ЛЮДЯХ.. 83

ПРИТЧА ОБ ОБЕЗУМЕВШЕЙ ЖЕНЩИНЕ.. 83

ПРИТЧА ОБ ИНОСКАЗАТЕЛЬНОСТИ.. 84

ПРИТЧА О ЖЕНЩИНЕ, ПОПРАВШЕЙ ЗАКОНЫ БОГА.. 85

ПРИТЧА О БОЛЬНОМ СЕРДЦЕ.. 85

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ, ГОВОРИВШЕМ ПРИТЧАМИ.. 86

ПРИТЧА О БЕСТОЛКОВОЙ КУРИЦЕ.. 86

ПРИТЧА О МИСКЕ МЁДА И МУДРОСТИ.. 87

ПРИТЧА О ТОМ, КАК МАТЬ СПАСЛА СЫНА.. 87

ПРИТЧА О СМЕРТИ И ЦЕЛИТЕЛЯХ.. 88

ПРИТЧА О ЧУЖОМ И СВОЁМ ГОРЕ.. 89

ПРИТЧА О СМЕРТИ.. 90

ПРИТЧА О СПОРЕ ЖИЗНИ И СМЕРТИ.. 90

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ, ЖЕЛАВШЕМ ПОСТИЧЬ НЕПОСТИЖИМОЕ.. 91

Притча о бесполезном рвении.. 92

Притча об осознании.. 92

ПРИТЧА О БЛИЗОРУКОСТИ.. 93

ПРИТЧА О НЕДАЛЬНОВИДНОМ ПРАВИТЕЛЕ.. 94

ПРИТЧА О РОКОВОЙ ЖЕНЩИНЕ.. 94

ПРИТЧА О КАРАСЕ И ФОРЕЛИ.. 95

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОМ СЧАСТЬЕ.. 96

ПРИТЧА О ГОРЕ И БОГАТОМ РОДСТВЕННИКЕ.. 96

ПРИТЧА О МАТЕРИАЛИСТЕ И ИДЕАЛИСТЕ.. 96

ПРИТЧА О КНИЖНОЙ МУДРОСТИ.. 97

ПРИТЧА О ПРАВИТЕЛЕ И ПРОВИДЦЕ.. 98

ПРИТЧА О ГЛУПОСТИ И ЖАДНОСТИ.. 98

ПРИТЧА О ЗОЛОТЕ.. 99

ПРИТЧА О СЛЕПОЙ ЛЮБВИ.. 100

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И ПРИРОДЕ.. 101

ПРИТЧА О ТОМ, КАК МАТЬ ОТКАЗАЛАСЬ ОТ СЫНА-БОГА.. 102

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ПОНИМАТЬ БЛАГО.. 103

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ВРАЖЕСКОЕ НАШЕСТВИЕ ОБРАТИТЬ В ПОЛЬЗУ.. 104

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ГЛУПОСТИ.. 104

ПРИТЧА О ВАЖНОСТИ.. 105

ПРИТЧА О ДЕРЕВЕ.. 106

ПРИТЧА О ХРИСТЕ.. 106

ПРИТЧА О ТОМ, ЧТО ЖЕНЩИНА СРОДНИ БОГУ.. 108

ПРИТЧА О НЕРАДИВОМ УЧЕНИКЕ.. 108

ПРИТЧА О СЛЕПОМ ЧЕЛОВЕКЕ.. 109

ПРИТЧА О НЕСЧАСТНЫХ.. 109

ПРИТЧА ОБ ОБЛИКЕ БОГА.. 110

ПРИТЧА О ПРАВИТЕЛЕ.. 111

ПРИТЧА ОБ ОВЦЕ.. 112

ПРИТЧА О ЛЕБЕДЕНКЕ.. 112

ПРИТЧА О ГЛУПЦЕ, ОСУДИВШЕМ МУДРЕЦА.. 113

ПРИТЧА ПРО ОРЛА И КУКУШКУ.. 113

ПРИТЧА О ЦАРИЦЕ-ЗМЕЕ.. 113

ПРИТЧА О ДЕВОЧКЕ, ПОБЕДИВШЕЙ ГИДРУ.. 114

ПРИТЧА О ГЛУПОМ ПРАВИТЕЛЕ.. 115

ПРИТЧА О ПАУКЕ.. 116

ПРИТЧА О ПОЧИТАНИИ РОДИТЕЛЕЙ.. 116

ПРИТЧА ОБ УРОКЕ СМИРЕНИЯ И ПОКОРНОСТИ.. 117

ПРИТЧА О ЖЕЛАЮЩИХ НАУЧИТЬСЯ МУДРОСТИ.. 117

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ И КУРИЦАХ.. 118

ПРИТЧА ОБ УРОКЕ НА ПОСЛУШАНИЕ.. 118

ПРИТЧА ОБ ИЛЛЮЗИИ.. 119

ПРИТЧА О СУМАСШЕСТВИИ.. 120

ПРИТЧА О БЛИЗКОМ И ДАЛЬНЕМ… 122

ПРИТЧА О ЗАСЛУЖЕННОМ… 122

ПРИТЧА О ПОМРАЧНЕНИИ.. 122

ПРИТЧА О ПРИЗНАНИИ.. 123

ПРИТЧА О НАСЛЕДИИ.. 123

ПРИТЧА ОБ УСМЕШКЕ.. 124

ПРИТЧА О ПРЕДПОЧТЕНИИ.. 124

ПРИТЧА ОБ ЭКЗАМЕНЕ.. 124

ПРИТЧА О ЛОЖНОМ МИССИОНЕРСТВЕ.. 125

ПРИТЧА О ЗНАКЕ БОГА.. 126

ПРИТЧА О БОГЕ И ФИЗИКЕ.. 127

ПРИТЧА О ПЛАТЬЕ БОГА.. 127

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ — РОЗЕ МИРА.. 128

ПРИТЧА ОБ ИМЕНИ БОГА.. 129

ПРИТЧА О СЛАБОУМНОМ ХАНЕ.. 130

ПРИТЧА О БЕССМЕРТИИ.. 130

ПРИТЧА О НЕЗРЯЧЕМ… 131

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОЙ ИСТИННОСТИ.. 131

ПРИТЧА О БОГАЧЕ И ЛЕКАРЕ.. 132

ЛУНА И ЗВЕЗДА

(притча в стихах)

Луна ярчайшую Звезду закрыла вдруг собой.

«Постой! —

Звезда взмолила. —

Я — светило.

Свечу сама собой,

Вселенная живёт и дышит мной.

И даже если я погибну,

Спору нет,

Светить я буду миллиарды лет.

А ты лишь отражаешь солнца свет

В своём холодном преломленье,

Себя утешив в умиленье,

Что ты одна из тех планет,

Которым суждено гореть!»

Луна в ответ проговорила:

«Уж если дать дорогу всем Светилам,

То сам в безвестности умрёшь

И к славе не дойдёшь.

А я хочу, чтоб обо мне весь мир заговорил!

Чтобы меня поставил в ряд больших Светил!

А есть талант иль нет — что горевать:

Я свет чужой умею отражать!»

———

Коль лишь в отражении идей чужих

Талант твой проявился,

То лучше б вообще ты не родился,

Ведь проку нет в «творениях» твоих.

ПРИТЧА О БОГЕ И ДВУХ БРАТЬЯХ

Обратились два брата к Богу: «Научи нас Великой Науке жизни».

— Хорошо, — ответил Всевышний, — я призову вас, когда вы будете готовы.

Один брат стал ждать Высшего Знамения, а другой решил сделать как можно больше в жизни своей до того Великого Часа, когда призовёт к ученичеству Бог. Он построил  дом, посадил сад, вырастил детей, прочёл чужие книги и написал свои, учился у людей и учил людей сам и торопился, торопился, чтобы как можно больше успеть. Он ложился поздно, вставал рано, но всё время чувствовал, что многого не успевает, что ещё больше, чем сделано, остаётся на завтра. Он спешил делать, чтобы, представ перед Богом в образе ученика, совершить для жизни ещё больше.

А первый брат только ждал Знамения и торопил время, чтобы быстрей пробил тот час, когда он приступит к настоящему делу. Но вот приблизился миг смерти, и оба брата снова обратились к Богу:

— Мы ждали Твоего Знамения всю жизнь. Мы хотели стать Твоими учениками, чтобы, познав Великое Учение, преобразить мир.

— Человеку не нужно Знамения, — ответил Бог, — потому что он сам знает, что должен делать. Вы хотели получить знания, чтобы преобразить мир, но, пока один хотел, другой без устали работал над этим. Пробил час, и вы покидаете этот мир. Оглянитесь  и посмотрите, что вы оставили после себя.

Один брат увидел свои творения, другой — только свои желания.

— Истинный ученик, — сказал Бог, — не тот, который имеет желания, а тот, который, имея желания, творит. Настоящий ученик не тот, кто боится грязной и трудной повседневной работы, а тот, кто преодолевает её на пользу жизни. Только в труде можно постичь знания. Желания пусты, и извлечь из них Учение невозможно.

При этих словах Бог протянул одному руку и сказал:

— Войди в мою обитель, ибо в труде ты познал Истину, через Истину — Высочайшую Мудрость Жизни.

Другой же ушёл в небытие, ибо пустота только пустотою полнится.

Умейте извлекать уроки из жизни. Жизнь — это бесконечный урок, где можно постоянно учиться. Кто желает познать, тот познает, кто не желает, тот останется вечным невеждой.

ПРИТЧА О ДВУХ ВОДОЁМАХ

Некогда появились на земле два водоёма, порождённые двумя подземными истоками. Вода заполнила две равные земные раковины, и образовалось два чистых прекрасных озера. Вода прибавлялась, и каждому озеру надо было решить: каким быть дальше. И услышали они голос Свыше:

— Есть два пути — стать глубже, но меньше, напоминая прозрачную лужицу, или стать шире и больше, разлившись по поверхности земли.

— Я стану шире и больше, — решило одно озеро, — чтобы даже птица с высоты своего полёта видела меня.

— А я хочу сохранить чистоту вод своих, чтобы любой желающий мог утолить жажду, — сказало другое.

— Кому будет нужна твоя вода, — усмехнулось первое озеро, — если её с трудом можно будет отыскать среди зарослей. Все будут приходить ко мне, потому что будут видеть меня издалека.

Прошло время. Первое озеро разлилось на огромные пространства. Не нужно было прикладывать усилий, чтобы отыскать его. Другое ушло в трещину земли, просочившись сквозь кристаллы горных пород. Оно стало меньше и почти неразличимо в тени густой зелени.

Наступило время великого солнцестояния, и омелевшее огромное озеро начало загнивать. Дурной запах стал исходить от него, вода замутилась, покрылась зеленью и слизью, а маленькое озеро, ставшее еле приметным водоёмом, приняло в себя Священные Лучи и стало ещё прекраснее, прозрачнее и чище. Оно словно заискрилось в свежей чистоте своей. И как бы ни было оно мало, всё живое, жаждущее воды, находило его и освежало себя кристальной чистотой священной влаги.

Под воздействием Солнца происходят те изменения, которые ускоряют процессы, связанные с истинной сутью всех явлений: гнилое быстрее загнивает, чистое — очищается. Так и человек становится чище, если обращает свой взгляд в глубину свою, а не на поверхность. У человека всегда есть свобода выбора, но в том, что он изберёт, проявится его суть.

ПРИТЧА О ЖЕНЩИНЕ, НЕ СТАВШЕЙ МАТЕРЬЮ

Одна женщина очень хотела иметь детей. Когда наступала беременность, к её дому подходили дети, которые в чём-то нуждались, а женщина, отягощенная своим положением, отгоняла их, произнося одну и ту же фразу: «Не до вас сейчас. Я жду своего ребёнка, которому должна отдать всё и посвятить всю себя».

Дети уходили, и через время беременность прерывалась.

Прошло несколько лет, и женщина, устав ждать, обратилась к Богу:

— За какие грехи Ты караешь меня, Господи, ведь я веду благочестивый образ жизни? Я выполняю все твои Законы, за что же ты меня так наказываешь?

Бог ответил:

— Тебя раздражают чужие дети, и ты равнодушна к нужде страждущего ребёнка, а значит, нет в тебе ещё материнства. Разве можно дать дитя тому, в ком нет этих святых чувств?

Легко лишиться своего, если равнодушен к чужому. Женщине, обидевшей чужое дитя, воздается через своё.

ПРИТЧА О ЦЕЛИТЕЛЕ

Одному лекарю нужно было идти к больному, но вдруг разыгралась буря: лил дождь как из ведра, сверкала ослепительная молния, грохотал гром, и страшно было выйти из дому. Лекарь решил переждать непогоду. Когда дождь кончился, он поспешил к больному, но опоздал. Тот уже умер.

Всю жизнь проклинал себя лекарь, всю жизнь в любую погоду, преодолевая любые расстояния, шёл он туда, где в нём нуждались. Пришло время и ему покинуть эту жизнь, и в этот миг рядом с ним не оказалось никого. Он ждал, что кто-нибудь зайдёт и хотя бы выполнит последнюю миссию: закроет ему глаза. Но никто так и не пришёл, и он умер, глядя в небо широко открытыми глазами, будто продолжал ждать кого-то.

Жизнь приносит немало испытаний, и, если человек за личным забывает чужое, он в первую очередь забывает о себе.

ПРИТЧА О ВЕТРЕ И ЦВЕТКЕ

Ветер встретил прекрасный Цветок и влюбился в него. Пока он нежно ласкал Цветок, тот отвечал ему ещё большей любовью, выраженной в цвете и аромате. Но Ветру показалось мало этого, и он решил: «Если я дам Цветку всю свою мощь и силу, то тот одарит меня чем-то ещё большим». И он дохнул на Цветок мощным дыханием своей любви. Но Цветок не вынес бурной страсти и сломался. Ветер попытался поднять его и оживить, но не смог. Тогда он утих и задышал на Цветок нежным дыханием любви, но тот увядал на глазах. Закричал тогда Ветер:

— Я отдал тебе всю мощь своей любви, а ты сломался! Видно, не было в тебе такой же силы любви ко мне, а значит, ты не любил!

Но Цветок ничего не ответил. Он умер.

Любовь не в страсти, а в благоговении. Тот, кто любит, должен помнить, что не силой измеряют Любовь, а нежностью и трепетным отношением. Лучше десять раз сдержаться, чем один раз сломать.

ПРИТЧА О ВЕРЕ

Жили два брата. Один верил Богу, другой — людям. Решили они однажды постичь Истину. Один сказал, что истина — в Божественном, другой — в человеческом. Первый выбрал себе длинную дорогу и пошёл по этому трудному пути в гору. И голод и холод одолевали его, и казалось, вот-вот отчаяние воцарится в душе, но он не думал ни о чём, кроме Истины, которую хотел постичь, и шёл всё выше и дальше.

Второй остался среди людей и стремился следовать их советам, но чем больше он их слушал, тем бесконечнее и неразумнее были людские пожелания. Из тысячи и тысячи советов, данных людьми о том, в чём Истина, он не нашёл ни одного, который бы приоткрыл перед ним свет. Измученный и обессиленный, он пожелал себе только смерти, потому что дальнейшие поиски могли привести его только к безумию.

Первый долго шёл и в конце своего жизненного пути, на смертном одре, сказал себе:

— Я много видел и много узнал, но так и не достиг Истины, ибо Истина непостижима, но я открыл то, чего бы никогда не нашёл в людской толпе. Я познал устремление сердца, которое было путеводной звездой на жизненном пути. Я не жалею о пройденной дороге, ибо путь мой чист и светел и разум мой не был помрачён несбыточными желаниями страстей. Я умираю счастливым, потому что меня ничто не отягощает.

Вера вере — рознь. Вера в высшее возвышает, вера в приземлённое приземляет.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК МОЛОДЫЕ  ЛЮДИ ВЫБИРАЛИ СЕБЕ СПУТНИЦ ЖИЗНИ

Двое молодых людей предложили двум девушкам стать спутницами их жизни. Один сказал:

— Я могу предложить только своё сердце, в которое сможет войти та,  которая согласится разделить со мной мой трудный путь.

Другой же молвил:

— Я могу предложить огромный дворец, в котором хочу разделить со своей спутницей радость жизни.

Одна из девушек, подумав, ответила:

— Сердце, которое ты предлагаешь, странник, слишком тесно для меня. Оно поместится на ладони моей руки, а я должна войти в обитель сама и ощутить простор и свет, которые приносят счастье. Я выбираю дворец и надеюсь, что в нём мне не будет тесно и не будет скучно. В нём будет много света и простора, а значит, будет и много счастья.

Молодой человек, предложивший дворец, взял красавицу за руку и сказал:

— Твоя красота достойна великолепия моих чертогов.

И он увёл девушку в свою прекрасную обитель. Вторая протянула руку тому, кто мог предложить только сердце, и тихо молвила:

— Нет в мире теплее и уютнее обители, чем человеческое сердце. Ни один, даже самый огромный дворец, не сравнится размерами с этим святым обиталищем.

И девушка пошла по трудному пути в гору с тем, с кем пожелала разделить своё счастье.

Нелёгкой была дорога. Много невзгод и испытаний встретили они на своём пути, но в сердце любимого ей всегда было тепло и спокойно, и ощущение счастья сопутствовало ей всегда. Девушке никогда не было тесно в маленьком сердце, потому что от Любви, которая излучалась на всех, оно становилось огромным, и всему живому находилось в нём место. В конце пути, на вершине, которая пряталась под облаками, молодые люди увидели такой лучезарный свет, ощутили такое тепло, почувствовали такую всеобъемлющую Любовь, которой не было на равнине. Они поняли, какое счастье может испытать человек, если путь на его вершину лежит через сердце.

Красавица, выбравшая богатую обитель, недолго испытывала удовлетворение от простора и света дворца. Вскоре она поняла: каким бы огромным он ни был, он имеет границы, и прекрасный замок стал напоминать ей прекрасную золоченую клетку, в которой тяжело дышалось и пелось. Она выглядывала из окон, металась среди колонн, но не находила выхода. Всё давило на неё, душило, угнетало. А там, за стенами дворца, было НЕЧТО, что неосязаемо и прекрасно. Никакое великолепие златых чертогов не могло сравниться с тем, что было за окнами, в необозримых просторах лучезарного пространства.  Красавица поняла, что ей никогда не испытать того далёкого счастья. Она так и не поняла, через что ведёт дорога к этому чуду. Девушка опечалилась, а печаль окутала чёрным пологом её сердце, которое перестало биться. И красивая птица умерла от тоски в золоченой клетке, которую сама себе выбрала.

Люди забыли, что они птицы. Люди забыли, что они могут летать. Люди забыли, что есть необъятные просторы, в которые можно опуститься и никогда не утонуть.

Прежде чем сделать выбор, нужно прислушаться к сердцу, а не прикасаться к ледяной строгости ума, который более расчётлив, чем чувствителен.

Люди забыли, что близкого счастья не бывает, что за счастьем нужно идти  по трудному, длинному и долгому пути и в этом смысл человеческой жизни.

ПРИТЧА О ДВУХ МАСТЕРАХ

Жили два мастера: один был быстрый, ловкий, а другой, при таком же умении, очень медлительный и нерасторопный. Первый всё делал играючи, а у второго ничего не получалось: то ему что-то мешало, то у него не было настроения, то пропадало желание, то наваливался сон, то одолевали болезни — и таких причин было бесконечное множество. Когда предстали они перед Богом, Господь спросил мастеров:

— Что вы умеете делать?

И они ответили:

— Мы умеем очень много.

— Покажите всё то, что вы сделали благодаря вашему умению, — попросил Бог.

Первый указал на результат своего труда, а второй стал перечислять, что он умеет делать.

— Не умением красен человек, — сказал Всевышний, — а трудолюбием своим. Мало много уметь — хорошо много делать.

Оглянулись мастера на плоды своего труда — у одного сердце возрадовалось, а у второго пустота в глазах осталась.

Недаром в старину говорили: «Человек славен трудом своим, а не умением. Умение без труда что Истина без сути: есть, да увидеть невозможно».

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ДВА БРАТА МИР ЗАВОЕВЫВАЛИ

Жили два брата: один — богатый, другой — бедный; и появилось у них желание — завоевать мир. Достал богатый и золото и драгоценности из своих кладовых, собрал хорошо вооружённое войско и направил его в поход на чужие земли. Он завоевал оазисы, но, убив всех людей, населявших эти места, через год потерял цветущие некогда земли, потому что без человеческой любви и заботы земля иссохла. Он пошёл на богатые города, но, разрушив их, стал царём руин. Пустыни, сотворённые его руками, убили его войско, и он, нищий и голодный, бродил по мёртвым землям и никак не мог понять, почему птица счастья не прижилась на кровавом мече его.

Второй брат тоже мечтал завоевать весь мир, но, прежде чем отправиться в путь, он вырастил в душе своей прекраснейший цветок Любви, и, взяв его в руки, пошёл он к людям, направляемый сиянием света. Везде, где ступала его нога, свет Любви возрождал жизнь, и окрыленные этим светом люди стали жить так, чтобы породить в своей душе такой же прекрасный цветок и оставить его после себя своим детям и внукам.

Весь мир был у ног этого человека, но он не стремился властвовать над ним. Он знал: чем больше он отдаст, тем больше будет иметь, а то, что он имеет, он не сможет сложить ни в одну кладовую, вместить это можно только в своём сердце.

Бог Любовью породил Мир. Человек любовью своей может покорить этот Мир и стать владыкой его, имея в душе своей все духовные сокровища этого Мира.

ПРИТЧА О БОГАЧЕ И НИЩЕМ

К одному богатому дому подошёл нищий и попросил хлеба. Хозяин вынес ему лепёшку, но потом решил, что даёт нищему очень много, что это слишком большой дар для него, и сказал:

— Сегодня ко мне придёт родня, я должен и их угостить хлебом.

И он отломил половину лепёшки. Потом, подумав, добавил:

— Я забыл: сегодня ко мне должен прийти мой друг, я обязан угостить и его.

И от половины хозяин отломил ещё половину. Протягивая нищему четвертинку, он вдруг снова вспомнил:

— Вероятно, мой дом посетят гости, я должен что-то оставить и им.

И от четверти богач отломил ещё половину, но и этого ему показалось для нищего много.

— Я не кормил сегодня свою собаку.

При этом он от оставшейся части отломил ещё половину.

— Я знаю, что ты не умрешь и мой хлеб не так важен для тебя. Пожалуй, я его съем сам.

И он съел оставшийся кусочек.

Нищий поблагодарил хозяина и пошёл прочь. Богач вернулся в дом и решил доесть лепёшку, потому что он никого не ждал и собаки у него не было, и, хотя человек был сыт, он съел всю лепёшку, чтобы та зря не засыхала.

Ночью у него схватило живот, от острой боли в воспалённом кишечнике богач умер. Перед смертью он сказал сам себе:

— Нищий всё равно не умрет, а я чуть не умер голодным.

Этим он успокоил себя и со страшной болью в животе ушёл из жизни.

Чтобы жадность не усилила муки совести перед смертью, а изощренный мозг не искал оправданий причине смерти, нужно с легкостью расставаться с тем, что может отяготить душу и не дать ей возможность подняться к обители Бога.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ДВА ПУТНИКА ПОДНИМАЛИСЬ В ГОРУ

Два путника поднимались в гору, неся равную поклажу на своих плечах. Подъём был крутой, и идти было тяжело. Один путник начал уставать, второй взял часть его поклажи, чтобы облегчить ему путь. Но усталость снова одолевала путника. Второй взял ещё часть поклажи, но и это не облегчило путь первому. Второй забрал у первого всё, что отягощало его, но и это не спасло. Первый путник начал присаживаться, чтобы отдохнуть. Второй всё шёл и шёл, не торопясь, вверх, а первый сидел и молился Богу, прося у него силы и облегчения пути. Он молился утром, в обед отдыхал, потому что нещадно палило солнце, а вечером ложился спать, потому что сон смыкал глаза. Второй скрылся уже из виду, а первый всё просил сил и отдыхал, чтобы преодолеть подъём. Через время он увидел спускающегося с горы человека, сияющего в лучезарном свете. Когда тот поравнялся с ним, путник, оставшийся внизу, прервал молитву и взглянул в глаза идущему. Он увидел, что у этого святого знакомый лик.

— Не ты ли поднимался со мной в гору? — спросил он.

— Я.

— Не ты ли нёс мою поклажу?

— Я.

— Почему ты так быстро достиг вершины?

— Потому что я больше шёл, чем отдыхал.

— А почему ты сияешь, как святой?

— Потому что там много света, и каждый, кто погружается в него, становится лучезарным.

— Я тоже хочу быть святым и лучезарным, тоже хочу излучать свет. И оставшийся у подножия путник попытался встать, но не смог. Слабость сковала его тело. И тогда он бросил упрёк Богу:

— Ты безжалостен к тем, кто без устали молится тебе, но помогаешь тому, кто идёт к тебе, не останавливаясь даже для молитвы. Ты даёшь свет идущему, оставляя во тьме молящегося. Ты несправедлив!

И тут же услышал глас Божий:

— Я никого не наказываю и никого не награждаю. Кто достигает обители моей, тот награждает себя сам. Только тот, кто трудится, видит результаты своего труда. Пусть вера  в меня постоянной молитвой будет в каждом сердце. Пусть сердце произносит молитву, а человек трудится. Тогда и соединится Высшее с низшим и победит Гармония Великий Хаос.

ПРИТЧА О ПОТЕРЕ И ПРИОБРЕТЕНИИ

Двое, желающие познать Божественную Истину, поднимались в гору и несли тяжёлую поклажу с самым необходимым, что может понадобиться в пути. В одну из ночей недобрые люди позарились на их имущество и унесли всё, оставив путникам лишь то, что было на их телах. Утром пропажа обнаружилась. Один начал лить горькие слёзы о потерянном, сетовать на судьбу, видя только безысходность в случившемся. Второй облегчённо вздохнул, сказав: «Я не мог сам избавиться от тяжести, которая обременяла меня, а потому благодарен судьбе, что она решила это за меня». И, облегченный, он стал быстро подниматься. Первый же боялся пускаться в путь без провианта. Он посчитал, что так угодно судьбе, спустился вниз и зажил обычной жизнью у подножия горы. Другой легко достиг вершины и увидел то, что невозможно узреть в низине, и там, наверху, он понял высочайшую Истину, которую бы никогда не познал внизу.

Каждая потеря имущества только облегчит Душу и придаст ускорение поднимающемуся вверх, к осознанию Истины.

ПРИТЧА О ПУТНИКЕ И ЖАЖДЕ

Одному путнику, шедшему длительное время, очень захотелось пить. Он приблизился к реке, которая несла свои быстрые прозрачные воды, но спуск к воде был крутой и преодолеть его было сложно. Он огляделся вокруг и увидел небольшую, но чистую заводь. К ней тоже нужно было пробираться. Рядом с заводью была небольшая лужица, путник подошёл и без труда напился из неё. Жажду человек утолил, но буквально сразу почувствовал боль в животе. Он долго корчился и ругал при этом реку, у которой крутые берега и к которой невозможно подойти, заводь, которая скрыта в зарослях, и при этом ни разу обиду не повернул к себе. Через время боль прошла, но появилась язва, которая осталась с ним навсегда.

Кто не научился преодолевать трудности, никогда не изведает чистоты истоков.

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОМ СТРЕМЛЕНИИ

Два брата узнали, что где-то живёт посланник Бога и он может  научить их жить по Высшим Законам. Они устремились к нему, но по пути их стали останавливать люди, спрашивая, куда они держат путь. Старший останавливался и терпеливо объяснял людям цель своего пути, отвечал на все их вопросы с доброй улыбкой на лице, сохраняя терпение, проявляя милосердие к каждому, кто нуждался в его помощи или совете, а младший боялся опоздать. Он почти бежал, отталкивая тех, кто встречался на его дороге, с высокомерием и грубостью отвечал тем, кто обращался к нему с вопросом. Молодость и горячность делали младшего недовольным, а встречающиеся на пути люди раздражали его, считающего, что они отвлекают его от важного дела и мешают ему идти. На его лице постоянно была маска недовольства. Первым он достиг места, где обитал посланник Бога, но страшное разочарование охватило его, когда стало известно ему, что тот, к кому он так стремился, пошёл другой дорогой в их город. Кинулся он за ним. И, пройдя такой же трудный путь, как уже прошёл, на полдороге встретил мирно беседующих под деревом посланника Бога и брата.

— Как же так могло получиться, — возмутился он, — я стремился к тебе, преодолевая препятствия, но опоздал?!

— Зачем ты стремился ко мне? — спросил разгневанного брата посланник Бога.

— Чтобы познать Законы Всевышнего.

— Чему же ты хочешь научиться у меня?

— Говорят, что ты открываешь Божественную Душу в человеке, посредством которой можно познать Тайну Жизни. Я хочу постичь её, чтобы возвыситься.

— Ты так возвысил себя, что даже я не могу дотянуться до тебя, да и к тому же я не умею открывать души. Это может сделать сам человек, когда живёт с распахнутым сердцем, и чем больше жизни в него вливается, тем больше тайны познаётся. Ты торопился ко мне, а я поспешил к твоему брату, потому что тепла и доброжелательности в его сердце столько, что хочется окунуться в это сияние. Богу легче войти в то сердце, которое широко раскрыто, заглянуть в те глаза, которые светятся, заговорить с тем, в чьих словах не будет ни раздражительности, ни недовольства. Нет луча в твоём сердце, по которому бы я вошёл в него, поэтому не требуй от меня больше, чем я могу сделать.

В каждом сердце — равная частица Бога. Возвышая свою, унижаете чужую и тем самым раните Бога, в каком бы сердце он ни находился.

ПРИТЧА О СЛЕПЫХ

По дороге шли слепые, ведомые зрячим. Они шли хорошо до тех пор, пока верили поводырю. Как только слепые начали сомневаться, то стали спотыкаться на ровной прямой дороге и обвинять поводыря в том, что он ведёт их по каменистому пути. Усилившиеся ропот и недовольство обессилили слепых, и они стали еле передвигать ноги. В конце концов слепые упали в изнеможении, вера окончательно  покинула их, и они умерли на совершенно ровном месте от страха перед бездной.

Неверие убьёт любого, даже того, кто некогда был силен Духом. Неверие открывает двери страху, и тот воцаряется в душе и убивает её. Вера — самый яркий фонарь для каждого. Чтобы не сбиться с дороги, нужно нести этот фонарь впереди себя, а не за спиной, ибо тень, упавшая от самого человека, убьёт его, не имея не только оружия, но и материального проявления, способного воздействовать на физическое тело. Помните это, если не хотите умертвить себя ещё при жизни.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК РАСПОРЯДИЛИСЬ МУДРЕЦЫ СВЕТОЧЕМ ЗНАНИЙ

Сошёл посланник Бога на землю, и первыми, кого он увидел, были мудрецы.

— Я дам вам знания, — сказал он, — чтобы вы научили людей Божественной Мудрости, и станете вы земными Учителями, наставниками людей, сотрудниками моими.

И согласились мудрецы принять Светоч Знаний и понести его людям. И протянули вперёд руки, и в каждой ладони вспыхнул немеркнущий огонёк Божественной Мудрости.

— Идите, — услышали они повеление посланника Бога и разошлись в разные стороны, но по-разному стали они раздавать Свет тем, кому несли его.

Один мудрец дошёл не дальше дворца, где предложены ему были в обмен на Мудрость все богатства земные. Он сытно ел, сладко пил, носил самые дорогие одежды, ему во всём повиновались рабы, его окружал хоровод невольниц, а огонёк в его руке постепенно гас. Когда последняя искра исчезла, он понял, что ничего больше не знает, но, чтобы не потерять то, что приобрёл взамен Божественного Знания, он обратился к изящнейшей лжи, которая продолжала его кормить и одурманивать людей.

Другой мудрец, раздавая знания, увидел, как люди  поклоняются ему. Толпа людей становилась всё больше, а могущество над ней — сильнее. Ему понравилось управлять толпой, но более этого ему нравилась лесть, прославление его и возвеличивание толпой до всемогущего Бога. Огонёк в его ладони вскоре исчез, осталось только безумство и в голове мудреца, и в головах отупевших людей, и, кроме безумства, эти человеческие существа ничего уже не могли породить.

По-разному распоряжались мудрецы Светочем Божественных  Знаний: одни говорили слишком мудро и сложно, другие скрывали часть знаний, третьи распоряжались им недостаточно разумно — и пламя в руке каждого изменяло свои размеры и силу своего излучения. Но были и такие, которые отдавали, не боясь, что Великой Мудрости станет у них меньше. Они ничего не брали взамен, потому что не нуждались в том, что было лишним. Не было для них ничего дороже сияющего пламени в руке. И чем больше они отдавали, тем больше становилось пламя, которое не помещалось уже на ладони, и начинала светиться рука, потом — всё тело. И они становились единым Светом, озаряющим умы и сердца людей.

По свечению человеческой Души можно судить, как человек распорядился искрой Божественного Света, которую даёт каждому Бог.

ПРИТЧА ОБ ОБУЧЕНИИ ЗЕМНОМ И НЕБЕСНОМ

Было время, когда боги жили среди людей. И люди стремились познать всё и всему научиться от земных богов.

Один человек пришёл к богам и сказал:

— Вы не настоящие боги, и вы не дадите мне то, что я хочу познать. Я хочу увидеть Высшего Бога. И я знаю, что только Он сможет  дать мне всё. Мне не нужен земной бог, потому что никто не сможет заменить Бога Небесного.

И он отгородился от людей и от земных Богов и стал в полном одиночестве ждать появления Всевышнего. Но ждать ему пришлось недолго: он покинул этот мир и перешёл в мир иной, ибо Бог Всевышний на Землю не спускается. Его обитель — на Небесах, и оттуда Он правит миром. И предстала перед Ним Душа человека.

— Я хотела увидеть только Тебя,—  сказала она, — потому что никто, кроме Тебя, Богом не является.

— Ты увидела Меня раньше намеченного срока. Я дал людям Учителей, которые призваны научить их всему, но ты пренебрёг ими. Твоё желание увидеть Небесного Бога было так сильно, что я исполнил его, и ты предстал передо Мной раньше начертанного судьбой времени, но Моя школа гораздо суровее земной. Все науки Бытия ты будешь постигать теперь в чистилище Ада. Ты станешь учиться, очищаясь, тогда как на Земле учатся, работая. Никто не вправе пренебрегать Сынами Моими, ибо они — суть Моя, земное воплощение.

Через адскую боль училась Душа гордого человека науке Бытия. И поняла она, что гордыня ввергла её в этот ад.

ПРИТЧА О ЦВЕТКЕ

Расцвёл удивительной красоты цветок, и все, кто видел его, восхищались необыкновенной красотой этого чудного творения. Долго ждал цветок, когда отдадут дань тем, кто помог ему, и однажды заговорил: «Моя красота ослепила вас, и вы не увидели главного. Вы не отдали дань земле, которая дала мне возможность родиться, вырасти и расцвести. Вы не признали силу воды, которая разбудила жизнь в семени и напитала меня мощью своей. Не отнеслись с благодарностью к солнцу, тепло и свет которого были чудотворны. И преклоняться нужно не перед моей красотой, а перед живительной силой тех, кто породил её».

Но никто не услышал этого, и по бестолковости своей  люди продолжали петь хвалебные оды цветку.

За именем великим нужно уметь разглядеть тех, кто был животворящей почвой, питательной влагой и чудодейственным светом, без которых не было бы ни имени, ни славы.

ПРИТЧА О БОГЕ И УЧЕНИКАХ

И спустился однажды  Бог на землю и сказал людям: «Быть вам учениками».

Но по-разному поняли люди слова Его. Одни начали говорить, что они всё знают и всё умеют, и всю жизнь только и говорили об этом. Были такие, которые не внимали Учению, творили всё на свой лад и всю жизнь были не в ладу ни с делами, ни сами с собой. Были ученики, которые делали, но всё время роптали на жизнь и всю жизнь были чем-то недовольны и сквозь эту пелену не увидели обычного человеческого счастья. Были и такие, которые безропотно следовали любому совету и любому Учению. Они достигли немало, но не узнали Единого Учения. Но были и такие, которые никак не могли утолить жажду к познанию. Они много трудились и ещё больше просили, чтобы им больше давалось для работы в бесконечном постижении истины. Таким ученикам хватало одной жизни, чтобы познать за один срок гораздо больше, чем вмещала одна жизнь. И только такие ученики обретали крылья и поднимались к Высотам Божественного Бытия, к Великим Высотам Мироздания.

Ученики получают знания по своей устремленности. И в начале пути они всегда равны, только в конце первым оказывается тот, кто не раздумывал, не останавливался, не отдыхал, а, преодолевая трудности, поднимался по крутому склону к Высочайшей Вершине.

Нет непреодолимых рубежей, есть непреодолимость сути человеческой.

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКАХ

Один учитель долго учил учеников своих и наконец спросил:

— Вы постигли те знания, которые я дал вам?

И ученики передали учителю учение слово в слово.

— Вы поняли смысл,— сказал учитель,— но я не уверен, что вы усвоили суть.

И возмутились ученики:

— Мы ведь изложили твоё учение твоими же словами. Как ты можешь не верить нам?!

— Я поверю, когда вы на деле докажете это.

И ученики ушли в жизнь, чтобы доказать учителю своё совершенство.

Один ученик попал к владыке дворца, у которого не было наследника, и тот пообещал ему всё свое богатство взамен знаний, которые будут переданы только ему, правителю этой страны.

— Я должен открыть знания всем, кто пожелает принять их, а потому никакие богатства не удержат меня в стенах твоих душных чертогов, — сказал ученик.

— Народ нищ и глуп, ты будешь обречён на вечную нищету рядом с ним, — возразил владыка.

— Меня не пугает нищета,— ответил ученик,— но я не сомневаюсь в том, где скрыта истинная глупость.

И он с легкостью покинул дворец.

Второй ученик попал в богатые земли и стал владельцем богатств. Он ходил в народ, сеял знания, делился хлебом, но богатства, которыми владел, считал своим личным достоянием. Когда в дом его пришли сотоварищи-ученики, живущие среди народа и не имеющие собственной обители, он сказал, приветствуя их:

— Я рад вам, дорогие гости. Этот дом открыт для гостей, и вы можете гостить в нём столько,  сколько пожелаете. А когда покинете его, эти стены будут долго помнить вас.

Соученики его поняли, что их будут помнить тем дольше, чем быстрее они покинут этот дом:

— Мы благодарны тебе, брат наш, за гостеприимство, но не можем долго задерживаться, потому что нас ждут в других местах.

— Мне жаль,— ответил хозяин, скрывая с трудом радость,— я от всего сердца предлагал вам кров. Я готов был поделиться всем, что имею, но если вы отказываетесь — я буду только огорчён.

Когда через время снова собрались ученики перед учителем, он сказал им:

— По мыслям вашим я вижу, как проявилась суть моего учения в вашем сердце. И пусть не покинет благодать тех, кто заслуживает её.

Ученики вышли от учителя. Вдруг свет благодати опустился на тех, чьи дела не расходились с учением.

— Учитель,— обратился к Наставнику тот, кто попрал учение ради личного благополучия и спокойствия,— я сеял знания среди людей так же, как мои братья. Я раздавал милостыню и предлагал кров тому, кто в нём нуждался. Почему же свет благости твоей не сошёл на меня?

— Ты имеешь много и хочешь иметь ещё больше,— ответил учитель,— но так не бывает, ибо Божественный Свет может войти только в то сердце, которое не захламлено. Ты сам сделал выбор, думая, что искренность твоя только в словах твоих, а мысли при этом сокрыты под пологом тайны. Но для Бога нет тайн, которые могут спрятать твои мысли. И не по словам твоим, а по мыслям и поступкам удостоен ты награды.

Не словами ценен ученик, а делами своими.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ДВА УЧЕНИКА СТРЕМИЛИСЬ ПОЗНАТЬ БОГА

Решили два ученика познать Бога. Они взошли на высокую гору и направили свои стремления в небесную глубину. Долго они ждали ответа, и вдруг каждый из них услышал внутри себя голос.

Один стал внимать ему, запоминая каждое слово, чтобы донести людям, другой же стал кричать о том, что он слышит Бога и понимает, о чём Тот говорит, но в этой безумной радости он не смог запомнить ни одного слова, сказанного Всевышним.

Когда они спустились вниз, к людям, первый начал проповедовать истину Божию, а второй только кричал, что он слышал Бога, чувствовал Его и знает, о чём Он говорит. А так как воистину он забыл, о чём именно говорил Бог, он стал бросать обвинения в адрес первого, что тот говорит не так, что он вводит в заблуждение и отнимает славу, которая по праву принадлежит ему.

Первый был смирен и продолжал тихо делать своё дело, а второй в буйстве своём лишился ума, ибо в нём не было ничего, кроме гордыни и самости, которые изъели его изнутри.

Помните, что тот, кто бьёт себя в грудь и говорит, что он слышал и чувствовал Бога, кто говорит, что Истина на его стороне, не прав. Весть Божию несёт тот, кто делает дело, кто смирен и трудолюбив. Только этот оставит в душе людей правду слова Всевышнего и память о себе как о проповеднике мыслей высоких.

ПРИТЧА О ТРЁХ УЧИТЕЛЯХ

Бог избрал несколько сынов человеческих, дал им Высшие Знания и отправил к людям, чтобы учить их истине.

Один при встрече с людьми  всегда садился на возвышенность и направлял свой взгляд поверх голов в бесконечность. Народ слушал его, но чем-то холодным веяло от этого человека. И вроде бы понятным было учение его, но оно не ложилось на сердце, и люди, послушав, расходились по своим делам. И ходил учитель из селения в селение один, и никто не сопровождал его. Когда он приходил к людям, они спешили к нему, желая услышать Благую Весть, но после его бесед уходили с пустым сердцем, ибо взгляд не проникал в душу и не закреплял там сказанное слово. Люди не верили тому, кто отводит от них глаза, то ли не доверяя, то ли презирая их.

Второй учитель при встрече с людьми всегда гордо заявлял, что он — бог, что он всесилен и всемогущ, что он может дать народу здоровье, счастье и благополучие, но за ним почему-то шли только алчные и корыстные люди. Все остальные, для которых Дух был превыше всего, искали Высшую Истину и строили жизнь по Божественным Законам.

Третий их брат был окружен всегда людьми, которые с упоением слушали его речи. Они преображались под его взглядом, становились чище от очищающих слов его.

Когда после долгого своего пути посланники Бога пришли к Всевышнему, один был в окружении людей, а двое других — в полном одиночестве.

— Скажи, Всемогущий,— обратились двое одиноких к Богу,— почему один удостоен великой народной любви, а мы, проповедующие то же учение, были лишены её?

И ответил Всевышний:

— Истинный наставник не прячет своего лица, не отводит взгляда от существ, стоящих ниже его, не возвеличивает себя перед теми, кто стремится дорасти до Божественных Высот. Тот, кто с благоговением относится к своему Божественному Началу, никогда не будет прятать очей своих от людей или выпячивать себя перед ними. Божественная Суть идёт через зрачки к душам людским, и истинный учитель знает, что сила его — во взгляде его. Даже слова бывают бессильны, потому что не все понимают смысл их, но взгляд — это та сила, равной которой нет в мире.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК  ДВА  БРАТА  ШЛИ К СЧАСТЬЮ

Захотелось двум братьям увидеть счастье,  и обратились они к Богу:

— Покажи нам дорогу к счастью.

И ответил им Всевышний:

— К счастью ведут два пути: один тернистый, но короткий, другой лёгкий, но бесконечный.

Один брат попросил Бога:

— Я хочу познать счастье, укажи мне короткую дорогу к нему.

— Я укажу тебе тот путь, который ты выбрал, но помни — он короток, но тернист. Кровью своей польёшь ты эту дорогу. Подумай, прежде чем вступить  на эту стезю.

— Я готов познать трудное счастье, ибо знаю, что лёгкого счастья не бывает. Веди меня. Пусть свет твой будет путеводной звездой для меня, пусть голос твой будет песней, зовущей вперёд.

И пошёл вперёд выбравший короткую дорогу. Более трудного и тяжелого пути он ещё не проходил. И тёрн обдирал кожу, и камни наносили удары, разбивая в кровь тело, и люди отворачивались, отказывая в помощи, но ничто не остановило того, кто шёл к счастью души, к радости сердца, к величию разума. И в конце своей трудной, но короткой дороги, которая была длиною в жизнь, пришёл первый брат к цели и увидел Величие Лучезарного Счастья. И он понял, что смысл жизни — в самопожертвовании ради великого счастья жизни.

Другой же брат устремился по лёгкому пути. И шагалось ему легко, и всё вроде бы удавалось, и всё вроде бы сбывалось, и одного он достиг, и другого, и десятого, и сотого, а удовлетворения не чувствовал. И сытый шёл, и кров по ночам имел, и одежду чистую носил, но не было лёгкости на душе. Тяжесть давила, ненависть зрела, злость кипела, жадность росла быстрее, чем её удовлетворяли, недовольство ширилось и захватывало всё существо ненасытного брата. И всё было, а счастья не было. Оно, как и прежде, как в самом начале пути, стояло на горизонте, который уходил по мере приближения к нему. В конце жизни понял второй брат, что, получив много, он не достиг желаемого счастья. Не было на душе ни покоя, ни радости, ни удовлетворения. Обессиленный, опустился он на землю и заплакал.

— Чем же ты недоволен? — спросил Бог.

— Ты обещал мне, что приведёшь меня к счастью, — бросил слова обвинения неудовлетворенный брат.

— Я дал возможность выбора, ты взял то, что близко твоему телу, а не духу. Ты забыл, что счастье может поселиться в бесконечном просторе души, а не в золоченой клетке тела. Ты шёл к счастью, но ты его не достиг, ибо простым счастье не бывает, да и к тому же путь, который ты выбрал, бесконечен, как беспредельны твои желания, которые невозможно удовлетворить.

Оценить по достоинству можно только то, что даётся с трудом, лёгкое цены не имеет, ибо достаётся без усилий.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ЧЕЛОВЕК ХОТЕЛ ДЛЯ СЕБЯ БОЛЬШОГО СЧАСТЬЯ

Пошёл один человек к Богу и говорит:

— Я слышал, ты раздаёшь людям счастье.

— Раздаю, — ответил Бог.

— Тогда дай и мне.

— Я дам, только счастьем надо уметь пользоваться.

— Я сумею, — заверил человек Бога и, получив счастье, ушёл.

И начал он жить счастливо. Но вдруг ему показалось, что у других счастье лучше, счастливее. Зависть начала глодать человека. Он и так пытался жить счастливо, и эдак, но не получалось. И вроде бы всё есть, а не радует, и вроде бы всего много, да не хватает, и вроде бы сыт, да постоянно чего-то хочется. Так он мучился-мучился и дошёл до того, что от зависти и неудовлетворенности стал болеть и сохнуть. Видит он: дело совсем плохо. И пошёл тогда к Богу.

— Господи, — обратился он к Всевышнему, — почему ты одним даёшь большое счастье, а другим малое?

— Ты не прав в своем обвинении: малое я даю тому, кого удовлетворяет и малое, а большое — тому, кому больше надо.

— Так мне надо гораздо больше, чем я имею, а ты дал мне намного меньше, чем я хочу.

— Я дал тебе не просто большое счастье, а очень большое, только ты не оценил его.

— Как же большое, — возмутился недовольный человек, — если я несчастлив?

— Есть люди, которые и в малом находят большое, а есть и такие, которые в большом видят только малое, — ответил Бог.

— Дай мне столько, чтобы я мог разглядеть своё счастье.

— Я дам тебе, но ничего бесплатного не бывает.

Не понял человек слов Божьих, но счастье взял и отправился домой, но ни дома, ни добра на том месте, которое он недавно покинул, не оказалось. Всё вокруг было так пустынно, словно там никогда ничего и не было.

— Господи! — возопил человек, — ты же не дал, а отнял у меня всё!

— Я взял только то, что тебя не удовлетворяло, теперь ты начнёшь строить новое счастье и, возможно, увидишь его, если сможешь по достоинству оценить.

Дважды за счастьем не ходят. Не оценив его единожды, не сможешь оценить его и в другой раз.

ПРИТЧА ОБ УСТАВШЕМ ЧЕЛОВЕКЕ

Поднимались путники в гору. Все шли легко и весело, а один всё отставал и постоянно брюзжал.

— Почему ты не радуешься всему, что происходит? — спросили его сотоварищи.

— Я устал от тяжёлой поклажи, — ответил утомлённый трудной дорогой.

Его освободили от ноши, чтобы он почувствовал лёгкость, но тот стал снова отставать.

— Что мешает тебе теперь?

— У меня устали ноги.

Сотоварищи взяли его на руки и понесли, но снова застонал горе-путник:

— Я устаю даже тогда, когда вы несете  меня.

Уставшего положили на землю и продолжили путь. Но через время снова застонал недовольный человек.

— Боже, я устал и лежать.

Бог услышал его и послал ему вечный отдых. И ушёл путник из жизни молодым не от болезни, не от ран, а от собственной лени.

— Страшная смерть, — сказали люди. — Лучше умереть от работы, чем от лени, ибо презрен будет прах твой.

И все, кто хотел умереть с честью, отдавали без устали себя труду, поднимая в Гору Жизни свою душу.

ПРИТЧА О ВУЛКАНЕ

На цветущей равнине стоял Вулкан. Головой он упирался в небо, у подножия его цвели разные травы, росли плодоносящие деревья, текли прозрачные реки. В травах жили насекомые, в лесах — птицы и животные, в реках — рыбы. И во всём царила жизнь, только Вулкан стоял величественный и безжизненный. Всегда он смотрел равнодушно на благоухание и благозвучие, кипящие у его ног, но однажды самость возмутила его спокойствие своими речами.

— Это ты — создатель и благодетель этой цветущей жизни, — шепнула она. — Ты — бог, и тебе должны посвящать свои песни-прославления и травы, и деревья, и реки, — твердила гордыня. — В шепоте-шуме своём они должны возвеличивать тебя. Это тебе должны посвящать свои трели птицы, свои возгласы — животные, своё многоговорящее молчание — рыбы, благодаря тебя за жизнь, которую ты им даёшь. Ты трудишься на них, отдавая своё тепло, свою энергию, себя, наконец, чтобы они не просто жили, а радовались и наслаждались счастьем. Они же забыли источник своего блаженства. Травы цветут, деревья растут, реки текут, не задумываясь, кто совершает благодеяния для них. Ты — бог, — кричала самость внутри Вулкана, — и всё должно быть посвящено тебе! Даже их ничтожная жизнь!

Так бубнила гордыня с утра до вечера, с вечера до утра, и всё громче и смелее звучал её голос и уже не просто звучал, а рокотал внутри, возбуждая все внутренние силы, которые так долго спали и бездействовали. Всё внутри вулкана уже бурлило, клокотало, горело огнём зависти и неутолимой страсти самовозвеличивания. И вдруг, когда весь он закипел лавой негодования, порождённой собственной самостью, он зарокотал страшными возгласами:

— Я — бог! И вы всё должны посвятить мне: и цветение ваше, и благоухание ваше, и плоды ваши, и пение ваше, и чистоту вашу, и саму жизнь вашу! Вы должны не только признать величие моё, но и разнести по всему миру весть о божественном происхождении моём, чтобы весь мир разостлался у подножия моего и возвеличивал меня всегда, везде и во всём. И воссияю я, как солнце, ибо я есть источник света! Жалкие травки и насекомые, безобразные древки и птахи, ничтожные болотца и твари, вы ничто перед величием моим, могуществом моим и силой моей! Чтобы жизнь ваша была по-прежнему прекрасна, признайте меня богом и покоритесь мне, чтобы я вечно наслаждался славой и гордился божественностью своей.

Но жалкие травы и насекомые, деревья и птицы, реки и рыбы ответили:

— Сила твоя в безумстве, а не в разуме, и не быть тебе Богом, ибо Бог не требует поклонения себе и прославления себя, потому что, даруя нам красоту, он Высшую Красоту прославляет, даруя нам свою любовь, он Высшую Любовь возвеличивает, даруя нам жизнь, он Великую Жизнь сотворяет. И живём мы под его Светом, его Светом питаемся, а свет души своей ему излучаем.

Услыхав такой дерзкий ответ, взорвался от страшной злобы Вулкан и изрыгнул из гортани своей чёрный пепел ненависти, расплескал лаву злости, выпустил из своей разгневанной души смерч зависти. Травы и деревья сгорели, реки закипели, птицы и животные закончили своё существование. Вокруг всё кипело лавой, засыпалось пеплом  и оглушалось от страшного рыка. А когда Вулкан остыл, пришёл в себя, он взглянул на мёртвую окрестность, которой себя окружил, и похолодел от ужаса. Окаменевшая пустыня окружала его, ветер носил пепел, поднимая его к самому небу, и небо было чёрным и зловещим.

Взглянул на себя Вулкан и увидел тело своё в страшных ранах-трещинах, которые ныли от незнакомой доселе боли. И пустошь царила кругом. Страшная, безликая пустошь. Она давила, душила и жгла. И тишина звенела так, что дрожало обессиленное, истощённое тело некогда всесильной горы. И понял Вулкан, что это смерть, ибо не может быть жизни в мёртвой пустыне. И осознание, словно стрела молнии, пронзило его: «Это гордыня и самость разрушили меня. Это они, воспользовавшись слабостью моей, ввергли меня в пучину безжалостной смерти. Как я жалок, ничтожен и безобразен перед глазами жизни, потому и лишен её навечно. Время сотрёт меня из памяти земли, и ничего не останется от меня во славу жизни. Как жестоко я наказан за одно-единственное желание — быть богом».

— Не быть смертному Богом. Не стать алчному лучезарным. Не иметь завистливому имени своего, ибо сама же зависть поглотит его, — шепнул ему чей-то тихий голос внутри, но он был такой тихий, что Вулкан так и не понял, то ли это было на самом деле, то ли ему послышалось. И Вулкану захотелось побыстрее исчезнуть, чтобы грешную душу его не терзали вечные видения разрушения. Но судьба такова, что не даёт она покоя очернившей себя душе, которая будет вечно созерцать деяния свои и мучиться в огне совести своей.

Бесславие ждёт тех, кто живёт во славу свою, а не во имя Великой Общей Жизни.

ПРИТЧА О ПУТНИКЕ  И ИСТОЧНИКЕ ВОДЫ

Путник шёл по пустыне. Солнце нещадно палило. Вода у него кончилась, и он изнемогал от жажды. Долго он шёл и, когда надежда окончательно покинула его, вдруг увидел в камнях маленький источник воды. Путник припал к нему опаленными, растрескавшимися губами и долго с жадностью глотал студёную прозрачную воду. Так он припадал несколько раз и в конце концов замутил источник поднятым со дна илом.

Увидев мутный исток, он воскликнул:

— Я пил грязную воду, от этого я могу заболеть и умереть!

И вдруг у него заболел живот. Путник испугался, что он действительно может заболеть и умереть, и в гневе плюнул в источник, крикнув:

— Ты не достойно даже плевка, грязное болото. Ты призвано не утолять жажду, а убивать людей. Так умри же само!

И с этими словами глупый человек засыпал исток. Вода ушла под камнями в другое место, а путник, проведший какое-то время под раскалённым солнцем, снова стал испытывать жажду. Желание пить росло и в конце концов заставило его обратиться к источнику, но его не было на прежнем месте. Путник стал расчищать место, где некогда журчала тоненькой струйкой прохладная чистая вода, но, кроме мокрой грязи, там ничего не было.

— Проклятая вода, куда ты исчезла? — почти беззвучно вопрошал путник, не в силах издать звук пересохшим горлом.

Усилия его были тщетны — воды не было.

Изнемогший, он стал сосать грязь, но и здесь старания были бесплодны и более того — губительны. Наевшись грязи, он не только не утолил жажды, но обрёк себя на мучительные боли в животе и в конечном счете на смерть.

Плюнувший в исток не найдёт его больше.

ПРИТЧА О БАБОЧКЕ

Однажды свежим ветром занесло бабочку на поле, где росла лечебная трава. Цветы там были мелкие, одноцветные и не такие ароматные, как в садах. Чтобы утолить жажду, нужно было приложить усилие, ибо добыть цветочную влагу немалого труда стоит. К тому же в каждом цветке её так мало, что необходимо было часто перелетать с цветка на цветок, усаживаться на колышущийся от ветра тонкий стебель и перебирать маленькие цветочки, доставая по мельчайшей капельке нектар. А был он не такой сладкий, как у садовых цветов, и, даже более этого, отдавал горчинкой.

Бабочек на этом поле не было, там носилось много пчёл, которые ужасно монотонно жужжали, создавая неприятный звук, режущий нежный слух бабочки. Всё её раздражало на этом поле, но, куда лететь, она не знала. Она сидела на раскачивающемся стебле травы и с жалостью смотрела на снующих туда-сюда дребезжащих пчёл.

— Скажите мне, — отважилась спросить одну из них бабочка, — почему вы выбрали это поле, где цветы мельче мелкого, сока в них меньше малого, запах у них терпче терпкого, а нектар горше горького? Есть сады, где много больших, красивых и ароматных цветов, в чашах которых — океан сладчайшего нектара.

Пчёлы трудились, не отвлекаясь ни по какому поводу, ни на миг не прекращая свою изнурительную работу, будто испытывали от этого крайнее удовольствие. Им было не до праздных вопросов легкомысленной бабочки. Только одна, оторвавшись на мгновение от цветка, посмотрела на большекрылое создание недоуменными глазами, в которых светились покой, уверенность и разум, и сказала:

— Мудрость не в красоте, а в полезности.

И улетела.

Это для глупой бабочки было слишком заумно, и она продолжала сидеть со страдальческим видом на сгибающемся до земли стебле, ожидая лучшей участи, которая не заставила себя долго ждать.

Вдруг на поле появилась огромная яркая бабочка. Она была так красива и изящна, так легка и грациозна в полёте, что труженицы пчёлы рядом с ней казались мерзкими существами. Бабочка царственно парила над блеклыми дикими цветами, изредка садилась, но, видимо, лишь для того, чтобы передохнуть. Её избалованный изысканностью взгляд томно скользил по простеньким цветочкам, её утончённый нюх раздражался от терпкого запаха, а изнеженный вкус отвергал горький нектар. Подлетев к бабочке-залётке, это грациозное существо, полное удивления и непонимания, спросило:

— Как ты попала в это ничтожное место? Здесь безобразные цветы, и к тому же они дикие от природы. Чтобы утолить жажду, здесь надо трудиться, а мы, бабочки, рождены, чтобы наслаждаться, порхая над жизнью. Мы созданы красавицами, чтобы любоваться собой и радовать глаз чужой своим изяществом. Нам не место в этой мастерской, потому что мы не призваны что-либо производить, у нас иное поприще — услаждать зрение своей красотой.

— Я случайно попала сюда, — стала оправдывать своё странное положение бабочка-залётка. — Меня занесло ветром против моей воли, и теперь я мучаюсь и страдаю здесь. Мне тяжело, я устала, зачахла, потеряла всё: и свою красоту, а ведь я была так же красива, как и ты, — соврала бабочка, — и своё изящество, и свой редчайший ум среди этих отупевших от однообразного труда пчёл. Я не могу уже мыслить и не могу показывать всем свою красоту. — И бабочка-залётка заплакала.

— Несчастное создание, мне жаль тебя, ты действительно стала маленькой и безобразной здесь, глупой и блеклой. Ты действительно зачахла здесь, в этой глуши, вдали от шумного, прекрасного мира вечного праздника, ты потеряла свой блеск и лоск. Лети со мной, я покажу тебе чудесный сад, где не только огромное множество восхитительнейших цветов, которые издают дурманящие ароматы и цветут до глубокой осени, но и много тени, которая защищает наши нежнейшие крылья от палящего солнца. А эти дикие уродцы, — указала она на цветы, — через несколько дней отцветут, оставив память о себе лишь в горьком мёде. Говорят, он лечебный, но что нам лечить, если мы не болеем? Летим навстречу лёгкому безмятежному счастью!

И глупая бабочка вспорхнула и полетела туда, где вечное тепло, как она понимала, где изящество красоты, где сладчайший нектар, где бесконечное блаженство!

Сад, в который её привела бабочка-красавица, был такой необыкновенной красоты, которой она никогда ещё не видела. Здесь было тихо, потому что не было ветра, здесь было много разнообразных, ухоженных и красивейших цветов. Здесь стоял такой аромат, который одурманивал даже мозг, делая его мягким и растекающимся, как киселеобразное вещество. В чашах чарующих цветов было столько сладчайшего опьяняющего нектара, что можно было жить в этом хмельном дурмане вечно. И бабочка, обезумевшая от счастья, летала… летала… летала… наслаждаясь великолепием, пока не попала на иглу…

На чёрном бархате, под прозрачным стеклом «сидела» одинокая, ничем не приметная бабочка, а скрипучий голос часто произносил рядом с ней непонятные звуки: «Это редчайшая бабочка-залетка — ценнейший экземпляр, таких давно нет и не будет. Я счастлив, что смог сохранить её для потомков».

Выбирая судьбу, помни: она одаривает тем счастьем, к которому ты стремишься.

ПРИТЧА О ДВУХ КУВШИНАХ

У одного человека было два кувшина для хранения воды, но стал замечать он, что в одном сосуде вода всегда прозрачная и прохладная, а в другом быстро мутнеет и приобретает неприятный запах. Стал он искать причину: вода из одного истока, значит, дело не в воде; стоят кувшины в одном месте, значит, дело не в хранилище; сделаны они из одной глины и руками одного мастера, значит, дело не в материале и в мастерстве. Что же так различает их? Присмотрелся он внимательно и понял: тот кувшин, что попроще, без изысков, — пористый и испаряет стенками влагу, тот, что покрыт лаком, не имеет пор и обрекает воду на загнивание. И тогда человек поставил красивый кувшин в угол, чтобы им только любовались, а простой кувшин оставил на прежнем месте, в тени и подальше от разных глаз. Всякий, кто заходил к хозяину в дом, первым делом восхищался красотой кувшина, стоящего на виду, но, как только прикасался к чудодейственной влаге невзрачного кувшина и ощущал прилив силы и бодрости в теле и чистоту мыслей в голове, тут же начинал петь хвалу тому сосуду, от которого было гораздо больше пользы.

Так и среди людей бывает: на красивого глазеют, а от умного пользу получают, красивым только восхищаются, а у умного мудрости учатся.

ПРИТЧА О ПОСЛАННИКЕ БОГА И ТОЛПЕ

Сотворил Бог землю и создал людей, но люди обезумели прежде, чем поумнели. И тогда Бог решил дать им учителя из их же рода. Долго он выбирал среди людей того, кому можно доверить знания, которые сделают людей разумными, и, наконец, нашёл человека, который был готов внимать Высокому Слову, обращать его в простую речь, доступную каждому. И дал Бог Знания избраннику своему, а тот в свою очередь стал передавать эти Знания людям.

Сначала народ слушал умные речи и благодарил посланника Бога за Знания, но скоро понял, что сам он так глуп и ничтожен перед этим человеком, что впору умереть, чем жить. Но почему он должен умирать, если он сотворён для жизни, а если это так, значит, он должен жить. Умно это или глупо — уже неважно, ведь живут же деревья и камни и не задумываются даже, почему, зачем и для чего живут, и они, люди, тоже достойны просто жить. Так рассуждали те, чей разум был равен животному или даже растительному.

— Человеку дано сознание, чтобы, воспринимая жизнь, он мог преобразовывать прежде всего себя, а потом и саму жизнь, — твердил посланник Бога. — Внемлите разуму, и вы станете разумны!

Но люди прислушивались ко всему, только не к разуму, и от этого ещё больше обезумели.

Сначала стала редеть толпа слушателей избранника Бога, затем поредели ряды учеников, и в конце концов посланник остался одинок. Он скитался по селениям, чтобы вразумить людей, но был гоним безумной толпой. И, наконец, загнали безумцы скитальца к скалам, голым и суровым скалам, где ждала изгнанника только смерть.

Войдя в эту каменную обитель, где крышей было небо, а стенами — острые вершины скал, Божий человек мужественно взошёл на плато и крикнул беснующейся толпе:

— Я бы с лёгкостью умер, если бы это лишило вас безумия и вселило разум, но даже моя смерть не очистит затуманенный ум ваш, ибо не видит тот, кто слеп, не слышит тот, кто глух, и не разумеет тот, кто не имеет разума!

И остался посланник Бога среди скал ждать смерти. Великое мужество давало ему силы для жизни и лишало смерть возможности сжать в своих объятиях преданного ученика Бога.

Любопытная толпа ждала того часа, когда сдастся этот смертный человек и упадёт перед ней на колени, прося прощения; и снизойдёт тогда она и позволит этому падшему влиться в своё серое, безобразное тело, которое поглотит безумца и принесёт спокойствие своему алчному сердцу.

Люди были наделены на редкость неиссякаемым терпением, и для них любой конец — будь то смерть или поклонение — был их победой над гордецом. Но не хватило терпения у камней. Начали трескаться они от невыносимой боли, которую испытывали за этого негнущегося человека, а из трещин стали появляться капельки слез, которые в скором времени превратились в ручейки. Ручейки закрутились в водовороты. И вдруг мощным потоком стала подниматься вода, и она свершила то, чего не ждала озверевшая толпа: она поглотила посланника Бога, чтобы поднять его на небеса, а изуверов закрутила в грязном водовороте, чтобы унести в глубины ущелий, которые образовались в растрескавшихся душах скал.

Тихо и спокойно ушёл под воду ученик Бога и учитель людей, чтобы подняться на свою небесную ступень, и с дикими воплями уносились в адовый зев безумные люди. Страшные крики, вопли и стоны разрушали тишину, проклятия неслись всему, что приходило на ум бесславно гибнувших людей, страх увлекал их всё дальше  и дальше от просветления разума.

Такова участь пророков Великого Учения: быть изгнанными и убитыми толпой. Но даже в одиночестве и боли не теряли истинные ученики Богов и учителя людей лица своего, и ещё ярче и красивее было оно в мучениях своих перед личинами безумцев. Это — участь всех пророков, неизбежность всех цивилизаций, прошлое и будущее всех эпох.

ПРИТЧА О ДВУХ ПТИЦАХ

Две птицы летели в небесном просторе и вдруг попали в воздушный поток. Одна испугалась, сложила крылья, прижала к груди голову и отдалась провидению. Сильная воздушная струя подхватила обмякшее тело, закрутила в своём круговороте и понесла на скалы. Со всего маху она ударила слабое существо о камни, разбрызгав кровь, и, собрав разлетевшиеся перья, понесла их по свету, как символ безволия, ибо перо без птицы как тело без разума. Другая же птица распрямила крылья, вытянула голову, расправила грудь и полетела навстречу ветру. Когда воздушная круговерть осталась позади, она почувствовала силу в крыльях и уверенность в душе и поняла, что теперь она может лететь даже к солнцу.

В минуты трудных испытаний нельзя складывать крылья: судьба не жалует слабых, она разбивает их при первой возможности. Нужно расправлять крылья и лететь навстречу буре, тогда буря под натиском силы разобьётся о каменную волю и разлетится слабыми перьями воздушных потоков, которые будут восприниматься на земле как легкий безобидный ветерок.

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ И ГЛУПЦЕ

Жили мудрец и глупец. К мудрецу шёл народ, чтобы послушать его умные речи, а глупца обходили стороной. Не по себе было глупцу, зависть мучила его, и решил он сходить к мудрецу, чтобы послушать его и по достоинству оценить его мудрость. Пришёл фофан к вещателю и стал слушать то, о чём говорит умнейший. Слушал-слушал, слушал-слушал, но так ничего и не понял. Вышел от мудреца и заявил людям, собравшимся у дома мудрейшего, что тот не в себе, ибо здоровый такого не скажет; что от таких мудрствований болит голова и пухнут мозги.

— Бойтесь его! — крикнул глупец, да так громко, что его услышали в окрестностях. — Ибо и вас постигнет та же участь, что и меня! Вы отупеете от его речей навсегда! Вы обезумеете от большого ума!

Та часть людей, которая так же мало понимала в мудрости, как и этот фалалей, да и к тому же очень боялась потерять последний ум, с видом собственного достоинства отвернулась от мудреца и пошла прочь с глупцом, чтобы окончательно не обезуметь. Другая часть осталась возле дома мудрейшего, от мудрости которого светлел ум и становилось больше сердце.

Глупость существует для того, чтобы больше оттенить мудрость, давая ей возможность с огромной мощью светить во тьме безумия.

ПРИТЧА О ГЛУПЦЕ И ИСТОЧНИКЕ

Один глупец решил уничтожить исток воды. Не нравилось ему, что бьёт он именно здесь, на его пути. Сначала глупец зарывал исток землёй, но тот размывал землю, потом недоумок засыпал камнями ложбинку, но исток вырвался из-под камней, тогда тупица принёс большой валун и накрыл исток. Вода исчезла. Возрадовался дурень, что победил бьющую из земли воду, и устроил сам себе праздник в честь великой победы. Безудержно он веселился, и вдруг… фонтан ударил из-под земли и сбил олуха с ног. Глупец хотел было встать, но мощный поток подхватил его и понёс с вершины горы. Пока обалдуя несло вниз, он не ощущал ничего: настолько всё было неожиданно и мгновенно; но, когда недоумок попал в низину и вода закрутила его в своем мощном водовороте, глупец почувствовал, что вода — кипяток.

— Почему вода закипела? — заорал обезумевший человек.

— Потому я стала горячей, что заставил ты меня опуститься на дно просыпающегося вулкана, он разогрел меня и выбросил кипящим гейзером из себя, — шептала кипящая вода. Больше ничего уже глупец не услышал.

Нельзя уничтожить то, что неуничтожимо. А ещё можно сказать: не сжимай пружину, она всё равно распрямится и ударит в лоб.

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКЕ, СВЕРНУВШЕМ С ДОРОГИ

Вёл Учитель учеников своих по трудной, тернистой дороге к Великой цели жизни. И чем ближе была цель, тем труднее становилась дорога, круче подъём и беспощаднее иглы тёрна. И в самый тяжёлый миг, когда силы покидали учеников, появлялся в стороне от дороги временно разбитый балаганный театр, где разыгрывали спектакли лицедеи, где кружился в вихре танца карнавал, где царил весёлый праздник. И один уставший ученик решил только взглянуть на празднество, только схватить глоток воздуха от карнавального ветра. Он свернул с пути…

Подойдя к шатру циркачей, ученик просунул голову между колышущимися от ветра яркими занавесками и увидел завлекательные фокусы, сложнейшие трюки, потешную клоунаду. Это было интересно и забавно. Забывшись, он смотрел весёлое представление циркачей, пока они не увлекли всю толпу вместе с ним на площадь, где начался шумный карнавал. Люди спешно надевали маски, причудливые и уродливые, смешные и жалкие, злые и страшные, и неслись, неслись в весёлом вихре маскарада всё дальше и дальше от дороги, по которой шли в гору стремящиеся к познанию.

Ученик забыл обо всём, он был как ребёнок, впервые попавший на праздник. Он менял маски, ища для себя самую красивую, соответствующую, как ему казалось, его внутренней сути, но, сколько он ни примерял, все они, по его мнению, искажали действительность, уродуя его лицо. Не найдя желаемой маски, он надел ту, которая досталась, потому что все уже были разобраны такими же желающими праздности людьми.

Потом ученик увлекся сладостями, которых на карнавальной ярмарке было такое множество, что трудно было оторваться от конфетных палаток. Насытившись, он побежал к воздушным шарам. Сначала ему нравились синие, потом зеленые, затем красные, он брал и те и другие, а набрав много, вдруг поднялся над площадью и с небольшой высоты увидел пищащий от удовольствия разноцветный муравейник людей, заражённых празднеством.

Наконец, устав от шума и веселья, ученик подошёл к одинокому человеку, раздающему мыльные пузыри. Грустный человек надувал огромные, сверкающие от света цветных фонарей пузыри и давал незадачливым людям. Пока пузырём любовались, он плавно перекатывался в воздухе, но стоило взять его в руки, как он лопался.

— Я тоже шёл другой дорогой, — твердил устало человек с мыльными пузырями, — но желание взглянуть на праздник сгубило меня, и теперь я  владелец мыльных пузырей. Они красивые, но лопаются очень быстро. Я и сам стал уже мыльным пузырём.

Но его никто не слушал. Люди были увлечены игрой с мыльными шарами. Они лопались, не оставляя и следа, а люди самодовольно смеялись. Ученик тоже ловил пузыри, они какое-то время лежали на ладони, но потом всё равно рассыпались разноцветными искрами брызг, и бывший ученик, желавший посвятить себя великому, радовался как ребёнок, позабыв о своих прежних намерениях.

Долго развлекался он с мыльными шарами, а когда опомнился, праздника уже не было. Площадь была пуста, замусорена;  музыка не играла, фонари не горели, конфетные палатки были пусты, шатёр цирка разобран, а в душе ученика была щемящая боль. Он вспомнил, что шёл когда-то по другому пути, и горечь разлилась по его уставшему телу.

Расстроенный человек решил  бежать туда, где оставил истину, но ноги еле двигались от усталости. На ладони лениво качался мыльный пузырь и не лопался, а маска, которую он когда-то надел на лицо, приросла. Ученик попытался избавиться от мыльного пузыря, но напрасно, он превратился в зеркало, в котором отражался жалкий, смешной и уродливый образ то ли лицедея, то ли клоуна, но не того, кем помнил себя ученик. Он попытался избавиться от безобразного костюма, но не мог, ибо, сняв его, он остался бы совершенно голый.

Жалкий уродец шёл к выходу, но путь его лежал через площадь. Она теперь имела унылый, удручающий вид, который приводил в ужас. Но  надо было куда-то идти, и человек, потерявший себя в этой мимолётной суматохе, шёл. Наконец вышел на тернистый путь, где давно уже прошли его товарищи с Учителем. Он увидел, что  тропинка заросла  колючим тёрном, на котором развевались на ветру обрывки грубой одежды идущих к свету. На земле алыми точками запёкшейся крови  лежал след от ушедших. Ученик  стал искать другую дорогу, но не нашёл, ибо к Истине ведёт только один путь.

— Я хотел только взглянуть на праздник, но, видимо, пробыл там так долго, что дороги успели зарасти, — с горечью произнес ученик.

На душе было пусто, знания, данные Учителем, забылись, а от праздника  ничего не осталось. И сидел тот, кто некогда назывался учеником, между заросшей дорогой к Истине и закончившимся праздником лжи и плакал от бессилия и злобы.

Нет вечного праздника в жизни.  Он приходит, чтобы увлечь и увести, и уходит, чтобы разочаровать и опустошить. Кто посвящает себя праздности, тот покупает себе вечную  маску уродца, которая становится его сутью.

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКЕ, ПРЕДАВШЕМ СВОЕГО УЧИТЕЛЯ

Один ученик отправился на базар за чашкой риса для Учителя. На базарной площади он увидел толпу и решил посмотреть, что там за сборище. Взгляду его представилось странное зрелище: на возвышении стоял человек в богатых ярких одеждах, который, жутко кривляясь, громко и возбуждённо что-то говорил. Ученик прислушался. Первые слова, которые он услышал, сначала возмутили его, потом привели в смятение, но чем дальше он слушал новоявленного глашатая истины, тем больше приходил в возбуждённое состояние, которым была заражена толпа слушающих. От странных слов в голове ученика стали появляться иные, чем были когда-то, мысли, а человек, который кричал всё громче и громче, вколачивал чужеродные слова в голову уже одурманенных людей как клинья в дерево. Человек, провозглашавший, как казалось ему самому, истину, обвинял Учителя в дьявольских наваждениях, называл его чёрной чумой, пытался развенчать перед тупой толпой «самозванца», которого истинно верующие называли посланником Бога.

— Он заманивает вас в чёрные сети и влечёт душу в пучину тьмы, — надрывно кричал возбужденный глашатай правды.

Ученик долго слушал площадного крикуна и в конце концов усомнился в Божественной истинности  своего Учителя. Он не вернулся больше к тому, кто много лет давал ему знания и учил жизни, а, уподобившись горлопану, пошёл разносить «правду» о том, кто не требовал признания, кто жил только тем, что доверял своим ученикам сокровенное учение и Божественную тайну.

Долго ходил ученик по селениям, разнося новую весть. Он давно уже уподобился и в речах своих, и в одежде своей «новоявленному учителю», сеющему смятение в душах. И однажды в возбужденной орущей толпе бывший ученик, а ныне новоиспеченный глашатай истины увидел ясные, спокойные глаза. Он отвёл свой взгляд и устремил его на привычную для затуманенных очей картину беснующейся  толпы, но неведомая сила потянула его взор туда, где светились две ярких звезды лучезарных глаз.

Величие спокойствия сияющего взгляда смутило новоиспеченного учителя, привело в трепет, взволновало и разорвало нить блестящих бус слов, порочащих истину. Мысли рассыпались бусинками и растерялись. А человек с ясными глазами повернулся и пошёл прочь. Он удалялся всё дальше и дальше, и чем больше становилось расстояние от него до толпы ротозеев, тем выше он поднимался. Он шёл уже над землей, над водой, по ясному, чистому небу уверенной походкой, и она была до боли знакомой ученику. И вдруг он вспомнил, что так спокойно и уверенно ходил только его Учитель и только у него были такие мудрые и ясные глаза.

— Учитель!— неосознанно крикнул глашатай новой истины, и толпа повернула голову туда, куда направляла рука опомнившегося ученика.

— Это — дьявол! — завопила толпа. — Ты сам сказал, что это — чёрный, страшный человек, слуга и помощник сатаны, сам сатана! Если он — твой учитель, значит, и ты из этого бесовского племени. Бей его! — закричал кто-то из толпы. — Бей! — подхватили другие.

И в ученика полетели камни…

Когда толпа, наглумившись, устала, удовлетворенная своим безумством, она покинула площадь, оставив под раскалённым солнцем окровавленное, обезображенное ранами безжизненное тело.

Не Учителя предает оступившийся, но себя обрекает на страшный суд Истины.

ПРИТЧА О ЧАШЕ ЖИЗНИ

Пил человек Чашу Жизни, и всегда она была такой, как ему хотелось. Но пришло время, когда стала ощущаться горечь, и чем больше человек пил, тем горше становилась Чаша его Жизни. Тогда обратился он к Богу:

— Господи, почему Чаша моей Жизни стала такой горькой? Я праведно живу, приношу людям только добро, почему же яд скопился на дне этого сосуда?

— Человеку не дано видеть причины, — ответил Бог, — но я нарушу Закон Тайны Судьбы и дам тебе возможность узреть то, что ты сейчас пьёшь, и пусть это поможет тебе с достоинством осушить бесстрастный сосуд.

И в тот же миг перед взором человека всплыли страшные картины его деяний. Глядя на свои чудовищные проступки, он не верил тому, что это творил он сам. Он увидел глаза людей, которым причинил боль, и понял, что его Чаша недостаточно горька, чтобы искупить содеянное.

Молодость не ведает, чем обогатит старость. Старость забывчива и не помнит, чем наградила её молодость, наивно считая пройденную жизнь источником мудрости, поэтому обе беспечны и неразумны, одна — в дурной расточительности, другая — в глупом беспамятстве.

Если бы молодость видела будущее, старость бы не знала страданий. Если бы старость помнила прошлое, тяжесть бы её была легче.

ПРИТЧА О РАСПЛАТЕ

Нанялся бедняк к богачу на работу. Вывел хозяин работника в поле, показал, что нужно сделать, и сказал, сколько заплатит. Понимал бедняк, что работы много и труд непосильный, но его утешала обещанная ему плата. Он радовался тому, что сможет облегчить положение своей семьи на какое-то время. Но труд был тяжелее, чем показался на первый взгляд, да и погода не баловала: то стояла сушь, то лил беспрестанно дождь, то налетал ураганный ветер. И не было у работника ни отдыха, ни покоя. И плакал бедняк, и терял надежду, но работу не бросал, ибо труднее переносить голод, чем тяжесть труда. Настало время сбора урожая, и впервые возрадовался работник, глядя на плоды своего труда, впервые надежда озарила его сердце. И пришёл он к хозяину за расплатой.

— Не оправдал ты моих ожиданий, — сказал богач. — Много сгнило от дождей, много высохло от засухи, много загублено ветром, за всё это я вычту из твоего заработка, а что осталось, ты получишь у моей жены.

Пошёл бедняк к жене богача, та сунула ему несколько монет и выпроводила со двора. Посмотрел работник на свой скудный заработок и заплакал, обильные слёзы покатились по его щекам, горечь переполнила душу. Уставший и больной, он тащился к дому, где ждала его нищая семья.

Миновало время, и давно уж было забыто это событие, каждый жил своей жизнью, но вдруг у богача в одночасье пал скот, сгорел дом, заболели дети, умерла жена. Несчастья шли по пятам, отнимая у богатого то одно, то другое. Ослабевший от горя, он обратился к Богу:

— Скажи, Всевышний, чем разгневал я тебя? Я исправно выполняю все твои законы, усердно молюсь тебе, за что же такая немилость ко мне?

— Не молитвой, а делами своими человек творит судьбу свою. Сколько ты присвоил чужого, столько и потерял, — ответил Бог.

— Но я в тысячу раз меньше недодаю, чем теряю сам, — оправдывался богач.

— А где точная мера того, что теряют бедняки на твоей работе? Ты не учитываешь их слёз и ушедшего из их тела здоровья, не берёшь в расчет их нужды и голода, горя и душевной боли. Все это ты получаешь теперь с лихвой и должен принять с благодарностью, — терпеливо объяснял Господь.

— Тогда ты не Бог, коль так несправедлив! — вскричал богач. — Ты отнял у меня больше, чем я недоплатил, а я недоплатил по справедливости: часть урожая сгнивала от дождя, часть выгорала при засухе, а часть уничтожалась ветром.

— Не у работников ты отнимаешь — у себя и терять будешь, пока не осознаешь.

Ничего, кроме злобы и проклятий, не было в душе у богача. Обильные слёзы катились теперь по его щекам, горечь переполняла его сердце. Обессиленный, тащился он по жизни, в которой несчастье сменяло горе. Потерявший всё снова жаждал богатства и, как и прежде, обкрадывал других, чтобы улучшить свою жизнь, и по-прежнему что-то постоянно терял. В конце жизненного пути, беспомощный, больной и одинокий, он лежал на смертном одре и проклинал жизнь, Бога и всё на свете.

Он так и не понял Великого Закона Справедливости.

Легче уходить из жизни тому, кто меньшую ношу грехов за плечами имеет. И минует чистилище ада тот, чей ум просветлеет до смерти. Отягощённому грехами и умирать тяжелее, и до светлых Врат Вечного Покоя не дойти.

ПРИТЧА О ВЛАСТОЛЮБЦЕ

Один человек очень любил власть. Главным смыслом его жизни, единой целью было достижение всемогущества. И шёл он к нему, пренебрегая всем и убирая всё мешающее ему на его пути. Но впереди него всё время оказывался незаметный, невзрачный, маленький человечишка, который портил своим появлением настроение властолюбцу.

Деспоту и так приходилось нелегко: только он преодолеет одну трудность, как возникнет впереди другая, а тут ещё человеческая сущность, мешающая ему на пути. Снова и снова появлялся впереди тот, кого обойти невозможно, кто вставал немым укором и бесстрастным стражем справедливости. Они, два человеческих существа, словно оба шли по одной дороге и оба поднимались к одной высоте, и властолюбец очень боялся, что этот ничтожный человеческий червь займёт его высоту.

Многое и многое было уничтожено устремлённым к власти, но, наконец, цель была достигнута: земля завоёвана, люди покорены, самая высокая вершина земли была у его ног. И властолюбец приказал срубить пик вершины и сделать плато для его трона. Прислужники выполнили его приказ, и царский трон стоял на самой высокой вершине земли.

Взобрался на него властолюбец и с недосягаемой высоты стал обозревать свои владения. И представилась его взору сладостная картина: ничтожным и крохотным было всё! Но не мог в полной мере возрадоваться тиран, потому что среди покорённых и покорившихся он не увидел того, кто поднимался с ним к высотам. Не было его внизу, не было его и рядом. Тогда поднял деспот голову вверх, к небесам, и жаром обдало его корыстолюбивое тело — на необозримых небесных высотах, в ярком, чистом свечении стоял тот, кто поднимался по трудной дороге вверх.

Сколько раз сбрасывали непокорного вниз верноподданные властолюбца, сколько раз наносили побои и увечья, чтобы он не обгонял будущего земного властелина, но все усилия уничтожить стремящегося к выси были тщетны. Несмотря ни на что, он оказался выше, и более этого — излучал лучезарное сияние, от которого сияли земля и люди.

И возмутился тиран, вскричал от негодования. Неустойчивый трон дрогнул и опрокинулся вместе с властолюбцем вниз, в страшную глубокую пропасть. Сердце отсчитывало последние удары, дыхание — последние ритмы, а в груди безумной лавой кипела злоба, и никак не мог понять деспот, какая сила помогла ничтожному человеку подняться до таких Божественных высот и засиять в Божественном свете. Он вспомнил глаза покоренных людей: чистотой взгляда они были обращены к освещённому высшим Светом Существу, чистотой устремлений были направлены к этому лучезарному образу.

В дикой злобе рванулся тиран, чтобы очернить грязным словом Возвышавшегося над землёй, но страшная боль прервала дыхание на полувздохе, а биение сердца — на полуударе. И досталось тело властолюбца не Высшему Свету, не памяти человеческой, а  земным червям.

Разные стремления ведут  к разным высотам.

Разные желания приводят к разным достижениям.

Разные цели приносят разные победы.

А человек рождён, чтобы стать либо Серафимом крылатым, либо гадом ползучим. Он сам хозяин своей судьбы, ваятель жизни, создатель памяти о себе.

ПРИТЧА О ХУДОЖНИКАХ

Жил на свете художник. Прекрасные картины он создавал, радовал людские сердца, но неудовлетворенность была в его душе: хотел он запечатлеть на своём полотне Бога и оставить Его образ людям. Он уходил в горы, где преодолевал вершины в поисках Священного Лика, спускался в пустыню, где проводил время в посте и в молитве, останавливался у моря, где вслушивался в небесный шёпот волн и в песню человекоподобного дельфина.

И вдруг в одно ясное утро увидел художник удивительный, серебристо сияющий свет. Красота и чистота его были божественны, и он понял, что это — лик Бога. Художник вернулся в свою мастерскую и, призвав всё своё умение, перенёс на полотно лучезарный образ Божества.

Уходя из жизни, живописец передал священную картину своему ученику. Тот долго смотрел на полотно и решил, что изображенный свет красив, но это — не Бог, Всевышний должен быть другим. И он приложил к картине свою руку, нарисовав в центре излучения лицо. Больше за всю свою жизнь художник так и не дотронулся до полотна, но его штрих исказил истинный образ Всевышнего. Умирая, он передал картину своему ученику. Тот тоже нашёл картину неполной и дорисовал то, что принесло ему его видение.

Так полотно переходило из рук в руки, от ученика к ученику, и каждый незадачливый художник вносил в него свои поправки. В итоге на полотне стал больше просматриваться бес, чем Бог, а так как картина носила имя первого художника, то гнев людей был обращен к первосоздателю. Его обвинили в сатанинстве, могилу осквернили и уничтожили, а имя заклеймили.

Прошло время, и один из учеников решил создать полотно с ликом Творца, но, прежде чем приступить к работе, он повторил путь первого собрата. Когда художник вернулся домой, он создал высочайшего мастерства полотно, на котором сиял лучезарный свет невидимого Божественного лика. Теперь полотно с сатанинским образом нужно было уничтожить, чтобы остановить возмущение людей. Но что-то мешало художнику коснуться ножом тонкого тела полотна. Словно кто-то удерживал его  руку, чей-то голос молил о милосердии, и решил мастер снять слой краски с полотна и оживить его другим образом.

Кропотливой и трудоёмкой была работа, но остановиться художник уже не мог. Слой за слоем он снимал с полотна краски и наблюдал, как менялся образ. Исчезали безобразные черты и тени, он преображался и светлел. С каждым разом становился образ человечнее и красивее, светлее и чище. И вот на полотне начал проступать последний слой; волнение охватило мастера, и он с особым трепетом принялся за работу. И каково же было его удивление, когда на очищенном полотне он узрел то же лучезарное сияние, как на своём. Он сравнил две картины и увидел, что они похожи, словно их писал один человек: два совершенно одинаковых величественных образа сияющего света и одна сливающаяся воедино гамма цветов!

И понял художник: лик Бога открывается лишь тем, кто хочет его увидеть, а не нарисовать в своём воображении. Образ Бога — один. И только тому он откроется, кто достоин лицезреть Великую Сущность. И тут же с грустью подумал, что после него придут мастера, которые захотят внести свою лепту в создание Священного лика. В их понимании, в их восприятии и в их ощущении Он будет другим. И тогда они снова исказят истину, осквернят Великую Суть, очернят Светлый Образ и, вероятнее всего, на его полотне тоже нарисуют беса, а его обвинят в сатанинстве, поглумятся над прахом и заклеймят имя.

Это — участь всех тех, кто поднимается над рутиной к свету, кто живёт не в угоду толпе и не идёт у неё на поводу, а возвышается над ней.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СТРАСТИ

Жили на свете два брата-близнеца. В один день и в один час они родились и внешне были очень похожи друг на друга, и все их путали. Не нравилось это одному из братьев, и он решил чем-то выделиться. Не зная, как это сделать, он обратился к провидцу за советом.

— Людей отличает только страсть, — сказал провидец, — какую страсть в себе человек откроет, куда за ней пойдёт, то и выделит его из людской массы. Найди её в себе, и она даст тебе то лицо, какое ты заслуживаешь. Ты можешь выбрать и маску, которая навсегда закроет твоё лицо от мира и даст тебе отличие от других людей. Обрати свой взор внутрь себя, и ты найдёшь там то, что тебе близко.

Недолго искал в глубине своей души жаждущий несхожести со всеми людьми ту страсть, которая выделит его из людской толпы. Страсть к золоту и богатству оказалась на поверхности, алчущий величия легко достал её изнутри и сделал своею путеводной звездой.

Всю жизнь жаждущий славы посвятил накоплению богатств, а золото стало той неотъемлемой частью его, без которой он не мог уже обходиться. Он ел на золоте, спал на золоте, носил на себе золото. Золото было везде и во всём, и он видел и ощущал каждой частью своего тела, что не похож ни на кого, особенно на своего брата-близнеца, который так и остался неприметным, ничем не отличающимся от таких же, как он, людей.

Каждое зеркало показывало алчному брату его сияющее в золотой маске лицо, которое горело в золотом блеске дорогого металла. Но однажды он взглянул в зеркало без маски и отпрянул от изуродовавшего его лицо стекла. Сражённый такой чудовищной дерзостью зеркала, он бросил в него камень.

— Умри, лживая стекляшка! — гневно крикнул брат.

Но и в другом, и в третьем, и в сотом зеркале было одно и то же изображение. Страшное, опухшее, изрезанное морщинами, землистое, безжизненное лицо смотрело на безумца из всех зеркал. Взбешённый, бросился брат к провидцу.

— Ты дал мне дурной совет! — с порога набросился озверевший человек на мудреца.

Тот спокойно ответил:

— Ты взял то, что было у тебя на поверхности, что было приятнее и ближе тебе. Оно было врождённым и лучше всего проявилось.

— Но мой брат-близнец, с которым мы родились в один день и в один час, выглядит гораздо моложе и красивее мен! Лицо его сияет живым светом жизни, а от моего исходит безжизненное свечение смерти. Ты сделал из меня урода! Ты своим дурным словом лишил меня молодости, покоя и счастья! Я уничтожу тебя! — захлебывался от негодования безумец.

— Меня так же невозможно уничтожить, как голос Высшего Разума, живущего в сердце, потому что я — совесть, которую трудно убить, — заключил провидец.

Но безумствующий так ничего и не понял в замысловатых словах мудреца. С высоты своего золотого обиталища он в дикой злобе смотрел на молодых, здоровых, сияющих, жизнерадостных людей, спокойно живущих на цветущих землях; среди них находился и его брат. Он был так же прекрасен и молод, как и они. Лицо его не тронуло время, не исказила морщинами болезнь, не изуродовала страсть. Он светился от ясного внутреннего света и казался лет на сто моложе своего единоутробного брата-близнеца.

Во все времена, во все периоды жизни человека на земле золото было великим властелином душ человеческих. Оно покоряло людей, превращая их в своих рабов, оно высасывало из них ту жизненную силу, от которой само светилось. Человек не знает, откуда сила и блеск золота, его вечная молодость и жизненность, а жаль, ведь на земле нет ничего более жаждущего человеческой энергии, чем этот драгоценнейший металл. Человек хочет блестеть в золоте, а золото блестит от человеческой энергии жизни. Человек хочет жить как золото, но золото переживает его, оставляя выжатое безжизненное тело. Два алчных существа земли — золото и человек — стоят друг друга, равны своею страстью друг  другу, но страшнее этого то, что каждый хочет превзойти в своём блеске другого.

ПРИТЧА О СЫНЕ, ПРЕДАВШЕМ МАТЬ

Одну женщину обвинили в сатанинстве и собирались сжечь на костре как колдунью. Но по существовавшему в то время обычаю все должны были подтвердить, что она ведьма. Огромная толпа, словно камни, бросала возгласы «ведьма», только её сын безмолвствовал среди толпы.

— Сжечь и сына, — крикнул кто-то, — он сын ведьмы, значит, и он — сатана. Опасаясь за жизнь сына, крикнула несчастная женщина в толпу:

— Это не мой сын!

И тогда возмущенный сын заорал вместе с безумствующей толпой:

— Ведьма! Ведьма!

И в тот же миг запылало пламя у ног невинной. Языки огня лизали уже тело, но не эта боль жгла сердце матери. Вспомнила несчастная, как впервые шевельнулся под сердцем ребёнок, словно цветок распустил свои лепестки. Вспомнила, как в муках родила она долгожданное дитя, как услышала его первый крик, возвестивший о появлении нового существа на свет Божий. Вспомнила, как приложила впервые к груди тёплый дорогой комочек, как впервые он произнёс слово «мама», как сделал первый шаг… Вглядывалась женщина в родное лицо, искажённое безумством, и жгучие слёзы заливали опалённые огнём щёки.

Жестокий костёр погас, безжалостное пламя исчезло, оставив на площади серый пепел, который разносил во все стороны равнодушный ветер. Толпа, получив наслаждение, разошлась, а сын безвинной женщины так и стоял на площади. Не было у него никого, и некуда ему было идти. С площади его вскоре прогнали, и он побрел в поисках другой жизни. И где бы он ни останавливался, куда бы ни прибивался, отовсюду был гоним, везде был обруган, оскорблен и нередко избит. И чем больше ему доставалось, тем чаще он вспоминал мать: её тёплые мягкие руки, её милый сердцу голос, её родной образ, её нежность и любовь.

— Мир жесток, — твердил несчастный. — Он отнял у меня то, что было всего дороже.

— Нет, это не мир отнял у тебя самое дорогое, — услышал он голос внутри себя. — Это ты отрёкся от него, чтобы сохранить себе жизнь.

И стал жить сын с вечным укором совести, как с клеймом.

Прошло время, женщину оправдали, вернули честь доброму имени, а сын её так и остался вечно прокажённым, отовсюду гонимым. И спокойной жизни у него не было, и спокойной смерти не получил.

Отречение ради собственного спасения есть обречение себя на гибель. Отрёкшемуся  отлучённым от жизни быть, лишённым судьбы человеческой и имени честного.

ПРИТЧА О ЦЕНЕ НА СЧАСТЬЕ

Трудная, беспросветная жизнь у нищих: ни радости, ни покоя. На тяжесть жизни и обездоленность обречены и их дети. Они, так же как и их родители, вынуждены тащить тяжёлую ношу нужды и невзгод. Но в таких семьях бывает особая радость и особое счастье, рожденные от чистой и светлой любви, которую невозможно оценить никакой монетой. Живут эти семьи в своём мире и своею особой жизнью, но так же, как и на всех людей в мире, падают на них испытания властительницы человеческих жизней — судьбы, которая любит позабавиться, потешиться и проверить в своей лукавой игре силу любви людей, у которых любовь — единственное мерило жизни и счастья.

И пало такое испытание на одну семью. Постучала однажды в дверь удача, возможно, единственная удача в нищей, безнадежной жизни и позвала детей из родительского дома, суля вечный праздник, нескончаемое удовольствие и беспредельное богатство. И вслушался в её сладостные увещевания один сын и, забыв о бедных родителях, потянулся он за лакомым лёгким куском.

Никто не остановил его, никто не вразумил, потому что никто из родных не мог предложить ему взамен ничего, кроме своей бесценной любви. И покинул юноша родной дом в погоне за призрачным счастьем. Он бросился в шумный, закручивающий в весёлом беззаботном вихре праздник и надолго забылся в круговороте увеселяющего хаоса. Сладкая еда и пьянящее питьё, красивая одежда и бессмысленные удовольствия вскружили голову молодому человеку. Он безрассудно проводил время в пустых развлечениях; мимоходом женился, родил детей — и всё кружился, кружился, пока болезнь не сковала и не сделала немощным его тело.

И вдруг в одно мгновение всё закончилось: растворился праздник, исчезло бездумно истраченное богатство, и живущий ради себя человек оказался выброшенным из шумящего  праздничного водоворота на пустынный берег жизни. Единственную опору и надежду он увидел в детях, но те, увлекаемые круговертью веселья, продолжали нестись в даль по-прежнему существующего для них праздника. Ветер беспечности уносил их всё дальше и дальше за горизонт другой жизни. Нестерпимая боль и обида захватила сердце родителя: он отдал им всё, что имел, но они не оценили этой жертвы. Ради них он раскручивал колесо счастья, применяя порой жестокие методы и совершая грязные поступки, но они не поняли даже, каких усилий это стоило.

В горькие минуты покинутости и одиночества вспомнился родной дом и любящие родители, и потянуло блудного несчастного сына в родные края.

С трудом он добрался до знакомых с детства, близких сердцу мест, отыскал своё бедное жилище и постучал в родную дверь. На пороге он увидел моложавого, до боли знакомого человека.

— Брат мой, — заплакал скиталец, — я вернулся. Я одинок и несчастен, я брошен родными детьми, и у меня нет теперь никого, кроме тебя и родителей.

— Родителей у тебя тоже нет, — ответил брат, — они давно умерли от горя.

Блудному брату стало не по себе, и он поспешил оправдаться:

— Но разве не я облегчил им жизнь? Когда я покинул родной дом, они избавились от лишнего рта, который нужно было кормить.

— Они лишились того, кто мог бы украсить их беспросветную жизнь. Тоскуя, они выплакали глаза, страдая, они истощили сердце. Они имели одну любовь, на которой не разбогатеешь, которой не увеселишься. Они ушли из жизни, потому что тот, к кому была обращена их любовь, в ней не нуждался.

И понял искатель лёгкой жизни, что не в безумном празднике счастье, а в чистой, преданной, сильной любви, которая согреет в холод, которая ослабит голод, которая защитит от горя своим покоем, которая даст тихую радость и успокоение сердцу в трудные минуты. И уразумел он тогда, что в погоне за призрачным счастьем потерял самое бесценное в жизни — любовь человеческого сердца, любовь человеческой души, любовь человеческого разума. Горьким было осознание, что жалеют его из милости, и страшным понимание, что никогда уже он не получит той искренней любви, которую променял на пустой звон призрачного праздника.

Ушёл несчастный подальше от родных мест и попросил у Бога мгновенной смерти, которая бы избавила его от позора и низости. Но судьба не дает легкой расплаты, она подносит горькую чашу, которую пить да не выпить до конца бесконечной жизни своей.

В погоне за призрачным счастьем счастья не видать. Истинная любовь — это уже счастье. Любовь — это гранёный бриллиант; ни размерами, ни стоимостью не превзойдёт его ни один драгоценный камень. Любовь — это золото искренности, серебро преданности, сапфир веры. Вот воистину бесценные сокровища.

ПРИТЧА О ДВУХ КОЛОКОЛАХ

На сторожевой башне было два колокола. Один огромный, тяжёлый, массивный, с толстыми чугунными стенками и большим, почти круглым, чугунным языком. Другой был намного меньше. И медные стенки его были тоньше, и медный язычок изящнее. И звонили оба колокола по-разному: большой издавал сильный, глухой, низкий звук, который тревожным эхом отдавался далеко от башни; маленький порождал звучание высоких чистых нот, прекрасной песней льющихся на просторе. Большой будто охал надрывно и гулко и наводил страх и смятение. Маленький словно заливался, то смехом, то плачем, и хотя слышно его было не так далеко, но те, кому доводилось воспринимать этот звук, словно очищались: были то слёзы или смех, но всегда что-то слетало с души, освобождая её от невидимой тяжести.

Испокон веков жили два колокола вместе, звонили в нужный час, сообщая о каком-то событии, но однажды посмотрел большой колокол на своего собрата и впервые ощутил своё величие: там, внизу, на уровне кончика его огромного языка висел еле заметный, отливавший медным блеском сородич. Был он такой маленький, что терялся в солнечных бликах и казался невидим в свете солнца днём, ночью, в серых сумерках, и вовсе исчезал.

«Если вблизи мой собрат еле приметен, — думал большой колокол, — то издали он не виден и вовсе. Значит, те, кому нужно услышать сигнал, ориентируются только на меня. Я виден отовсюду, слышен везде и главный на этой башне. Значит, только я могу и должен решать, кому и как звонить».

Поначалу голос маленького медного колокола ещё звучал и был слышен в округе, но постепенно он стал звучать реже и вскоре совсем смолк. Воздух потрясали только глухие, тяжелые, угнетающие душу удары гиганта. Он бил своим чёрным чугунным языком постоянно, и никто уже не понимал, что творится в мире, потому что все сообщения о разных событиях звучали на одной низкой, унылой ноте. Всё словно отупело от однообразного, наводящего ужас боя терзающего душу; всё чувствовало себя угнетённым и, лишенное живой песни, увядало на глазах. Всё живое теряло жизненную силу и сжималось, движимое одним желанием: покинуть этот безрадостный мир. Но нашлась сила, которая отрезала злобный язык чёрного колокола. Ухнул он наземь, последним тяжелым вздохом сообщив всему, сохранившему признаки жизни, о своём конце.

И зазвонил тогда медный колокол, разлив по округе плач по собрату, как бы говоря всему и вся, что посягать на жизнь, даже самую преступную и жестокую, никто не имеет права, что нужна не карающая сила, а творящая, что нужно было вложить в чёрный рот иную песню. Но сила Закона Справедливости коснулась медного колокола, и услышал он в себе её слова:

— Можно научить хорошо петь того, кто желает этого и в ком есть чувство жизнетворчества, но того, в ком самость рождает песни и живёт чувство превосходства, переродить невозможно, легче заставить его замолчать. Тот, кто возвеличивает себя, кто над всем себя возвышает, всё покоряет себе, свои песни навязывает, только о себе поёт, только себя и слушает и ничего другого не слышит, не поймёт вразумляющих слов, не примет других песен и не будет петь их, считая эти звуки чужеродными. Если самость его больше его самого, если разум его тяжелее его самого, если совесть его темнее его самого, то не лучше ли лишить его жизни во имя множества жизней других. Разумнее лишить его голоса, вырвав язык, чем обрезать собственные уши, лишив себя слуха. Пой, звонкий колокол, как пел раньше, — плачем о горе, смехом о радости. Пой о  жизни, чтобы она никогда не прекращалась.

И запел медный колокол, создавая своим золотым от солнца языком песню жизни. И поднялось всё, и наполнилось силой, и потянулось к жизни, расцвело, возвысилось, потянулось к свету. И плакал колокол в дни ненастий, и разливался малиновым звоном в дни радости. И каждый раз новые жизнеутверждающие песни вырывались из его сияющей груди. А чугунный гигант висел, безмолвствуя, и чёрное тело его было вечным напоминанием о тяготах и беспредельном безумстве.

Каков колокол души — таков и звон. (Слова Космического разума из книги Л.Я. Венгеровой и Д.Д. Гурьева «Записи диалогов с Космическим Разумом».)

ПРИТЧА О МАЯТНИКЕ СЧАСТЬЯ

Два брата обратились к Всевышнему:

— Скажи, Господи, можно ли управлять счастьем и горем?

— Человеку подвластно многое, — ответил Бог.

— Тогда научи нас этому.

— Я дам вам по маятнику, и вы сможете сами отмерять своё горе и своё счастье.

Поблагодарили братья Бога и возвратились домой с ценным подарком.

Один брат качнул маятник в сторону счастья и закружился в порыве этого хмельного ветра, но, дойдя до той точки, которая была отмерена силой толчка, маятник пошёл в обратном направлении с такой же силой и отнёс брата к событиям безрадостным. Хлебнув горя, брат мгновенно отрезвел от безумного счастья и понял, что горе и счастье — абсолютно равные величины, две стороны одной сути и одного без другого не существует. Значит, чтобы уменьшить горе, надо уменьшить желание счастья, которое не бывает вечным, и чем оно будет ровнее и тише, тем на душе будет спокойней.

Умный брат понимал, что всего, чего хочешь, не иметь, всей радости, которой желаешь, не испытать, а потому нет существенной разницы между много и очень много, потому что всё равно не знаешь точной меры того, что в сущности нельзя измерить. И он установил свой маятник на такую величину колебаний, которая позволила ему и познать счастье, и не ослабнуть в горе. И счастье и горе были почти равны, а жизнь брата стала протекать в покое, и сам он стал более уверенным и сильным в житейской мудрости.

Счастье украшало его жизнь, а горе не обезображивало ее. Сначала они спокойно сменяли друг друга, а потом слились в одну ровную полосу жизни, где всё воспринималось как должное, где всё строилось в крепкой связи с разумом и душевным чутьём. И не мог сказать брат, ставший впоследствии мудрецом, счастлив ли он, но всегда говорил, что несчастье обходит его стороной. Так и прошёл умный человек по жизни долго и спокойно, мудро и праведно, не причиняя никому зла, а раздаривая другим радость. И не для себя уже он жил, а потому и не нуждался в личном счастье.

Другой брат качнул маятник в сторону счастья и закружился в вихре опьяняющей радости, но, дойдя до конечной точки, и его маятник на мгновение остановился и с ещё большей силой пошёл в сторону несчастья. Неожиданность эта потрясла второго брата, от внезапности такой он чуть не захлебнулся и не лишился жизни. Оправившись от такого удара, безумец с ещё большей силой толкнул маятник в сторону счастья и понёсся в призрачный мир иллюзий. Упиваясь эйфорией счастья, он так и не заметил, что его снова отнесло к другому берегу и с головой окунуло в омут.

Долго барахтался неугомонный брат, но, выбравшись, решил толкнуть маятник ещё сильнее, чтобы успеть ухватить ещё больше счастья. Когда он снова оказался в болоте невзгод, когда горе с головой стало затягивать его в трясину бедствий, ему пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы выкарабкаться, но, выбравшись, он с ещё большей силой качнул маятник в сторону счастья в надежде получить столько, что сможет перекрыть любое горе.

Продолжалось это качание из стороны в сторону долго. И чем было больше счастье, тем тяжелее невзгоды, и не понимал глупый брат сути этого явления. Так он всю жизнь толкал маятник к счастью, стараясь качнуть как можно дальше, чтобы получить как можно больше, но потом прикладывал ещё большие усилия, чтобы преодолеть удары судьбы. До последнего мгновения своей короткой жизни безумный стремился счастьем перекрыть горе. Но в мире гармонии всё так уравновешено, что ничего невозможно получить, не расплатившись. Это — главный закон природы, о котором не знают или не помнят, забывают или не хотят знать. А итог один…

И хоронили молодого годами старца, истратившего все свои силы на бесполезную работу — добывание счастья, — порожденную ненасытным желанием и тщеславием.

У каждого человека в душе есть свой маятник, и какова амплитуда его колебаний, такова и человеческая жизнь.

ПРИТЧА О ПОСТУПКЕ, СОВЕРШЁННОМ ИЗ ЛЮБВИ

Было у матери пять сыновей, четверо работящие, а пятый только читал да что-то вычерчивал. Пока дети маленькие были, в доме был мир и покой. Старшие на земле работали, помогали матери, а младший всё маленьким был, всё при своих детских забавах: то на звёзды смотрит, то рисует что-то. В земляной работе он ничего не смыслил да и не был приспособлен к ней, и считали его бестолковым и тупым, а потому оставили в покое и не трогали.

Настало время, старшие, выпорхнув из родного гнезда, обосновались на земле, обустроились, стали жить богато, и всё у них было, да всё чего-то не хватало. Жил в их душах червячок, который точил одной-единственной мыслью их головы: была у матери земля, которая могла достаться нерадивцу, ни ума он ей не даст, ни толку — загубит кормилицу, — а от неё большая польза была бы.

Пришли они как-то в родной дом и увидели, что мать на земле работает, а брат по-прежнему в небо упёртый сидит. Взбесило это старших братьев, злость и зависть змеёй горло обвили. И начали они убеждать мать, чтобы та выпроводила сына на собственные хлеба — и ей легче будет, и нерадивого сына жизнь работать научит. Долго колебалась мать — жалко ей было своё дитя, — но потом всё-таки согласилась с сыновьями и предложила своему глупому и ленивому последышу начать самостоятельную жизнь. Сын не стал спорить, собрался и покинул родной дом.

Пролетели годы. Снова старшим сыновьям неймётся, видят они: мать старая, землю обрабатывать не может и пропадает добротный кусок земли без сильных рук. И пришли они к матери просить землю.

— Разделите, — предложила мать, — и пусть каждому достанется равная часть.

Но ни одному из сыновей ответ матери не понравился. Они понимали: если разделить землю поровну, то достанется столько, что развернуться, собственно, негде будет. Целый кусок ещё что-то значил, а разделённый — терял свою ценность. Видит мать: недовольны сыновья её ответом.

— Решайте сами, — сказала она, — у кого земли меньше, тому и отдайте.

Стали мерять братья, но, как ни крути, выходит одно и то же: если дать всю землю тому, у кого её сейчас меньше, то у него с новым куском станет земли значительно больше, чем у самого богатого. Так начался спор, который длился бесконечно. И про мать сыновья совершенно забыли. И доживала она свои трудные года в одиночестве и печали, глядя на бесполезные споры своих детей. И чувствовала она вину перед тем, кому, может быть, не хватает сейчас крова, своего клочка земли, любви и заботы. И хотелось ей уже уйти из жизни, но словно что-то удерживало её на этой грешной земле. Не могла она спокойно покинуть этот мир, не зная, что с её младшим сыном. Долго жила она и долго мучилась, глядя на обезумевших в кровавой мести старших детей и не ведая, что с её сыном, которого она из любви выгнала из дому.

Но как бы долго ни длилась жизнь, она не вечна, всему когда-то приходит конец. С тяжёлым, изболевшимся сердцем покинула этот мир уставшая женщина. Немощное тело её схоронили сыновья и облегченно вздохнули: «отмучила». И начали они жестокую войну за землю. Только душа мученицы не покинула грешную землю: не было ей дороги ни в ад, ни в рай, потому что осталась она привязанной к земле, где бродил по ней тот, кого она из любви собственной обездолила. И бродила душа по земле и всё чего-то искала. Давно уже не было в живых того, кому причинила она когда-то боль. Давно уже светлая душа её младшего сына светила звездой в небе, которому посвятил он свою жизнь, свой труд, свою безграничную любовь. Давно не было уже и тех, кто породил вечную войну за землю и чёрным ураганом носился над ней. А она в своём тонком теле всё бродила по земле, бродила, всё искала чего-то, искала… Привязавшая сама себя, она не могла разорвать этот узел и подняться туда, где ждал её отдых.

Существует поверье: если душа по какой-либо причине привязала себя к земле и не в силах оторваться от неё, то остаётся она на ней вечно, становясь низшим духом, который бродит по земле среди людей и пугает их своим внезапным  появлением. И боятся его люди, и зовут привидением, и изгоняют его, применяя магию, не зная вечных мук этой души и причиняя ей боль.

Не так страшен грех, который можно искупить в аду, страшен поступок, который не причислишь ни к грешным, ни к праведным, и который не имеет дороги ни в ад, ни в рай.

ПРИТЧА О ЛИЦЕДЕЕ

Один человек мечтал дарить людям праздники, делать их счастливыми, веселыми, радостными, преображать их суровые лица. И стал он актёром. Бродил по городам и устраивал на площадях для народа свои представления. Имел крохи, которых с трудом хватало на жизнь. Но не это поддерживало его, а огонь, который горел в глазах людей и оживлял их лица на какое-то время, делая красивыми, светлыми, одухотворенными. Но это преображение длилось недолго. Как только актёр заканчивал представление, люди опускали головы и шли по своим делам, озабоченные своими трудностями.

Жизнь становилась всё тяжелее и тяжелее: одни безмерно богатели, другие бесконечно беднели, и ни те ни другие не стали счастливее; в глазах и тех и других было одно и то же: забота о хлебе насущном или о богатстве беспредельном. И как ни старался актёр, чего только ни выдумывал, как ни ухищрялся, ничего не получалось. Лица людей становились всё суровее, глаза тусклее, а сами люди злее. Но он не унимался, он всё творил чудеса, призывая на помощь и ум, и талант, и смекалку.

Но однажды после представления из толпы вместо монет кто-то бросил сначала злую шутку, потом раздались крики недовольства, язвительный смех и в завершение полетели в актёра гнилые овощи и тухлые яйца. По лицу отчаявшегося лицедея вместе с гнилым бурым соком текли светлые чистые слёзы.

— Люди! — произнёс мим. — Поднимите глаза к небу!

Толпа стихла, и все как по команде подняли глаза на небо в надежде увидеть чудо.

— Посмотрите в чистую лазурь его, — продолжал лицедей, — вы увидите там необозримый простор, зовущую светлую даль, глубину чистоты, ясный свет и преобразитесь. Вы забудете свои тяготы, оставите непосильные ноши, устремитесь к счастью на крыльях духовной устремлённости и постигнете торжество той жизни, которая существует только в чистых и светлых душах!

Но люди не увидели чуда в небе и не поняли, о чём говорил лицедей, они решили, что он призывает их к безвременной смерти, чтобы подняться к призрачным высотам. В диком безумстве они схватили камни и стали бросать их в бедного актёра.

— Умри сначала ты, — кричали они, — а мы посмотрим, каким счастливым ты будешь на том свете!

И обезумевшая толпа забросала лицедея камнями.

Прошло время, всё забылось, но скука, воцарившаяся в городе, червоточила души людей. Росли злоба, зависть, ненависть, которые привели сначала к вражде, а потом и к войне. Люди стали убивать друг друга. И некому было остановить их…

Не будет войны там, где умеют ценить искусство человеческой души, мастерство ума и талант сердца. Не будет её и там, где царит духовность. А духовность приносят те, кто наделён Божьим даром. Убить их — значит уничтожить Дух в собственном сердце. Дух сердца — это магнит, притягивающий духовность, которую принесли на землю более одаренные. Если по какой-то причине не одарён от Бога, одари себя сам — прими духовность, даваемую другими.

ПРИТЧА О СМЕХОТВОРЦЕ

Один человек очень любил посмеяться над другими. У каждого он мог найти какой-то изъян и потешиться над ним. У одного были раскосые глаза, и смехотворец, чтобы высмеять этот недостаток, сводил свои к носу или разводил так, что они то смотрели в разные стороны, то одновременно вверх и вниз. Делал он это комично, и все весело смеялись. У другого был скошен рот, и тут смешливец не упускал возможности, чтобы не исказить в гримасе свой, да так, что толпа заливалась от хохота. У кого-то  были неловкие длинные руки, и здесь находился повод для смеха. У кого-то была некрасивая походка, и это с успехом было высмеяно. Кто-то плохо говорил, заикаясь или искажая звуки, и тут талант даровитого смехотворца проявлялся  с особой силой. Даже такие человеческие изъяны, как горбинка носа или больших размеров уши, которые невозможно показать, не применяя уловок, когда формы правильны и красивы, смехотворец мог без особых трудностей высмеять, используя свой неотразимый талант.

Долго этот человек смешил толпу, теша при этом то ли её низменные запросы, то ли свою гордыню. Он достиг высокого мастерства, и толпа шла смотреть на него, когда он появлялся, и веселилась, потешаясь над любыми человеческими недостатками. Этим смехотворец зарабатывал себе на хлеб и был счастлив, что ему хватает даже на сладкие булки.

Прошло время. По-прежнему создатель публичного смеха пытался смешить толпу, но видел уже, что народ не смеётся так же задорно, как смеялся немногим раньше, а чаще толпа то ли с жалостью, то ли с грустью смотрела на него, и нередко вместо смеха по щекам людей катились слёзы. Деньги давали, не скупясь, но что-то странное было в этом жесте. Если раньше они бросались игривой рукой и, падая, звенели так, словно заливались смехом, то теперь жалость читалась в полете жертвующей руки, а монеты, ударяясь одна о другую, издавали звук капающих слёз. И хлеб, который ел смешливец, казался теперь горьким.

— Что же случилось? Почему народ стал так странно относиться ко мне? — спрашивал сам себя человек и не находил ответа.

Однажды он брёл по базару и, проходя мимо лавки одного богатого торговца, остановился, увидев в большом зеркале  до ужаса смешного человека. Сгорбленный уродец на кривых ножках с развёрнутыми в разные стороны ступнями, с обвисшими длиннющими руками, с яйцеобразной головой, лысой сверху и со всклокоченными волосами на затылке, с разнопосаженными над глазами взлохмаченными бровями, с глазами непонятного цвета и неопределенного взгляда от разошедшихся в разные стороны зрачков, со сгорбленным носом, развёрнутым вправо, с раздутыми, вздыбленными крыльями ноздрей, с искривлённым в дикой улыбке ртом — и на этом перечень всех изъянов не заканчивался. Уродец в зеркале был так смешон, что человек долго и безудержно хохотал. Ему было так смешно, что он не мог остановиться.

Из лавки вышел недовольный торговец, протянул человеку монету и сказал:

— Это не лучший способ для выпрашивания денег.

Но смехотворца они интересовали меньше всего, ему было до безумия смешно видеть все уродства одновременно.

— Я ещё никогда не встречал такого изобилия уродства сразу, — сквозь смех пытался объяснить своё состояние человек.

— Но это же — ты! — недоумевая, воскликнул торговец.— Неужели тебя веселит твоё собственное уродство? — возмутился пораженный таким явлением хозяин лавки.

— Я? — удивился человек.

Он внимательно вгляделся в зеркало и понял, что урод, которого он видит и над которым так заразительно смеется, — это его отражение. И вдруг он заплакал. Он так горько плакал, что торговец вынес ему ещё две монеты.

— Мне жаль человека, который зарабатывает таким гнусным способом, — сказал он, бросив деньги.

Никогда так больно и горько не было смехотворцу. Теперь он понял чувства толпы, которая собиралась только для того, чтобы посмотреть на такого уникального урода. Более безобразного человеческого существа смехотворцу никогда не приходилось видеть. А ведь несколько лет назад он был не таким: он был высоким, стройным и красивым, но желание иметь лёгкий заработок изуродовало его до неузнаваемости, и теперь он был обречён на вечное уродство, которое могло вызвать смех только у идиота.

Каждый человек сам себе выбирает путь. И если судьба бывает жестока к нему, то не её надо винить, а себя, ибо человек дразнит её играя, а расплачивается страдая.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ЧЕЛОВЕК ПРИ ЖИЗНИ УПОДОБИЛСЯ БОГУ

В день свадьбы одного человека подошёл к счастливцу старец и сказал:

— Я должен омрачить твоё счастье. Падут камни с неба и сделают тебя уродом, и пойдёшь ты по этой земле гонимый людьми, как ветром. Это — судьба твоя, её не обойдёшь и не переступишь. За грехи твои прошлые быть тебе изгоем и нести кару Судьбы до последних дней твоей жизни.

Страшно счастливцу было слышать такие слова, но он знал Великий Закон Судьбы и безропотно принял горькую весть. Только беспокоила его судьба любимой женщины, ставшей его женой, и он остановил старца вопросом:

— Скажи, провидец, не коснётся ли несчастье жены моей?

Старец внимательно посмотрел на человека и ответил:

— Я вижу искренность в глазах твоих и хотел бы тебя утешить, что у жены твоей завидная судьба…

Старец исчез. Вздохнул облегчённо человек и сказал жене своей, благочестивой красавице:

— Из чистой и большой любви к тебе я отрекаюсь от тебя первым, чтобы не причинить тебе боль, не обречь на страдания и несчастье. Я хочу, чтобы горе не коснулось острым ножом прекрасного лица твоего и не изрыло его безобразными морщинами. Хочу, чтобы печаль не вошла в сердце твоё и не породила в нём боли. Хочу, чтобы ты всегда была так же красива и счастлива, как сегодня.

Ничего не ответила ему жена. И, простившись, он покинул её.

Недолго пришлось ждать карающего меча Судьбы. В одну из ночей разыгралась буря, посыпались камни с неба и обрушился этот камнепад на человека. Такой страшной боли он ещё никогда не испытывал. Когда ураган стих, оказался человек засыпанным камнями, из-под которых не мог даже выбраться. Сколько он пролежал под ними и что с ним потом было, он не помнил, но когда открыл глаза, то увидел перед собой свою жену в простом платье и с потухшими от горя глазами.

— Ты пришёл в себя, значит, будешь жить. Не гони меня более, я всё равно не уйду, потому что связаны мы Судьбой и быть нам вместе до последних дней наших и в горе и в радости.

Не мог противиться человек, ибо был он привязан к ложу своему слабостью израненного тела, но, когда раны зажили, он украдкой вышел из лачуги и ушёл, чтобы не обременять любимую женщину уродством своим.

Пройдя не так много, он наклонился к ручью напиться и увидел в дрожащем зеркале ручья до боли знакомый образ.

— Проклятие Судьбы лежит на мне за грехи мои, и это — мой крест, и нести его мне без стенаний и ропота. Не могу я обрекать тебя на эти страшные муки, потому что любовь моя выше жалости к себе, — обратился он к той, чье отражение дрожало в воде. —  Оставь меня, чтобы в тиши мирской жизни свить себе гнездо, завести в нём детей и жить, как живут все, в довольстве и счастье. Я же не могу дать тебе ничего, кроме страданий, но любовь моя к тебе так велика, что, причиняя тебе боль, я буду мучиться сам ещё больше. Оставь меня, чтобы облегчить мои страдания, и я буду более спокоен от счастья твоего.

И ушёл несчастный, волоча за собой ногу и опираясь на палку изуродованной единственной рукой.

В одном селении, куда зашёл человек попросить хлеба, он заступился за ободранную, больную кошку, которую таскали на веревке мальчишки, но баловни судьбы, увидев новую жертву, в порыве тупого безумия накинулись на неё. Страшным мукам они подвергли несчастного, и лежал он на земле израненный и избитый. И вдруг чья-то тень заслонила палящее солнце, безжалостно обжигающее свежие раны. Открыл глаза свои человек и увидел жену. Тогда он заплакал от бессилия, умоляя её покинуть его, потому что он страдает вдвое больше, когда видит любимое лицо, изменяющееся от страданий и боли.

И снова он ушёл, и так убегал от неё всегда, но после каждой неудачной встречи с людьми или страшными явлениями природы, приносившими ему новую боль и новые страдания, он видел возле себя женщину, которая была его женой. И сказала она ему однажды:

—Я — жена твоя перед Богом. Он связал наши судьбы, и я не могу нарушить то, что разрушить невозможно. Не из страха за грехи я хожу за тобой, а из любви человеческой.  Не могу я покинуть тебя, ибо это не в силах моих. Твоя судьба — моя судьба, и ничто не остановит меня, ибо долг мой — быть рядом с тем, с кем связана я невидимой нитью Великой Судьбы Жизни. И не испытаю я счастья при виде несчастья, не обрету покоя при виде горя, не смогу быть равнодушной при виде страдания. Нет у меня иного пути, чем путь милосердия. Нет иного смысла жизни, чем дарение любви своей, которая залечивает и телесные и душевные раны, чем ниспослание добра своего, которое дает силу в преодолении трудностей. И не смогу я быть счастливой, помня о несчастье. И не могу не помнить, потому что нельзя забыть. Не из жалости, из любви я с тобою. Не из милости, а из милосердия. Не для сострадания, а для воодушевления. Не принимай меня как жертву, прими как Бога, которого ты не можешь отвергнуть и изгнать из сердца своего.

И смирился человек, и пошёл он дальше  по своему трудному пути вместе с той, которая была теперь для него не женой, а спасительницей. И стала легче дорога, и слабее боль, и меньше печаль. А женщина, шедшая рядом, наполняла живительными силами не только близкого её сердцу человека, но всех тех, кто нуждался в поддержке. И, не скупясь, раздавала она свою любовь и свет своей души всем, кому они были нужны. И чем больше света она давала, тем светлее сама становилась. И принимали её люди в сердце своё как Бога, и слушали её как Бога, и верили ей как Богу, и становились сами светлее и чище, и понимали смысл судьбы и жизни, и принимали их как должное, дабы пройти по трудному пути, пронести тяжелую ношу и измениться. И стала женщина божественным Светочем, и мудростью житейской, и благочестием мирским не только для мужа своего, но и для всех людей.

Живёт она и поныне. А кто видит её, тот полнится светом, который очищает, тот получает мудрость, которая помогает жить, тот имеет благо, которое делает счастливым.

Тот, кто безропотно сносит удары Судьбы, тот растёт, кто величием Души живёт, тот возвышается.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК СТАНОВЯТСЯ ФУРИЯМИ

У одной женщины было всё: и дом, и богатство, но не было, как она сама считала, счастья.

— Что тебе нужно для счастья? — спросил её Бог.

— Мужа, — ответила женщина.

Дал ей Бог мужа, но вскоре она почувствовала себя несчастной.

— Чего ещё не хватает тебе?

— Родственников.

Дал ей Бог и родственников: дальние отыскались, но любящие. И снова печаль поселилась в неугомонной душе.

— Что я могу ещё для тебя сделать? — терпеливо спрашивал Бог.

— Я хочу, чтобы у меня были хорошие соседи.

И это не велик труд, и появились рядом хорошие люди. Ей бы радоваться и наслаждаться счастьем, да всё не так, всё не этак, хмурая ходит, не улыбается, доброго слова от неё не услышишь; всё раздражает, всё выводит из себя, всё злобу в сердце рождает. Глянет она: у соседей бедно, да радостно, — и злость в душе заклокочет, обида к горлу подступит. Посмотрит: у родственников детишки дом оживляют, а у неё мертвый стоит, безжизненный, — и снова закипает она от злобы. Всех ненавидела она, на всех злилась, всех в душе кляла и ругала: «У людей даже мужья как мужья, а у меня не так красив, не так добр и ласков, не так работящ». Исходила она чёрной злобой, но мало ей показалось в себе самой вариться, решила она сделать так, чтобы всем счастливым так же, как и ей, несчастливо жилось, и стала она ходить из дома в дом и всех ссорить. И переругались и родственники и соседи, обозлились друг на друга, возненавидели один другого. Изъела она  и мужа своего и до Бога добралась, обругала грязными словами Всевышнего и прокляла. Но и тогда не наступило покоя в душе.

— Что мне сделать, чтобы одолеть счастье чужое? Тогда я  буду счастлива сама, — вскричала разъярённая женщина.— Кто может помочь мне в этом?

И услышал её Черный Человек, и пришёл к ней.

— Я помогу тебе. Я подарю тебе Книгу Зла, и ты найдёшь в ней рецепты на все случаи жизни.

Женщина была так рада этому появлению, что не смогла сдержать ликующего, победоносного смеха, который был похож на лязг меча в воздухе. В порыве безудержной радости она благодарила странного, страшноватого незнакомца, обещая ему дать любую плату.

— А мне немного надо, — проскрежетало чёрное существо,— только лишь твоё человеческое сердце, в котором заключена Божественная Душа. Я поглощаю их, чтобы никогда и ни в чём не проявился Божественный Разум, изменяющий серую жизнь, и Божественный Дух, способный осветлить и обожествить человека.

— Зачем мне  сердце?! — воскликнула обезумевшая от радости женщина. — Что с него проку! Оно только мешает, когда начинает ныть от боли, причиненной мною другим. Возьми его, и пусть ничто не останавливает меня в делах моих!

— Ты великолепна в злобе своей! Она придает тебе неземную красоту! Ад позавидует изяществу душевного уродства твоего! Необыкновенная сила теперь в руках твоих!  Твори! И пусть Свет невидимых Высот никогда не проникнет в души тех, кто пытается подняться над болотом жизни!

Чёрный человек исчез, и женщина в безумной радости начала листать  Чёрную Книгу и творить всё, что в ней написано. И стала зарождаться в сердцах людей злоба и ненависть, и начали они делать мерзости, от которых всё живое и прекрасное стало гибнуть. От хмурости людской постоянно был хмурым небосвод, затянутый тяжёлыми чёрными тучами. От громких криков и ругани людской клокотали вулканы от вскипавшей в них лавы и грохотало небо от раскатистых громов. От ненависти уже ничего не рождалось, ибо рождается всё только в Любви. И наслаждаться бы деяниями своими существу, давно потерявшему не только образ женский, но и человеческий, да находились люди, которых не брали её чары.  Светоч их Душ по-прежнему светился в постоянной ночи. И кого-то да привлечёт этот чистый ясный Свет, и поднимется этот человек из болота гниющей жизни, и пойдёт за сиянием в неведомую даль. И бесконечной стала борьба со Светом и постоянной работа над новыми ядами, отравляющими души. И не замечалась вечность, проплывающая мимо, уносящая молодость, красоту и блага некогда красивой и богатой женщины, и не отмечался за злодеяниями ход быстротечного времени, ибо была колдунья уже в полосе безвременного пространства. И никто уже не помнил ни имени её, ни образа, никто не отличал в ней даже человеческого существа, все знали только человекоподобную страшную уродливую тварь, которую называли просто «фурия». Она же по-прежнему тешила себя прошлым, которое давно истлело на углях памяти.

Тот, кто дорожит своей Великой Божественной Душой, никогда не сойдёт со светлого пути своего, ведущего к необозримым просторам Величия Жизни. Тот, кто продаёт свою душу, ублажая свою самость, уйдёт в небытие чёрных дыр, называемых дьявольскими кладбищами.

Каждый выбирает свою дорогу, но сильного направляет по светлому пути его Божественная Суть, а слабого уводит на тёмную стезю сатанинская сущность. А потому и разные люди живут на земле: одни подобны богам, другие — бесам.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ПОЯВЛЯЮТСЯ ЯЗВЫ

Одна женщина ненавидела всех людей. Ненависть её была такой сильной, что превратилась в язвы, которые покрыли всё тело и поразила все внутренние органы. Пригласили  к ней целителя. Осмотрел он женщину и сказал:

— Нет лекарства, которое может излечить от язвы. Язва — это болезнь сердца. Чем добрее сердце, тем оно здоровее и тем лучше оно разгоняет кровь по телу. Чем злее, тем дольше в нём застаивается кровь, которая загнивает, а гнилая кровь порождает гниение органов, которые омывает.

— Ты не просто бездарный лекарь, ты ещё и глупый человек, — в сердцах сказала больная. — Какой умный может связать язвенную болезнь с сердцем. Иди прочь! Я найду других лекарей, и они вылечат меня.

Целитель ушёл. Пригласили к женщине для лечения других врачевателей. Те долго лечили мазями и примочками, но язвы не заживали, а больная ещё больше исходила желчью ненависти, нередко впадая в такое безумство, что видела в людях гадов ползучих, змей шипящих, червей безобразных, тварей страшащих, чудовищ ужасных и ещё огромную тьму всяких мерзостей. И в придачу к язвам пошла у неё кровь горлом. Снова позвали целителя, так как он был ближайший из всех, занимающихся лечением. Осмотрел он больную и дал заключение:

— Эта страшная болезнь от головы. Чем ужаснее порожденный образ в мыслях, тем быстрее возгорается кровь. Перегорев, она становится чёрной и не может больше течь по жилам, тогда выбрасывается она с дыханием через горло. Осветли свои мысли, и посветлеет кровь, разнесет её сердце по всему телу, и, чистая, она будет спокойно течь по великому руслу сосудов и наполнять каждый орган жизненной энергией.

Что-то злое и страшное хотела выкрикнуть женщина, но захлебнулась своей собственной чёрной кровью и отошла в мир иной. Стали спрашивать целителя, от чего же все-таки умерла больная.

— От язвы сердца и желчи в голове, — ответил он, чему многие удивились, так как знали, что в сердце язвы не бывает, а желчь не проникает в голову.

Тот, кто породит язву в сердце, умрёт от язвы тела. Тот, кто породит желчь в мозгу, умрёт от болезни крови, отравленной ядом собственных мыслей.

ПРИТЧА О СОРНЯКЕ

Когда Бог создал Землю, он покрыл её травами. Нежная зелёная трава с разноцветными яркими цветочками красивейшим ковром лежала на земной тверди. Многие лета она создавала чарующую красоту, многие лета служила одной цели: приносить радость и быть полезной. За многие лета видоизменилась она и стала не просто одноликой травой, но многоликим разнотравьем.

Не все так гладко и спокойно было в этом мире растительности, появилась такая трава, которой захотелось выделиться и быть не просто разнотравьем, а отдельным видом. Она посчитала себя лучше всей однородной массы и решила возвыситься. Вначале это привело к увеличению роста. Она стала тянуться вверх, но, чтобы тоненький стебелёк её мог держаться без опоры над землёй, он стал утолщаться и грубеть. Маленькие нежные листочки не смотрелись уже на грубом стебле, и заносчивой траве пришлось вытянуть и уплотнить листья. Длинные мясистые тёмные листья разместились на толстом стебле, раскинулись во все стороны, образовав под собой тень и сырость. Мелкая травка, выбивавшаяся из-под земли под самым кустом раскидистой огрубевшей травы, чахла и исчезала. Но и этого показалось мало возомнившей много о себе траве, она стала нетерпима к соседям. Стараясь хоть чем-то задеть их и уколоть, она начала выпускать шипы, которые сначала были похожи на наросты на листьях и имели вид мягких заостренных листочков, но чем больнее хотелось уколоть, тем жестче они становились, пока не огрубели совсем и не стали более деревянисты, чем травянисты. Чем более дальних хотелось задеть этой траве, тем длиннее и длиннее становились её колючки. И в конце концов обычная травка сделалась такой огромной, что, под стать молодому дереву, стала такой раскидистой, что напоминала взрослый куст, обросла таким количеством острых, длинных и жёстких колючек, что стала недоступна и неуязвима. В борьбе за превосходство трава породила и яд и стала, в придачу к своей неуязвимости и колючести, ядовитой.

Каждой весной вместе с другими травами она зацветала. Её яркие и красивые цветы были видны издалека, но никто не навещал это дикое растение. Никто не изъявлял желания использовать его для блага. Даже ничтожные насекомые и те обходили его стороной. И торчала трава на земле без надобности, быстро старея и желтея, тогда как многие её сородичи были ещё в полном цвету. И поняла она незавидную участь свою, и обратилась к Создателю:

— Верни мне моё первоначальное состояние. Хочу, чтобы во мне нуждались.

Но Бог ответил:

— То, что творит самость, не исправит и сам Бог. До конца дней жизни ты будешь обладать этим неприглядным видом, отталкивающим всё живое. Ты стремилась к возвеличиванию над всеми и возвысилась. Довольствуйся теперь своим устремлением, ибо оно ныне — суть твоя. Единственный способ не причинять вреда и не удручать своим видом — это исчезнуть!

— Исчезни сам, немощный чудотворец!— взбеленилась ядовитая трава. — Я ещё поживу, и если не с пользой для других, то с вредом для всех! Я заставлю признавать меня и оказывать мне должное внимание!

С ярой злостью стала разрастаться трава, заполняя собой всё пространство земли, вытесняя полезную слабую травку. Видя бессилие трав и животных, возомнила она своё превосходство над всем миром. Но появился человек, которого могла укусить даже мельчайшая мошка, смастерил косу и начал косить траву повсюду. И падала она под косой к ногам его, и топтал он её грубой обувью своей. И пришлось потесниться траве, уступить силе человека. И ушла она с пути его, по оврагам забилась, в лесах спряталась, но, переча судьбе и назло всему желая сохранить вид свой, буйно разрасталась в безопасных местах, чтобы доказывать миру своё превосходство и непобедимость. Но как была она сорняком, так сорняком и осталась, как не испытывали в ней нужды, так и не нуждались, как боролись с ней, так и уничтожают до сих пор. И не править ей миром, и не вершить судьбы, а быть гонимой вечно за ничтожество своё.

Так и люди. Сначала стремятся к превосходству, потом изгоями становятся. Выбирая долю, можно получить участь.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И РОЗОВОМ БУТОНЕ

Один человек решил вырастить в своём саду розу. Он долго искал для неё место, наконец, выбрал самое лучшее, самое солнечное, удобрил землю и посадил куст. Несколько лет он терпеливо ухаживал за розой, поливал её, рыхлил вокруг неё почву, укрывал в морозы, обрезал дикие побеги. И вот наступил тот день, когда на кусте появился первый бутон. Сначала он был крохотным, потом становился всё больше и больше, но лепестки чашелистика никак не раскрывались, а человеку не терпелось увидеть, каким будет цветок. Нетерпение оказалось сильнее рассудка, и человек, не выдержав, решил приоткрыть тайну. Он наклонился к цветку и пальцами стал отгибать сначала лепестки чашелистика. За зелеными плотными лепестками показались не то розовые, не то кремово-белые лепестки самого цветка. Тогда человек с нетерпением стал отделять лепестки один за другим у туго связанного бутона. Толком раскрыть бутон человеку не удалось, но он успокоил себя тем, что  помог цветку освободиться от связывающей его силы и завтра тот легко сможет распуститься, расправив все свои лепестки. И человек предвкушал уже счастье от удивительной красоты. На следующий день он рано проснулся, чтобы не пропустить момент чуда, когда на раскрывшемся цветке между красивейшими нежными лепестками заискрятся бриллианты утренней росы. Человек выбежал в сад с восходом солнца, когда роса серебристой лазурью искрилась на зелени травы, настроенный на встречу с чудом, и вдруг он увидел уродливый, почерневший и завядший за ночь бутон розы. Его сникшая головка склонилась набок, глядя не в прозрачное небо, улыбаясь своим блеском солнцу, а в темноту мрачного подземелья жизни, роняя наземь капли появляющейся и тут же стекающей, как слёзы, росы. И возмутился раздосадованный человек:

— Я помогал тебе, чтобы ускорить час твоего расцвета, который затянулся слишком надолго, а ты обратил мои лучшие намерения в такое уродство.

И человек в бешенстве срубил весь куст. Когда он успокоился и пришёл в себя, то заплакал:

— Я вложил в тебя всю душу, а ты с такой неблагодарностью отнёсся к моим стараниям.

Всему своё время. Нельзя убыстрить те процессы, которые ускорить невозможно.

ПРИТЧА О КРЫЛАТОСТИ И БЕСКРЫЛОСТИ

Два человека жили на одной земле, но одному показалось, что его собрат занимает больше места, и он потеснил его. Безропотный человек уступил натиску силы и исполнил желание своего собрата: он дал ему всё, что тот потребовал. Со временем снова сомнения стали мучить первого, и он опять потеснил мешавшего ему свободно жить собрата. Потом стали одолевать его мысли, что собрат его — лишний на этой земле, и он начал теснить его, пока не загнал в воду. Покорный человек сошёл с земли и стал заходить в воду всё глубже и глубже и, наконец, почти исчез под водой, как вдруг появились у него за спиной крылья, и человек, который потерял под ногами дно, а над головой — небо, неожиданно расправил их и взлетел. В одно мгновение он оказался в безоблачной выси.

— Так-то лучше, — сказал человек, изгнавший собрата с земли обетованной. — Пусть небо станет твоей обителью, моею же будет земля.

Прошло немного времени с того дня, жил человек на своей земле беззаботно и счастливо, но начал замечать он, что морские приливы становятся всё больше и больше, все ближе и ближе стала подступать вода. Стал он замечать также, что приливы не сменяются уже отливами, а вода всё наступает и наступает на землю. И однажды он увидел, что стоит уже на небольшом клочке земли, который со всех сторон омывает вода. И понял он, что некуда ему деться, некуда бежать, остается только взлететь, чтобы не поглотила его прибывающая вода. И попросил он тогда у Бога крылья.

— Человек рождается крылатым, — ответил Бог.

— Как же крылатым?! — возмутился тонущий человек. — Я никогда не видел и не чувствовал у себя крылья. Я видел и чувствовал у себя руки и ноги и использовал только их: ноги для ходьбы, а руки для работы, но крылья… даёт людям только Бог.

— Я всем при рождении даю крылья, только один чувствует их и пользуется ими, поднимаясь высоко над злом, а другой не чувствует и ползает по дну, прирастая к нему всем телом. Ему не нужны крылья, и они становятся неразвитыми и слабыми. Когда же наступает время освободиться от трясины зла, которая готова поглотить его самого, он пытается взлететь, чтобы оторваться от губительной тины, но не ощущает уже за спиной спасительного крыла, оно исчезло за ненадобностью. Рождённый ползать летать не может — так говорит народная мудрость.

Человек изнемогал в бессилии, а вода поднималась и поднималась. Сначала она дошла до щиколоток и омывала тёплой волной ступни человека, потом поднялась до колен, ласково обняв ноги, затем обхватила человека за пояс, омыла грудь, плечи, шею, коснулась подбородка, рта, носа, глаз и тихо сомкнулась над головой бескрылого и несчастного. И пришли бесславный конец, и страшная смерть, и полное забвение.

Вырывая блага себе, оборвёшь от натуги собственные крылья, которые в роковые минуты были бы спасением. Наливая в чужую чашу горя, хлебнёшь его полной мерой.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И ГОРЕ

Жил человек, и нельзя было сказать, что он был счастлив, но и горя он никогда не испытывал. И привык он жить, не болея душой, не задумываясь о поступках, не подчиняя свои действия разуму. Всё шло своей чередой: что случалось, то случалось, и сам человек никогда и ничего не пытался изменить, улучшить, поправить. Принимал всё как должное,  да, собственно, и не было ничего такого, что нарушило бы его размеренную, вялую жизнь. Но наступил час, когда постучало в дверь горе и, не дожидаясь приглашения, вошло, и не просто вошло, а ввалилось, придавив собой человека. И взглянуло оно ему в глаза, и не просто взглянуло, а заставило человека вглядеться в свой страшный лик. И увидел человек уродливое лицо горя, зловещий взгляд и ядовитую улыбку, и защемило у него в груди, налилось болью сердце  и разбухло от этой боли так, что треснула грудь. И сжал он руками грудь, чтобы уменьшить боль, и сжался сам, словно желая спрятаться от жестокого взгляда горя. Но горе ещё больше сдавило, ещё больше подмяло под себя. И понял человек, что он бессилен перед ним и никогда не сможет преодолеть натиск его. И стал он тогда прятаться от этой напасти, но горе  находило его и впивалось своим жутким взглядом в безумные от страха глаза несчастного.

Видя мучения собрата, другой, более сильный человек, не раз сражавшийся со злом и неоднократно побеждавший горе, сказал ему:

— Ты должен победить в себе свою слабость, распрямить тело, развернуть душу, чтобы смогла раскрыться в тебе воля твоя, чтобы смогла она набраться сил и стать перед лицом горя щитом нерушимым. И, увидев силу твою, горе отступит, ибо слабее его нет ничего на свете, а приходит оно только к тому, кто более его слаб.

Но несчастному казалось, что большего горя, чем у него, нет в мире и противостоять он ему не в силах, ибо как можно победить то, что непобедимо. Чем больше он боялся горя, тем ужаснее оно становилось. Страшным чудовищем оно разрасталось над человеком, накрывало беспомощное тельце слабого существа своим огромным безобразным телом и сдавливало его. Тяжесть и темнота, порождённые этим явлением, разрушали остатки сил, и оставалась у человека только единственная способность — плакать. И он, чтобы хоть как-то облегчить свою участь, плакал, жалея себя, и, плача, жалел. И снова пришли люди, чтобы помочь, желая спасти несчастного, и снова давали они советы:

— Расправь тело, как крылья, и поднимись над горем. Раскали стержень воли своей, и он станет непобедимым мечом твоим. Восстань против горя живой жизнью своей.

Но человек всё твердил:

— Вот придёт счастье ещё большее, чем горе, оно одолеет его, растворится тогда горе и исчезнет;  и заполнится всё светом, и расправится моё тело, и засветится душа, улыбнется чистым сиянием счастья, окрылится и взлетит. Только счастье может противостоять горю, а человек — ничто перед превратностями судьбы. Вам никогда не понять меня, — заключил несчастный, — ибо вы никогда не испытывали такой тяжести от такого страшного горя.

И ушёл этот человек в небытие, так и не справившись со своей болезнью, так и не поняв, что счастье приходит к тому, кто готов принять его, кто раскрыл для него душу, кто очистил для него место в своём сердце.

Жалость к себе обессиливает, сила окрыляет, и нет ничего сильнее воли человеческой. Она — побеждающий меч, она — защищающий щит. Жалость — это те оковы, которыми раз сковав себя останешься навсегда прикованным к скале бессилия. Сила воли — это те крылья, которые поднимут человека над бездной несчастий. Понять бы только эту истину да сделать усилие, чтобы подняться над собой.

ПРИТЧА О ПОМОЩИ

Подошёл человек к лодочнику и сказал:

— Мне нужно переправиться на тот берег. Я иду к людям, которые бедствуют, чтобы помочь им. Они очень нуждаются в помощи, и, кроме меня, никто этого не сделает. Не мне это нужно — другим. Помоги, брат, дело не терпит отлагательства.

— Я рад помочь тебе, — ответил лодочник, — этим живу и кормлюсь. Я перевезу тебя, куда скажешь, но мне нужна плата за мой труд.

— Я нищ, у меня ничего нет, кроме одежды, которая на мне, — стал объяснять путник. — Мне нечем тебе заплатить.

— Дай тогда свою одежду, — торговался лодочник, — и она сойдёт мне — согреет в холода.

— Я готов отдать тебе последнее, ибо я должен успеть.

Странник разделся и отдал лодочнику все, кроме обветшалой повязки, прикрывающей наготу.

Ночь была тёмной и ветреной, но стремление человека было так сильно, что он не замечал холода. Когда лодка причалила к берегу, лодочник спросил:

— Чем же ты поможешь бедствующим, если у тебя самого ничего нет?

— Словом, — спокойно ответил странник.

— Кому нужны твои слова, если в желудке пусто, а тело дрожит от холода? Разве они накормят и обогреют тех, кто нуждается в хлебе и одежде? — недоумевал лодочник.

— У меня нет ничего, кроме моей мудрости, и я хочу поделиться ею.

— Ты более глуп, чем я думал, — усмехнулся лодочник. — Мудростью не насытишься и не согреешься.

И тогда сказал странник:

— Мудрость никого ещё не кормила и не одевала, но мудрость учила законам жизни, и тот, кто постигал её, не испытывал более нужды в том, без чего мог обойтись. Мудрый может перетерпеть нужду и холод, обойтись малым, прожить так, что ничто не омрачит его светлого облика; и жизнь его не истлеет бесследно, и память о нём сохранится в веках.

— Глупость все это, — ответил озадаченный лодочник. — Зачем мне светлый облик, если от темноты спасает фонарь, и зачем мне память обо мне, если безжизненное тело моё будет лишено сознания и я никогда не увижу, как помнят меня. Прощай, странник, и не обессудь: разные у нас дороги, разные суждения о жизни. Я живу нынешним днём и должен думать о том, чтобы сегодня я был сыт, одет, имел кров и был счастлив.

Странник поднял вверх руки и произнёс:

— Счастья тебе, того, которого ты заслуживаешь. Жизненный путь длинный, но пусть осознание истинного счастья не растянется навечно. Благодарю тебя за помощь. Плыви.

И погреб лодочник к своему берегу, а странник отправился туда, где в нём нуждались. Но случилась буря, поднялся шторм, и в борьбе с ураганным ветром лодочник потерял сначала полученную вместо платы одежду незнакомца, а потом и лодку. С огромным трудом он добрался до берега, обессиленный упал лицом на холодные камни и заплакал:

— Это моя жадность лишила меня не только лишнего, но и необходимого. Теперь у меня нет ни одежды, которая вряд ли согрела бы меня в холод, ни лодки, которая всегда кормила меня. Я видел Бога, слышал его и не вынес пользы из урока о бескорыстии, который он преподал мне. Судьба жестоко наказала меня. Теперь я нищ, и у меня нет ничего, кроме одежды, которая на мне, но если его одежда принесла бы ему пользу, то моя навряд ли будет  кому-либо нужна, а тем более полезна. Как мы бываем безнадежно глухи и слепы в гордыне своей и как сразу прозреваем в горе своём. Мы потому и несчастны, что глупы. Мы оттого и бедствуем, что жадны. Мы потому и нищи в жизни, что нищи духом. Мы богаты лишь самостью своей, которая приносит нам больше утрат, чем богатств. Но как долго ни ругай себя, пользы не будет. Умереть раньше времени не умрёшь, надо подниматься и жить, и жить так, чтобы судьбе не пришлось разбивать лодку жизни о камни самости.

Каждый человек гребет, куда хочет, и у каждого свой берег. Один человек живёт одним днём, другой — множеством жизней. Думающий о сегодняшнем никогда не постигнет будущего, ибо оно всегда в завтрашнем дне. Тот уносится в прошлое, кто меряет всё по-вчерашнему. Нет в реальности жизни сегодня без вчера, а завтра — без сегодня. Но в жизни разума есть только завтра, ибо без устремления к нему разум гаснет. Когда человек подчинит свою жизнь разуму, он увидит гармонию будущего, в которой нет ни прошлого, ни даже настоящего, в ней есть только устремление вперёд, которое уносит жизнь в необозримые просторы вселенского пространства.

ПРИТЧА О НЕЛЮБИМОМ  УЧЕНИКЕ

Обучал один человек детей, и знал он много, и любви лишён не был, и всё, казалось, было хорошо, но раздражал его один ученик; таким он глупым ему казался, что не хватало терпения относиться к этому недолюбышу, как к другим детям. Он часто унижал ученика, оскорблял его перед сотоварищами, выставлял на посмешище, но самым обидным для нелюбца были россказни учительствующего об ужасном будущем, которое ждёт этого ученика. Тут он доходил до редчайшего сарказма, рисуя красочные, сочные картины безрадостной, тяжёлой жизни, которая ждёт в будущем этого несчастного.

Прошло время, и покинул ученик школу, вышел в большую жизнь и надолго пропал из вида. Но не забыл его незадачливый учитель, каждый раз он рассказывал своим ученикам о самом глупом и бездарном ребёнке, которого ему пришлось учить. И вот однажды прослышал учитель, что убогое место их посетил великий человек, самый мудрый, самый почитаемый на всей земле. И побежал учитель чудо посмотреть. С трудом он протиснулся сквозь толпу и пробрался к самому возвышению, на котором стоял человек в простой одежде, ничем особо не приметный. Учительствующий человек хотел было крикнуть: «Какой же это великий мудрец, если он ничем не отличается от смертного!» Но вдруг мудрец замолчал, внимательно посмотрел на учителя и сказал:

— Это — мой учитель. Именно он научил меня мудрости жизни, терпению в невыносимо трудные минуты и любви, когда в сердце уже зарождалась ненависть, злоба и месть. Не познав вкуса зла и тяжесть трудностей, я не освоил бы науку жизни. Всё, чем я обладаю в мудрости своей, я обязан этому человеку.

И он поклонился в ноги сгоравшему от стыда учителю. Народ ничего не понял, он ликовал, восхвалял и учителя и ученика и в своём возбуждении оттеснил учителя от центра, в котором возвышался ученик. Ничего обидного не было в словах бывшего недолюбыша, но большего унижения учительствующему не приходилось испытывать. Он решил извиниться перед учеником и, дождавшись конца его выступления, подошёл к мудрецу:

— Я некогда был излишне строг к тебе, — начал оправдываться учитель, — но это делалось ради твоего же блага, поэтому ты не должен держать зла на меня.

— Я более чем благодарен тебе, — ответил мудрец, — я прошёл суровую школу жизни и получил ценный для меня урок мудрости, без него я бы не достиг того, чем обладаю, но не всем по плечу эта ноша: сильный окрепнет, слабый сломается. Я бы пожелал миру не иметь таких учителей.

Мудрец поклонился  и ушёл. Вся толпа побежала за ним в надежде  услышать ещё какую-нибудь мудрость, которая могла бы обогатить душу, а учительствующий смотрел с завистью вслед, бубня себе под нос:

— Не предугадаешь, чем дело обернётся.

Не достоин звания учителя тот, кто учеников своих через унижение учит.

Не всем суждено возвыситься, многие падут, не найдя силы для борьбы, и тогда лягут на плечи учителя грехи, свершённые его же учениками, ибо какое зерно посеешь, такое растение и получишь, и горькие плоды собирать придётся, да других не будет.

ПРИТЧА ОБ УТРАТЕ

Жил человек не в богатстве, и с трудом построил он себе дом. Много сил и средств из своего скудного достатка вложил, и потому был особенно дорог ему этот дом. Родились в нём дети, а когда выросли, человек сказал им:

— Я построил себе дом, и вы должны построить себе сами. В моём доме нам всем будет тесно и трудно, а я хотел бы теперь пожить для себя. Одному много ли счастья надо.

И покинули дети родительский дом, построили свои и зажили своей жизнью. Но однажды случилась страшная гроза, ударила молния и попала в дом, где остался человек коротать жизнь, как казалось ему, в счастье. Несмотря на сильный ливень, сгорел дом  дотла, и стоял человек на пепелище жалкий, несчастный и обездоленный. Невозможно без крыши в такую погоду и в такое время года, и пошёл человек к детям. Долго стучал он в их двери, но то ли гром заглушал его стук, то ли шум и крики резвящихся детей, но ни в одном доме двери не открылись. Пошёл он тогда к соседу, у которого двери дома никогда не закрывались: для каждого в этом доме находилось и тёплое место, и доброе слово. Но в эту страшную ночь этот дом был так заполнен людьми, что даже на пороге не было места. И пошёл обездоленный человек искать пристанища… и до сих пор он ходит, ибо нигде нет места тому, кто лишает его других.

Жаждущий всего только себе получит обратную сторону своего желания, а получив, ему даже упрекать будет некого. Живя для себя, в одиночестве останешься и лишишься чужой помощи, ибо она рождается там, где ты её посеял. Помогая другим — помогаешь прежде всего себе.

ПРИТЧА О ПУТНИКАХ И ГРОЗЕ

Двух путников в дороге застала гроза. Один стал метаться в поисках дерева, под которым он мог бы укрыться от ливня, а другой побежал вперёд, словно обгонял дождь. Первый и вымок до нитки, и был обожжён загоревшимся от грозы деревом. Страшно напуганный ужасом бури, он упал в грязь и стал ждать какого-нибудь конца. Другой бежал долго, и вдруг полоса дождя кончилась, и он увидел свет вырвавшегося из-за тучи солнца. Он поднял глаза в просветлённое небо и увидел чудо: почти на горизонте двумя огромными арками стояли над землёй две красивейшие радуги. Одна была выше и, казалось, стояла ближе, как первая ступень перед чем-то великим; другая была меньше и располагалась под первой, но чуть поодаль, как последняя ступень земного пути; а за ними была, вся в солнечном свете, манящая, неведомая, прекрасная даль. И человек принял это явление чуда за знамение и направился навстречу свету.

Не страх, а устремление выведет человека к цели.

ПРИТЧА О СТАРИКЕ И РОЗАХ

У одного человека было два куста роз удивительной красоты. Человек этот очень болел и с трудом двигался, но все свои силы он отдавал этому чуду красоты. Кто-то позарился на цветы и вместе с розами сломал кусты. Увидел человек растерзанные варварскими руками растения, и последние силы покинули его, он слёг и больше уже не мог встать на свои обессиленные, изуродованные болезнью ноги.

Соседи, приходившие навещать больного, нашли старика в тяжелейшем состоянии. Жалость к одинокому больному человеку побудила их к поступку, на который бы они никогда не решились. Эти люди, живущие в крайней нужде, никогда не занимались таким баловством, как разведение цветов, ибо жизнь от них требовала выращивать только то, что не давало умереть от голода. Они разыскали розовые кусты и посадили их вокруг дома беспомощного старика. И произошло воистину чудо: розы не только принялись за одну ночь, но выбросили бутоны, готовые вот-вот распуститься.

Открыл человек утром глаза и по привычке потянулся к окну, чтобы посмотреть на своё любимое детище, и вдруг увидел, что на том месте, где росли некогда его два радующих глаз куста пурпурных роз, было множество других, готовых распустить набухшие бутоны своих цветов. Человек, забыв про немощь, бросился к другому окну и на этой стороне увидел ту же самую картину. Он кинулся к третьему окну — и та сторона была в розовых кустах. Он устремился к двери, толкнул её дрожащей от переполнившего волнения рукой и вылетел как окрепшая птица из обиталища своего.

Его взору представилась картина, которая не снилась ему даже в самых хороших снах. Всё некогда пустое пространство вокруг его убогого дома было засажено розами. В этот момент встало из-за холма солнце и бросило свои живительные лучи и на пышные, здоровые, красивые кусты, и на посветлевшего, улыбающегося старика, и на весь осветлённый радостью мир. И раскрылись вдруг все бутоны сразу, превратившись из зеленых однообразных почек в цветы небывалой красоты. Тысячи разных по форме  и по многообразию оттенков роз подарили миру свою чарующую красоту.

Старец, забыв о своей болезни, ходил между кустов, лаская и целуя цветы. Ему казалось, что всё изменилось в этой хмурой жизни и преобразился сам мир, в котором не только можно, но и нужно жить, и не просто жить, наслаждаясь, но преобразовывать его, украшая и возвращая к жизни. И человек понял, что ему рано покидать этот мир, если добро человеческое возвратило ему силы. Надо жить, чтобы приумножать добро, которое вернёт к жизни не одно гибнущее существо.

Не хлебом единым жив человек, но и красотою. Хлеб делает здоровым тело, красота — душу. Но то и другое человеку необходимо, ибо это составляет его гармонию.

ПРИТЧА О МУДРОСТИ

Один умный человек зашёл в очень богатый дом. Среди не имеющей цены роскоши он увидел книгу в золотом переплёте, украшенную отборным жемчугом.

— Позволь мне взглянуть на эту книгу, — спросил гость разрешения у хозяина.

— О, это очень дорогая вещь. Будь предельно осторожен с ней, — предупредил богач.

— Я ни с чем так бережно не обращаюсь, как с книгами, — успокоил хозяина гость. — Нет для меня ничего более ценного в жизни, чем умная книга. — А открыв её и перевернув несколько страниц, добавил: — Но эта, которой ты обладаешь, поистине бесценна. Поведай мне, откуда у тебя это сокровище?

— Мне посчастливилось купить её у одного довольно странного человека. Он сказал, что отдал все свои богатства, чтобы создать это творение. Вид его не внушал доверия, но он так убедительно доказывал, что это его книга, что мне ничего не оставалось, как поверить ему. При этом он заверил меня, что это бесценная вещь и наступят времена, когда за неё будут отдавать целые состояния. Мне словно кто-то шептал: «Купи её, купи». И я отдал за неё только то, что было при мне. Теперь я чувствую, что мне очень повезло, и, когда я буду решать судьбу этой вещи, я не продешевлю.

Гость перевернул ещё несколько исчерченных непонятными буквами страниц и воскликнул:

— Это книга самого знаменитого Мудреца! Здесь собраны все его изречения! Это — поистине жемчужина Мудрости! Ты счастливейший человек, коль обладаешь таким сокровищем!

— Да, я верю, что получу за неё в тысячу раз больше, чем отдал! — воскликнул обнадёженный словами гостя богач.

— Ты получишь в миллионы раз больше, если прочтёшь её. Она не только обогатит тебя, но и сделает сильным мира сего.

— Может быть, она так сильна, как ты говоришь, но, к сожалению, а может к счастью, я не умею читать.

— Научись, она того стоит! — пытался вразумить хозяина гость, но тот только с удивлением посмотрел на гостя и спокойно ответил:

— Я думаю, что мне вполне хватит и того богатства, что я выручу от продажи этой вещи, чтобы купить власть над миром.

Хозяин взял из рук гостя книгу и поставил её на самое видное место.

— Пусть все видят, каким сокровищем я обладаю! — с какой-то дикой гордостью произнёс он.

— Такое добро и в таких руках, — посетовал умный человек. — Тебе сама судьба преподнесла такой дар, а ты не лучшим образом распоряжаешься им. Жаль, что драгоценнейшие жемчуга Мудрости не осветят тебе путь, не обогатят твою душу,  не украсят твою жизнь, не возвысят тебя над обыденностью жизни, не прославят имя твоё.

С болью в сердце покинул умный человек дом богатого глупца, в котором Золотая Книга Жизни будет пылиться на полке, имея целью только удивлять алчные взоры своей внешней красотой и быть проданной подороже.

Так и в жизни не ценится то, в чём Мудрость заложена, а отдаётся предпочтение тому, с чего выгоду иметь можно, что не требует в жертву работу ума, что тешит самость и гордыню.

ПРИТЧА О ПОСТИЖЕНИИ

Пришёл один человек к лекарю.

— Помоги мне, — попросил он, — по ночам у меня немеют руки — не могу спать.

— Если немеют руки, значит, нездорово сердце. Что вызывает боль в твоём сердце? — спросил целитель.

— Ничто в этой жизни не беспокоит меня. У меня нет никого, о ком бы я мог волноваться. Я одинок и живу только для себя. У меня все есть, я ни в чём не нуждаюсь, поэтому ничто не тревожит моё сердце, — обстоятельно объяснил своё положение больной.

— Тогда скажи мне, — продолжал расспрашивать врачеватель, — ешь ли ты на ночь?

— Конечно! — с какой-то особой радостью ответил человек. — Я много тружусь целый день — работа всегда найдётся, — а вечером наедаюсь за весь день.

— Вот причина заболевания твоего сердца, — заключил врач. — Не ешь на ночь, и сердце болеть не будет.

Больной посмотрел на свой живот, торчащий дальше его взгляда, и возмутился:

— Если я не буду есть, то начну худеть, терять силы, моё тело ослабнет, и тогда я не смогу не только работать, но и жить. Я должен поддерживать своё тело, ибо оно — инструмент моей жизни.

— В этом ты прав, — включился в рассуждения лекарь, — тело — инструмент, только пользоваться им нужно с умом. Безумное использование его приведёт к быстрому износу, а посредством его ты смог бы постичь больше, чем обладаешь на земле.

— И голодному спать плохо, и сытому не легче, — подумал больной, поблагодарил целителя и ушёл. Но так как сытым он спал всегда и не получал от этого ничего, кроме боли, он решил спать голодным.

В первый день было очень трудно. Во второй ещё труднее. На третий обессиленный человек не мог уже встать с постели, головокружение валило его с ног. На четвертый он совсем обессилел. На пятый решил, что умирает, и стал смиренно ждать смерти. Ему было всё равно, от чего умирать. На седьмой день перед его взором появились звёзды. Человек с трудом открыл глаза и увидел тёмный потолок своей комнаты, он закрыл их, и снова перед ним появились яркие светила. Сверкающие жемчужины были рассыпаны по чёрному покрывалу. Они мигали в чистом сиянии, наполняя душу ясным светом. На восьмой день человек увидел далёкие моря и горы, неведомые места на земле и саму землю в виде вращающегося в дымке шара. Он открыл глаза, перед взглядом его был всё тот же потолок, только освёщенный дневным светом. На девятый день человек увидел в серебристо-золотом сиянии старца и понял, что это — Бог.

— Всевышний, ты явился ко мне, чтобы забрать меня к себе? — мысленно спросил человек.

— Нет, — ответил Бог, — это не Я пришёл к тебе, это ты достиг Меня.

— Значит, я покинул земную жизнь и попал в царствие небесное? — робко поинтересовался удивлённый человек.

— Нет, ты ещё не закончил своего существования на земле.

— Тогда каким образом я могу видеть тебя, если всем известно, что при жизни нельзя узреть Бога, только после смерти душа может достичь Божественных высот? — недоумевал человек.

— Кто мыслит так, тот заблуждается, — спокойно отвечал Бог. — Каждый человек имеет инструмент, посредством которого может принять свет Великого Светила. Если этот инструмент чист и не отягощён ничем лишним и грязным, он может собрать свет и провести его в самое сердце человека, а из сердца передать на внутреннее зрение. И человек сможет видеть все: и то близкое, что его окружает, и то далёкое, что находится за горизонтом, и то, что воспринимается глазом, и то, что уходит за пределы видимой сферы. Он сможет увидеть не только осязаемое, но даже то, что не воспринимается органами чувств. Если инструмент идеально чист, он позволит человеку видеть Вселенную. И вся Вселенная станет точкой и сможет поместиться в его духовном сердце.

Последние слова Бога человек не совсем понял, но вдруг открыл глаза и почувствовал какую-то особенную лёгкость в теле, словно за спиной выросли крылья. Человек встал, вышёл из своего дома и увидел мир в новом свете, и понял он вдруг, что жить для себя и ради себя —  значит не увидеть ничего дальше своего сытого живота; он ощутил, что мир шире, больше, красивее и лучше, чем кажется из-за миски с едой; он осознал, что, кроме этого земного, близкого сердцу мира, есть другой, бесконечный, беспредельный, неописуемо красивый и богатый, близкий душе, крылатой птице, замкнутой в клетке тела; он уяснил, что можно жить, раскрыв свои способности, и осуществить все свои высокие желания без особых усилий. И человек вновь перечитал книгу своей прожитой жизни и решил многие главы переписать заново.

Не живот пусть жаждет, а мозг, тогда тело станет послушно движению мысли и зову сердца.

Человек имеет многие способности, но, в силу невежества своего, не знает о них. Знание позволило бы ему открыть свои скрытые силы и пользоваться ими, и тогда его узкий мирок расширился бы до вселенского.

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ И НИЩЕМ

У дороги сидел нищий и просил милостыню. Мимо проходил Мудрец. Он внимательно посмотрел на нищего и сказал:

— Было время, когда у тебя было так много еды, что она портилась, и ты выбрасывал гораздо больше, чем мог съесть. Теперь тебе не хватает ровно столько, сколько ты когда-то выбросил, а всё то, что ты получаешь сейчас в виде милостыни, ты берёшь в долг. Нужно жить так, чтобы не было лишнего, которое обездолит в будущем и заставит просить милостыню, которая сделает должником. Мой долг — не отказывать в подаянии, поэтому я подаю тебе. Моя обязанность — разъяснять истину, потому я рассказываю тебе. Твоё право — принять её и последовать мудрости или отказаться от неё и обречь себя на круговорот событий, из которых нет выхода.

С этими словами Мудрец протянул нищему монету. Нищий принял деньги, но мудрые слова вызвали у него гневное возмущение:

— Хорошо рассуждать, когда кошелёк полон. Случись тебе оказаться на моём месте, ты бы заговорил по-другому.

— У меня потому и полон кошелёк, что не истратил я лишнего, не взял больше, чем мне необходимо, и не выбросил ничего, что оказалось бы ненужным, потому что я жил по закону необходимости: пусть лучше не хватит, чем испортится.

— Иди прочь со своей болтовней, — раздражённо крикнул нищий. — Не видел ты бедности, потому и сказки рассказываешь. Я всю жизнь в нищете прожил и прошу не лишнее, а то, что мне необходимо. А если у меня что-то и сгнивало, то только потому, что уже было гнилым.

— У каждого может быть своя правда, а истина — на всех одна, — молвил Мудрец и исчез.

— У меня свои законы, — бросил в пустоту нищий и протянул ещё дальше руку.

Законы истины пишутся Мудрецами, а умирают в глупцах.

ПРИТЧА О СТРАННОСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ

Жил на свете мальчик и был он, как все считали, с какими-то странностями. По-разному к нему относились люди: одни жалели и говорили о нём: «Не в себе человек»; другие откровенно смеялись, называя его кто просто тупым, глупым, кто  — дурачком, кто — полудурком, а кто и вовсе находил слова, зла в которых было столько, что были  похожи они на смертельный яд, способный лишить человека жизни. И жил мальчик в этом мире гонимый, униженный и поруганный.

Прошло время, и пришли люди к горе, у подножия которой каждый день воздавали Богу молитву, и увидели, как засветилась вершина горы и появился на ней Бог. От неожиданности они замерли, вгляделись в Божественную Сущность, и вдруг им показалось, что лицо его им очень знакомо. Напрягли они зрение, и открылось им видение, которое люди не ожидали увидеть: в лучезарном свете стоял тот, кого они не любили и даже ненавидели, над кем смеялись, кого унижали и оскорбляли. Страх охватил их, и стали они молиться с таким неистовством, что на лицах их выступили капельки пота, а из глаз покатились слёзы. И услышали они слова, идущие эхом с горы:

— Стада баранов идут по земле. Единственная цель их жизни — набить желудок, нарастить мясо, чтобы отдать его на съедение другим животным. Они вытаптывают землю, опустошая её. Они бредут, не зная куда, опустив голову, потупив глаза в землю, и никогда не поднимают своего взгляда к небу. Им незнакомо и непонятно стремление к духовному совершенству, ибо духовности нет места в том теле, где его заполняет один желудок. Только птицы способны расправлять крылья и устремляться ввысь, но не бараном, а птицей надо родиться, чтобы иметь эти качества. Мне жаль вас, выбравших самим себе такую участь и обрекших самих себя на такое существование, но я ничем не могу помочь вам, ибо тот, кто слеп, не увидит, тот, кто глух, не услышит, кто безумен, тот не поймёт. Оторвите глаза свои от земли и устремите их ввысь, и вы увидите Величие Красоты Жизни. Оторвите мысли от желудка, и вы почувствуете, что, кроме него, в вашем бренном теле есть Божественная Душа. Устремитесь вперёд, и вы достигнете того, что дальше мысли.

Люди выслушали всё, что прозвучало, и поняли, что за сделанное зло их никто не собирается наказывать, решили, что всё прощено им и они могут продолжать жить так же, как жили, да и по-другому они просто не умеют. И всё пошло своим чередом, только не рождались больше на их земле странные дети, и никогда больше не появлялись Боги, но, более того, стада баранов сменили стада свиней.

Во все времена была справедлива истина: народ имеет то, что заслуживает.

ПРИТЧА О ПТИЦАХ

Стаями живут птицы, стаями летают. Летают над землёй, но живут на земле. И появилась в стае птица, которая решила полететь высоко в небо, чтобы увидеть, что там, за облаками, у самого светила. И позвала она за собой других птиц. Но не все вызвались совершить такой трудный перелёт, одни сразу же сослались на дела земные, другие — на слабость крыльев, но нашлись и такие, которые вспорхнули с устремившейся ввысь птицей и полетели.

Всё  выше и выше поднимались птицы, всё труднее и труднее им было в грозовых тучах, всё жарче и жарче становилось под палящими лучами солнца, но они поднимались в крутом полёте ввысь. И вот они вырвались на бесконечный простор неба, который был выше туч и облаков. И солнце ослепило их так, что потемнело в глазах, закружилась голова и был потерян ориентир. И повернули некоторые птицы назад, и полетели к земле, но устремление их было так сильно, что камнем упали они на землю и разбились.

А птица летела и летела ввысь. И почувствовали летевшие за ней птицы запах палёных перьев, и испугались они,  и тоже повернули назад, но, пока летели к земле, крылья их обгорели, и упали голые, обезображенные тушки наземь.

А птица летела и летела, и вдруг раскрылся перед ней удивительный мир. Неописуемая красота царила кругом, и невиданной красоты птицы были повсюду. Этот мир, в который попала птица, был настолько чист и лучезарен, что казался прозрачным. Влетела она в этот мир и словно растворилась в нём. Почувствовала чистый, свежий воздух и словно вдохнула его небывало большой грудью. Ощутила всю Вселенную и словно приняла её в своё огромное сердце. Оглянулась она, а за ней никого нет. И захотелось ей рассказать своим сородичам, что удивительный мир существует и при сильном желании его можно достичь. И полетела она назад, через опаляющие, ослепляющие лучи солнца, через густые облака и грозовые тучи, превозмогая все трудности, только для того, чтобы поведать о прекрасном, которое существует и которое недоступно лишь тем, кто полон страха перед неизвестным, кто привязан к тихому родному болоту.

Но не успела птица достичь земли, как налетели на неё хищные собратья и разорвали в небе на куски.

— Зачем вы растерзали невинную птичку, парившую в небе? — спросил вожак стаи.

— Мы знаем, что она полетела высоко в небо, все, кто полетел с ней, умерли, значит, мертва и она, только тело её долетело к земле позже остальных, видимо, задержалось в облаках, — объяснили стервятники. — Каждая птица знает: если попасть в грозовые тучи, вернуться живым уже невозможно. По логике, она мертва, поэтому мы и склевали её в небе. Мы первые увидели её, значит, это наша добыча.

И все согласились с хищными птицами, ибо знали, что «оттуда» никто живым не возвращается.

Суровы законы стаи. И часто они убивают тех, кто поднялся над этими законами.

ПРИТЧА О БОЛИ СЕРДЕЧНОЙ И ГОЛОВНОЙ

Жили два брата в большой бедности, и крепкая любовь связывала их сердца, крепкая дружба соединяла дела и помыслы. И были они всегда вместе: и в будни, и в праздники, и в счастье, и в горе. Но вот однажды повезло одному брату: нашёл он деньги, и не просто несколько звонких монет, а целое состояние.

— И почему я должен делиться с кем-то, если такое счастье выпало мне, — подумал разбогатевший в одночасье брат.

И стал он сторониться своего бедного родственника. Но бедняк так любил своего брата, что не заметил никаких перемен.

Заглянул как-то в гости бедный брат к богатому и оказался на весёлом празднике. Прошёл бедный по привычке в дом брата и увидел хозяина за богато накрытым столом.

— Если накрыт стол и много света кругом, значит, и в доме твоём праздник. Я от души поздравляю тебя. Счастья тебе, мой любимый брат, — искренне  произнёс бедный.

Но богатый не поднял глаз на вошедшего, он сделал вид, что не видит и не слышит его, продолжая ковыряться в блюде со сладким. И впервые почувствовал бедняк, что ему не только не рады в этом доме, но даже раздосадованы его внезапным непрошеным появлением. Ему стало так неловко и больно, но более за то, что любовь его, чистая и бесхитростная, принимается как дурное явление. В этот момент он не знал, как себя вести и что делать. Потоптавшись, бедняк развернулся, ушёл и больше не появлялся в доме богатого брата. Но с той самой минуты стало болеть у него сердце, не за себя — за мир, в котором властвует зло. И болело оно у него всегда, и переросла эта боль в болезнь сердца, но не стала она роковой, как случается, и не принесла с собой смерти. Стало сердце этого человека сосудом, в котором находилось место для чужой боли. Принимая её, он облегчал жизнь каждого, ибо от боли сердце болело, а от любви всеобъемлющей становилось крепче.

Богатый брат, легко отделавшись от надоевшего ему бедного, не унывал, а даже радовался тому, что теперь ему не придётся прятаться от бедного брата, с которым надо делиться. С той счастливой для него минуты он сладко ел и сладко пил, имел достаточно богатства и был счастлив, постоянно что-то покупал, украшая дом и себя, и в этой погоне за искусственной красотой чувствовал, как что-то теряет. Но некогда было даже задуматься над этим. Искусственная красота ослепила его, и он не замечал уже красоты истинной. Красота человеческая забывалась. Не помнил уже богач и того, что есть добро, бескорыстие, милосердие, человечность. Жил он в довольстве и был счастлив. И одна и та же мысль билась в голове: «Всё — мне, всё — моё, и ни с кем не надо делиться».

Но вдруг появились у него боли в голове, и становились они с каждым днём сильнее и сильнее, и стали мучить они его каждодневно. И не было больше счастья, беспрестанная боль стала постоянной спутницей его жизни. Не помогли ему ни лекари, ни припарки. И решил он спросить у Мудреца-провидца, как можно избавиться от головной боли. И сказал ему  Мудрец:

— Когда жиреет тело, жиреют и мозги, а жирные мозги разбухают и не помещаются уже в голове, от давления начинаются боли. Оно не в состоянии протолкнуть кровь к мозгу, тогда мозги воспаляются и болят.

— Что же делать мне, чем лечиться, чтобы избавить себя от этой мучительной болезни? — вопил, изнемогая от боли, богач.

— Похудеть, — ответил  Мудрец. — Но похудеть гораздо тяжелее, чем ожиреть. Чтобы ожиреть, сил прикладывать не надо, а чтобы похудеть, огромная сила воли нужна. У таких, как ты, её обычно не бывает, и умирают подобные тебе не от старости и дряхлости тела, а в молодости от головной боли, потому что от большой глупости голова в основном болит.

Так и случилось, умер богач молодым и от невыносимой головной боли. Так иногда бывает, что с больным сердцем прожить можно гораздо дольше, чем с больной головой.

Пусть лучше болит сердце, чем голова. Сердце болит от чувств, а голова — от тяжёлых, чёрных дум. От светлых же мыслей голова светлеет, а в светлой голове чёрная болезнь не зарождается. Лучше уйти из жизни от болезни сердца, чем от болезни мозга.

ПРИТЧА О БЕСПОЛЕЗНОМ

Написал один человек мудрую книгу, вложил в неё все свои знания и понёс людям.

— Возьмите, люди, прочтите. Эта книга научит вас жить по Великим Законам Мудрости, и вы познаете счастье, — сказал он, протягивая книгу.

Люди взяли её.

Через несколько лет посетил Мудрец то место, где оставил свою книгу Мудрости. Увидел он грязный и разорённый город и содрогнулся от этого зрелища.

— Люди, — крикнул он, — я дал вам мудрость, которая могла научить вас жить и постичь счастье, почему же ваша жизнь стала ещё ужасней?

— Большей глупости мы ещё не встречали, — ответили люди мудрецу. — Воров ты учишь жить честно, но ты забыл, наверно, что воровство — это их промысел, смысл их жизни, именно таким способом они улучшают своё существование. Жестоких ты учишь милосердию, но не они виноваты в своей жестокости. Это природа наделила их такими качествами, и не им изменить их. Лжецов ты учишь жить без обмана, но на этом построена их жизнь. Если они перестанут лгать, мир станет другим. А этот мир уже сотворен, и сотворен таким, каков он есть, в нём прекрасно уживаются и воры, и лжецы, и убийцы, и лицемеры, и множество других порочных людей. Все это вместе — жизнь, и в этом есть своё очарование. Не тебе менять её. Мы так жили, живём и будем жить, потому что в этом есть своя прелесть и щекочущий нервы задор. Предложи свою книгу кому-нибудь другому, может, найдётся в этом мире дурак, который захочет изменить себя и отказаться от богатства или лжи, от хитрости или развлечений, от наслаждений или рискованной игры с судьбой, от  жажды иметь власть и  желания владеть всем миром, от лицемерия и других пороков, а мы — нормальные люди, которые всегда хотят есть, пить, спать и просто жить без умственных потуг. Оставь нас. Нам хорошо, и мы ничего менять не будем, — с этими словами люди протянули книгу Мудрецу.

— Ваше младенчество слишком затянулось, только младенец не ведает, что творит, — спокойно ответил Мудрец.

Он ушёл, а люди так и продолжали жить,  и не было предела их безумству.

Туда, где нет места для ума, разум не вложишь.

ПРИТЧА ОБ УЧИТЕЛЕ, ПРОДАЮЩЕМ ЗНАНИЯ

Один человек, получивший знания, решил стать учителем и обучать детей тому, что знал сам. Сначала он учил всех, кто к нему приходил, но со временем учеников стало больше, и их количество стало обременять учительствующего человека, тогда он решил обучать только тех, кто может платить.

— И им — польза, и я буду всегда сыт, — рассуждал он.

И стал человек брать плату. Чем больше он брал денег, тем больше ему не хватало, и со временем он стал обучать только самых богатых, а так как богатые самые ленивые, то и напрягаться особо не надо было.

Однажды прибился к нему мальчик, умный и нищий. Поначалу человеку было интересно с ним заниматься: пытливый, любознательный юнец впитывал знания как губка, но потом учительствующий понял, что наступит время и из мальца вырастет ученейший человек, который тоже может стать учителем и иметь учеников,  и тогда он, учитель, останется без средств к существованию. И стал учительствующий гнать мальчика. Ни уговоры, ни мольбы жаждущего знаний  ребёнка не действовали на алчного человека. Он стал бояться мальчика, ему уже было мало изгнать его из школы, и он с помощью учеников изгнал его из города.

Прошло не так много времени, и в городе появился новый учитель, который обучал учеников и не брал плату. И опустела школа учительствующего человека, не стало денег, и он быстро из имущего превратился в нищего. И решил он пойти к новоявленному учителю, чтобы обвинить его в разорении, которое тот ему принёс. Когда он подошёл к дому учителя, там шли занятия. Человек решил дождаться, когда закончится урок, но день клонился к закату, а учитель не прерывал свою беседу. Наступила ночь, ученики не расходились, а учитель продолжал свой бесконечный урок.

— Я хочу, чтобы ты уделил мне внимание, — обратился человек к учителю, и тот прервал свою речь, чтобы выслушать пришедшего.

— Ты увел моих учеников и разорил меня, теперь я нищий. Уходи в другое место и оставь мне мой хлеб, — потребовал обиженный человек.

— Я ничего у тебя не отнял, ибо отнимать у тебя нечего. Я пришёл, чтобы отдать свои  знания, и раздаю их бесплатно, чтобы приумножить их, а не похоронить. Чем больше учеников получит их от меня, тем  больше знаний станет в мире, чем больше учеников будет у моих учеников, тем больше умных людей появится на этом свете, чем больше будет умных людей, тем лучше, светлее и счастливее будет жизнь. Я пришёл не только дать знание великих наук, но и научить людей науке жизни. А мне нужно немного: хлеб на этот день, кров от непогоды да лишь та одежда, которая скроет мою наготу. Это не так много, и поэтому мне вполне хватает того, что я имею, а лишнего мне не надо.

При этих словах учитель разломил хлеб и протянул его человеку. Ел человек хлеб на пороге бедного дома учителя, окропляя его своими слезами, и казался этот хлеб горько-солёным то ли от слёз, то ли от горечи, скопившейся в душе обиженного.

— Если бы только не было таких мудрецов, — плача, рассуждал сам про себя человек, — таким, как я, легче жилось бы. Какое нам дело до общей жизни, когда личная не устроена. Все сразу не могут стать умными, ибо без дураков никогда не было. И всем сразу не может быть хорошо, потому что так не бывает. А потому есть ли смысл надрывать живот, стараясь образумить и осчастливить всех, если такого случиться не может. Если мне даны знания, значит, я избранный. Если другой не имеет их, значит, он просто обделен Богом. Учитель  может жить только за счёт своих учеников — таков справедливый закон жизни, а таких праведников, как этот, надо гнать.

Но гнала судьба человека, не понимающего великой Сути Жизни, по трудному пути и отнимала у него каждый раз что-то, пока не лишила в конце концов ума. И шёл он по жизни, лишенный рассудка, и всё твердил одно и то же: «Человек должен жить для себя — в этом суть его жизни». Так он и бродил по свету, пока не скрылся во тьме безвременья. И ничего не осталось после него: богатые ученики совсем отупели от своего богатства, а умных он не сотворил. Но не скудеет земля от ухода таких людей, а полнится теми, кто рождался для знания, жил знаниями и приумножал их во славу разумной жизни.

Не множить богатство своё за счёт знаний призван человек, а приумножать знания как богатство. Не в богатстве своём он оставит память о себе, а в людях, которые возродятся из огня Великого Учения.

ПРИТЧА О БЛАГОДЕЯНИИ

Пришли чужеземцы из богатых земель на новые и увидели, как бедны эти места и как нищ народ, обитающий на них. И решили они помочь и этим людям, и этим землям. И стали они все менять и всё по-новому строить, и выросли богатые города, и зацвели сады, и всё преобразилось на некогда скудных землях. Но люди, живущие в этих краях, покинули богатые города и ушли в горы. Чужеземцы удивились неразумности поступка жителей этой земли и посчитали их решение за глупость, но огорчаться сильно не стали и зажили по-новому, но недолго царило счастье на этой земле: вдруг стала исчезать вода в водоёмах, растрескиваться земля, начали обваливаться горные вершины. И все это стало уничтожать новую жизнь. Начало умирать все сразу: и природа, и люди; и из некогда бедного, но по-своему прекрасного своей скудной красотой и жизнью края образовалась мёртвая пустыня. Не в силах что-либо изменить, чужеземцы пошли в горы и отыскали там старца.

— Скажи, древний человек этой земли, почему благие намерения принесли вред? Мы давно живём хорошо и богато и хотели, чтобы все так жили. Почему же наше добро обернулось злом? — спросили они.

И ответил старец:

— Нельзя изменять то, о чем не ведаешь. Мы родились на этой земле и знали, что бедна она водой, поэтому берегли ее; знали, что вершины гор очень хрупки и стары, и молчанием своим мы сохраняли их стойкость; знали, что горы защищают нас от ветров, которые могут иссушить землю, поэтому были чутки ко всему, что нуждалось в заботе. Мы тысячелетиями храним свою землю, приютившую нас. Мы передавали её из рук в руки как слабое дитя, чтобы не нарушить ничего на ней. Из поколения в поколение передаётся из уст в уста и тайна её. Не ради себя, своего личного счастья и богатства мы живём в этом суровом месте, не уходя на лучшие земли, а ради спасения её, во имя сохранения жизни на ней. Только чужеземец, не знающий тайн захваченных земель, жаждущий богатств, слеп, глух и безжалостен к чужому. Любое завоевание земли, даже с благой целью, не принесёт ей добра, но, более того, уничтожит её, умертвит всё то, чем она была бедна и богата. Благо с вашей стороны обратилось для нас злом. Значит, не всегда благодеяние — благо.

Оглянулись чужеземцы на иссохшую от зноя, выветренную ураганами землю, и страшно им стало. Стояли разрушенные, рассыпавшиеся на куски скалы, лежала потрескавшаяся мертвая земля, был усеян костями рыб и животных высохший водоём, повсюду валялись безжизненные сухие деревья и высились руины построенного ими города. Непонятно было для пришельцев это явление, но уже ничего нельзя было изменить, и они покинули опустошенный край.

Не каждое добро добром бывает. Для одного добродетель — добро, для другого — зло. Прежде чем сотворить добро, узнай: нуждается ли в нём тот, кому ты его навязываешь. Ибо навязанное добро есть насилие.

ПРИТЧА О БОГАЧЕ И СОБАКЕ

Один богач, сидя у горящего камина в страшную холодную ночь, услышал жалобный вой собаки за окном. Впервые у него защемило сердце; он впустил бродячую собаку в дом, накормил её и дал  согреться. Но утром, когда сентиментальные настроения покинули богача, он увидел грязного, ободранного в уличной драке, больного, плешивого пса, и приступ тошноты подступил к горлу. Чувство брезгливости не позволило человеку, как это случилось ночью, взять пса на руки и обласкать. Глядя на облезлое животное, богач поднял кочергу с пола и стал гнать ею пса. Жалобно повизгивая, пёс подошёл к двери, но, когда она распахнулась и в морду его ударил леденящий ветер, он хотел повернуть обратно, к теплу, но богач больно пнул бедолагу ногой, и тот с визгом вылетел на улицу. Богач вернулся, сел у камина и стал вспоминать, как он пожалел бродячего пса, согрел его у собственного камина и накормил из собственной тарелки. Он сидел, от умиления плакал и думал ещё при этом, что Бог обязательно воздаст ему за такую милость к обездоленным.

Минутная слабость, вызвавшая чувство жалости, никогда не явится причиной для благого следствия. Сделать добро и пожалеть о том, значит, не совершить блага. Воздаяние за такое добро будет сродни возмездию.

ПРИТЧА О ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ

Собралась толпа на базарной площади, чтобы посмотреть, как сожгут ведьму. Вывели красивую женщину, совсем не похожую на безобразную колдунью. Поднялась она на помост и взглядом окинула беснующуюся толпу. Многие из собравшихся приходили к ней за советом или за помощью, многим она помогла добрым словом или лекарством, многих избавила от физических и душевных недугов. Но в жестоком мире свои законы: пришлась кому-то не по душе её добродетель и отдали её на растерзание кровожадным судьям. Вершители правосудия признали её виновной и приговорили к сожжению. И стояла она на помосте над головами тех, кому протягивала руку помощи, и смотрели те на неё снизу вверх, и источал их взгляд безумную, бешеную злобу, которую породило их больное воображение.

Вышел судья и скрипучим голосом крикнул в толпу:

— Эта женщина — ведьма! И вы все знаете об этом! Вы все испытали на себе её колдовские чары! Она на всех наводит порчу, и с каждым что-то случается. Вот муж и жена, — указал он на стоящих впереди людей, — они не имеют детей, потому что она совершила страшное заклинание над ними. А вот женщина, некогда самая красивая женщина в нашем городе, лишилась своей красоты и молодости благодаря злодеянию колдуньи. Красавица на глазах превращается в старуху, хотя она ещё довольно молода и красота её не увядала бы долго. А вот ещё одна жертва её злодеяния, — и при этом судья указал на человека, тело которого было покрыто язвами. — Этот несчастный страдает от страшного недуга. И это тоже дело её рук. А кто может сказать, что у него всё хорошо? — спросил у озверевшей толпы поборник закона. — Никто! Потому что у каждого что-то найдётся: болезнь, горе, потери, неудачи. Так знайте, что это она виновата во всех ваших несчастьях! Справедливый суд рассмотрел все её деяния и признал виновной во всех земных грехах. Не только люди страдают от её злодеяний, но и великая природа. Это она вызывает засухи, падеж скота, неурожаи. Все беды — от неё, потому что она — ведьма! Чтобы избавить невинных от этой чумы, суд постановил: сжечь её!

Слуги правосудия поднесли пылающие факелы к выложенному из дров помосту и подожгли его.

— Люди, — прошептала женщина, сраженная предательским молчанием излеченных ею, — разве моя животворная сила не помогала вам?

Увидев смятение людей, судья крикнул замершей на мгновение толпе:

— Она говорит, что чудотворяща, так пусть совершит чудо и погасит огонь. Чудеса творит Бог, но он не помогает ведьмам.

Вдруг набежали тучи и стал накрапывать дождь. Женщина подняла к небу глаза и взмолила:

— Господи, мне нет места на этой земле. Людям нужно кого-то убить, чтобы переложить свою вину на чужие плечи. Если они наметили жертву, они всё равно расправятся с нею: сожгут или забросают камнями. Дважды не умирают, позволь мне уйти из этой жизни, ибо уже ничто не связывает меня с ней.

Тучи вмиг рассеялись, вышло палящее солнце, пламя вспыхнуло с такой страшной силой, что за короткое время от костра  осталось одно пепелище. Судья пнул ногой горячие угли и как бы в завершение всего крикнул:

— Вот и все, что осталось от чудотворицы!

Тысячи глаз смотрели на это страшное зрелище, и не были в этих глазах слёз жалости.

Когда последние языки пламени, пробегая по пеплу, обессилев, гасли, сквозь толпу пробрался старый, немощный человек. Он подошёл к кострищу, опустился на колени и произнёс:

— Прости меня, целительница душ и тел человеческих. Я не поспел вовремя. Я опоздал ровно настолько, чтобы дать тебе возможность поскорее уйти из этого звериного логова. Но я спешил к тебе, ибо хотел или спасти тебя, раскрыв замутнённые очи обманутых, или взойти на костёр и разделить с тобой ложе смерти, если помочь тебе не удастся. Я стар и слаб, и дни моей жизни сочтены. Лёжа на смертном одре, я услышал зов Свыше. У меня открылись глаза, и перед ними предстала страшная картина. Я отодвинул смерть, чтобы помочь тебе человеческой правдой своей, но я не смог достаточно быстро преодолеть путь, разделяющий нас. Я ничем не помог тебе: ни словом, ни делом не защитил тебя, и теперь скорблю о том, что не нашлось в этой тысячной толпе того, кто бы смог  помочь тебе.

Старик повернулся к онемевшей толпе, и люди увидели сухие старческие глаза, полные скорби и боли. Страх перед какой-то непонятной, но ощутимой бедой уже холодком пробежал по коже тех, кто отрёкся от обречённой на смерть их спасительницы. Старик посмотрел в глаза съеденного болезнью человека и сказал:

— Болезнь  твоя — плод деяний твоих, а не чар невинной. Беспутная жизнь привела тебя к страданиям и недугам. Ты гниёшь от собственного распутства, а не от наговора.

Потом он повернулся к увядающей красавице и также спокойно произнес:

— Ты, теряющая красоту, прожила всю жизнь в злобе, зависти и ненависти, и это они съели твоё очарование.

Но когда он повернулся к несчастным супругам, толпа отпрянула от них, как от прокажённых.

— А ты, благочестивая пара, несёшь бремя своего греха вместо прекрасного плода. Ты, — обратился он  к женщине, — побоялась позора и лишила себя материнства, не будучи замужем. И судьба наградила тебя бесплодием. А ты, — обратился он к мужчине, — ради минутного удовольствия испил зелье, лишившее тебя творящей жизнь влаги. Ты — иссыхающее дерево, не способное породить плод. Теперь, чтобы сокрыть свой грех друг от друга и от людей, вы переложили вашу вину на безвинное существо, не один раз протягивавшее вам руку помощи. Вы все, обвинившие непорочное создание, помогавшее вам, совершили двойной грех. Вы хотели спрятаться за чужую спину, чтобы быть чистыми и безгрешными перед такими же, как и вы, грешниками. Вы убили безвинную душу. Как же вы собираетесь жить дальше? Неужели вы сможете спокойно радоваться жизни и строить личное счастье? Как может быть безмятежно счастлив убийца?..

Старец хотел ещё что-то сказать, но, глянув в пустые глаза людей, не понимающих смысла его слов, осознал бесполезность своего рвения. Он опустился на пепелище, и силы покинули его, а люди, закрыв глаза руками, испугавшись, что в них, как в зеркале, отразятся все их грехи, и ещё кто-то сможет прочесть их и обнародовать, поспешили к своим домам, будто стены и двери смогут спрятать от позора.

Грешен будет тот, кто совершит грех, но вдвойне грешен тот, кто обвинит в своём грехе другого.

ПРИТЧА О РОЗЕ СЕРДЦА

Обратился человек к Мудрецу:

— Мудрость твоя так велика, что ты можешь дать объяснение любому явлению. Объясни мне, что со мной происходит. — И человек стал делиться своими ощущениями. — Раньше жил я беспечно и не замечал ничего, а может, и не хотел замечать, но услышал я однажды своё сердце, и не просто его биение в груди, а нечто иное, никогда ранее не ощущавшееся мной, словно что-то отрывается от него и падает…

— Ты запомнил те моменты, когда случается это? — спросил Мудрец.

— Я заметил, но не смог объяснить, — ответил человек. — Когда я произношу дурное слово или совершаю неблаговидный поступок, даже тогда, когда только мысль, но мысль плохая, проносится в моей голове, что-то отрывается от сердца и исчезает, а на сердце образуется рана. Со временем она заживает, но словно рубец остается на том месте, откуда что-то оторвалось, и это не просто шрам, который можно спрятать, это боль, от которой не укроешься. Ты можешь объяснить мне это явление, происходящее у меня в груди?

Посмотрел Мудрец в глаза спрашивающего и сказал:

— Открытый у тебя взгляд, бесхитростный, значит, и ум твой открыт для истины. Слушай, я поведаю тебе легенду, которая родилась в горах. «Сотворил Бог человека и сделал его красивее всякого животного, наградил Он его и красивым телом, и красивым лицом. Все сделал в нём красивым. Только внутренние органы оставались такими же непривлекательными, как и у животных. Бог посмотрел на них  и сказал: «Они сокрыты от глаз, а потому неприглядность их не вызовет дурного чувства в человеке. Он будет знать об их существовании и полезности, и этого для него будет достаточно». Но сердце в том виде, как оно было у животных, не понравилось Богу. «Людское сердце вмещает в себя то величие человеческих чувств, которыми не обладают животные. Оно разумнее, чем у животных, — подумал Бог, — ибо оно в состоянии творить. Оно не должно быть в виде мешка, собирающего в себя только кровь, я сделаю его в форме цветка, и будет оно не только красиво, но и разумно. В каждый лепесток его я вложу по одному чувству и, соединив все лепестки, сотворю цветок чувств, и будет прекрасно каждое чувство в отдельности, а все вместе они образуют чудесную гамму. И будет этот цветок розой, и назовут его розой сердца, а человек с этим цветком в груди станет лучше, чем животные, разумнее и величественнее. И станет он вершиной совершенства всей природы». И сотворил Бог вместо обычного сердца розу с пурпурными лепестками. Рождался ребёнок, и лопались чашелистики, сдерживающие лепестки, и появлялся бутон, который, по мере роста человека, рос сам и распускался. Но жил человек не совсем так, как задумывал Бог, и совершал он неблаговидные поступки, нанося вред себе и природе. И стали облетать лепестки с розы его сердца. Сорвётся с языка человека недоброе слово, и появится на лепестке пятнышко с гнильцой, совершит дурной поступок — побуреет пурпурный лепесток, оторвётся от чаши цветка, словно осколок от глиняного кувшина, и полетит вниз. Захочешь прилепить его на место, да не приживается мёртвое на живом. И так каждый раз. И становится некогда полная прекрасная чаша пурпурной розы сердца полузавядшей, полуоблетевшей, полуживой-полумертвой; рядом с ещё живыми, яркими лепестками будут находиться подъеденные гнилью, засохшие, бесцветные, скрученные безжизненные лепестки, готовые в любой момент опасть. Мало кто из людей доходит до конца жизни с красивым, живым, не увядшим цветком сердца. Большинство теряют лепестки прекрасного по жизни и остаются на пороге смерти с голым черенком, покрытым шипами и единственным, еле приметным лепестком души, который не подвержен смерти. Это — лепесток той вечной Божественной души, который никогда не облетает, он переходит из жизни в жизнь и при каждом новом человеческом рождении обрастает новыми прекрасными лепестками, сотворяя розу человеческого сердца. Вновь и вновь, наделяя человека своим разумом, разумом сердца, оно дает возможность вразумления. И будет бесконечен круговорот рождений человека, пока он не достигнет духовного совершенства, и тогда рожденный в его груди  цветок не потеряет ни одного лепестка. Тот, кому удаётся вырастить розу духовных чувств в своей груди, становится подобным Богу и поднимается на высшую ступень, чтобы творить только прекрасное».

Всё понял человек, всё осознал, и скорбь сошла на его лицо.

— О чём ты скорбишь? — спросил Мудрец.

— Я понимаю теперь, как много лепестков я растерял по дороге жизни, и ничто не поможет мне вернуть первозданность цветка моего сердца, — ответил опечаленный человек.

— Это великое горе, но не то, по которому плачут. Начни жизнь по-новому, — посоветовал Мудрец, — и ты увидишь, что с каждым добрым словом оживает лепесток, с каждым хорошим поступком нарастает новый. Праведной жизнью своей ты не только вернёшь потерянное, но приобретёшь новое, и может случиться так, что станет чаша твоего цветка больше, а лепестки её красивее и светлее, и может даже произойти такое, что из цветка пурпурно-алого цвета станет он жёлто-золотым, а возможно, и сияюще-белым. Но такой цветок появляется в груди тех, кто посвящает себя и свою жизнь великому Преображению.

Великая тайна открылась перед человеком, и, поблагодарив Мудреца, пошёл он по другому пути, трудному и жертвенному, потому что появилось у него огромное желание вырастить в груди своей сияюще-белый цветок Божественного сердца.

Благодеяние для себя — разрушает, благодеяние для других — творит.

ПРИТЧА О ГОРЕЧИ

Долго не был один человек в доме близких ему людей, и вот случай привёл его к знакомому крыльцу. Стал он подниматься по ступеням и почувствовал, что высоки они стали и отличаются от прежних, старых. Отворил он дверь, вошёл в комнату, которая будто ещё больше стала, и увидел на столе вместо обычного чёрного хлеба пышный белый каравай. Вошли хозяева, и вдруг смятение охватило их. Замешкались они, засуетились. Вместо слов приветствия прозвучали невнятные звуки. Топчется гость на месте и сам не знает, как поступить и что сделать. Заметил он, что в глазах некогда близких ему людей не светится больше огонёк радости, в движениях — суетливость, на лице — смятение, и всё это покрывает лёгкая пелена лжи.

Предложили хозяева ужин. Отрезали от белого каравая ломоть, но не так щедро, как прежде отрезали от чёрного. Неудобно было обидеть хозяев, взял гость хлеб, откусил, и показался он ему горше горького, словно хины в него насыпали. Запекло в груди гостя, да не знал он, как поступить: то ли от ужина отказаться, то ли доесть. С трудом он прожевал хлеб, который застревал у него в горле.

Хозяева предложили ночлег. Глянул гость на пышную от перины постель и представил вдруг, что вопьётся она шипами в тело и будет мучительна ночь, проведённая в этом доме. Поблагодарил он хозяев и вышел. А когда начал спускаться со ступенек, поскользнулся и скатился вниз. Было ощущение, словно пнули его ногой. Встал он, поклонился хозяевам на прощание и не пошёл, а побежал прочь от дома, где совсем недавно находил он и приют, и душевное тепло. Долго бежал он, гонимый отчуждением любимых им людей, а когда остановился, понял, что ушёл от них слишком далеко и прежние отношения уже никогда не вернутся. Только сожалея о прошлом, он поднял глаза в небо и зашептал:

— Господи, отведи меня подальше от тех, кто тяготится мной, дабы не утяжелить им ношу счастья своего, дабы не замутить им радости вторжением своим, дабы не нарушить их покоя и благоденствия присутствием своим. Да будут они счастливы так, как сами того желают.

И пошёл он своей дорогой, к своей цели, гонимый свежим ветром. И никогда  больше не привела его судьба к крыльцу некогда близкого сердцу дома.

Горек чужой хлеб, и тяжелы ступени чужого крыльца, но горше и тяжелее потери близких сердцу людей нет ничего в этом мире.

ПРИТЧА О ДОСТИЖЕНИИ РАЯ

Сказал однажды Бог человеку:

— Я открою двери в рай, ты можешь войти в него. Возьми с собой кого хочешь, только помни, что дорога эта труднее всех земных дорог.

Знал человек, как трудна жизнь на земле, сколько мучений и страданий она приносит, и предложил он людям пойти с ним. Некоторые побоялись неведомого и продолжили жить, как жили, в трудностях и мытарствах, некоторые не верили в лучшую жизнь и тоже не последовали за зовущим, другие решились и пошли, но дорога оказалась такой тяжёлой, что ряды идущих быстро редели. И осталось рядом с ведущим всего несколько человек.

— Терпение и усилие помогут вам, — подбодрил он уставших.

Но с каждым днём иссякало терпение идущих, потому что каждое мгновение приносило неимоверные трудности. Одному надоело брести по скалистой дороге, он воровато огляделся и юркнул за единственный куст, встретившийся на пути, но только он навалился на него, чтобы укрыться от всевидящих глаз ведущего, как подгнивший куст треснул и оборвался вниз с укрывшимся в нём человеком, а достигнув земли, покатился по полю, гонимый ветром. И катился вместе с ним и человек, неспособный выбраться из-за впившихся в тело колючек, и стал он впоследствии сорняком, который назвали перекати-поле.

Долго поднимались люди, но вот и ещё двоим надоело тащиться по трудному пути, они увидели невдалеке лесочек, где можно было передохнуть, тихо свернули к нему, а когда приблизились, то увидели, как он богат своими дарами. И решили эти двое устроить себе праздник на двоих. Собрали они богатые дары леса, зажгли лучины, как свечи, и сели за праздничный ужин, совершенно забыв о тех, с кем разделяли совсем недавно трудную стезю и скудную еду. Им захотелось праздника для души. Они хотели устроить его на один вечер, но он растянулся на всю жизнь. Так и остались эти двое навсегда в уютном местечке, потому что и товарищи их ушли далеко, и не было у них уже желания постигать через трудности неизвестное.

Один мимоходом всё норовил порешать свои дела, но так увлёкся ими, что сошёл с пути истинного и упустил связующую с благом нить. Он тоже потерялся где-то по пути.

Осталось совсем мало людей рядом с ведущим, но он страстно желал довести до Божественной обители хоть кого-нибудь, однако люди отставали и отставали. Достигнув  долгожданного порога, ведущий оглянулся и увидел только одного человека, стоящего рядом с ним.

— Что помогло тебе дойти до цели? — спросил ведущий оставшегося. — Сильное желание увидеть рай?

— Нет, — ответил человек, — я хотел постичь себя и постиг. Я знаю теперь, что могу преодолеть не одну гору, подняться не по одной скале и покорить не одну вершину. Не желание увидеть рай двигало мной, а стремление познать свои возможности, покорить свои слабости и обрести силу Духа. Я знаю теперь, что рай — в моей душе, и видел его. Нет рая лучше, чем духовное совершенство. Я увидел ту красоту, которая была заложена Богом в мою душу, постиг рай своей души, и с этого момента жизнь моя приобрела другой смысл.

И оба человека перешли порог и вошли в иную, новую жизнь.

Всем даётся возможность познать рай, да не у всех хватает сил достичь его.

НОЧЬ ОДИНОЧЕСТВА

Вёл Учитель учеников по трудному пути. Всегда и всё они делили поровну: и скудную еду, и радости, и боли.  Но однажды легла на сердце Учителя тяжесть, и отошёл он от учеников своих, чтобы самому пережить её, чтобы не перекладывать свою боль на их неокрепшие плечи. Сел он поодаль, удручённый думой своей, оставив учеников своих с их мыслями и делами. Опустилась ночь. Одни ученики спокойно уснули, другие провели её в беспокойстве, но ни один не подошёл и не спросил: «Что с тобой, Учитель?»

Томительно-долгой показалась Учителю ночь в одиночестве. И почувствовал он вдруг, что может быть покинут даже теми, кто близок сердцу. И подумал он: «Есть ли плечо, на которое можно опереться в любой миг этой жизни? Есть ли рука, которая будет протянута в трудный момент? Есть ли голос, который отзовётся в пустыне? Есть ли сердце, которое впустит в себя страждущего? Есть ли душа, которая не отвергнет? Есть ли тело, к которому можно прижаться и которое согреет?» И была безмолвна тишина. И не нашлось в эту трудную ночь никого, кто бы отдал Учителю в это мгновение жизни хотя бы частицу себя. И подумал он, что ночь одиночества может перерасти в жизнь одиночества, и будет каждый в ней одинок, и будет у каждого своя дорога.

Утром подошёл Учитель к ученикам и опять не услышал вопроса: «Что с тобой?» Молча собрались ученики в путь. Посмотрел на них Учитель и сказал:

— Мы идём вместе, но врозь, а это значит, что своей цели каждый достигнет сам. И не виноват поводырь, что за ним идут не разумные люди, а бредут послушные овцы. Если легко пройти мимо малого, не задав себе вопроса о сути свершившегося, то не составит труда пройти мимо большого, ибо, не замечая малого, разучишься видеть и  большое.

И не надо говорить, какой цели достиг каждый, — не в этом суть. Суть в том, что в собственном зеркале души человек видит отражение всех событий, а каждое зеркало отражает его по-своему, ибо каждое имеет свою глубину, свою чистоту, свою прямоту и свою истину, созданную сущностью своею.

Смотреть надо не на себя через другого, а на другого через себя, направляя взгляд через сердце, а не через глазницы.

ПРИТЧА О ЗАГУБЛЕННОМ ДЕРЕВЕ

Увидел человек у дороги молодое, красивое деревце, и захотелось ему  пересадить его в собственный сад. Но лень ему было рыть большую яму, чтобы освободить побольше корней, и, не утруждая себя очень, он обрубил их и выдернул деревце. Глядя на скудные корешки, человек понял, что деревцу нечем будет уцепиться за землю и первый же сильный ветер вырвёт его с корнем. Не долго думая он бросил дерево и пошёл прочь.

Ночью человек услышал чей-то стон. Обойдя спящих родных, он не нашел никого, кто бы вызывал беспокойство. Он вышел в сад, обошёл его, но и там не нашел никого, кто бы мог издавать стоны. Он вернулся и лег и снова услышал протяжный, рвущий душу стон, и понял человек, что это в душе его звучит чей-то плач. До утра он не мог уснуть, а с восходом солнца вышел из дома и пошёл по дороге, словно его кто-то вёл по ней. А стон всё сильнее и сильнее раздавался в душе, в голове и в ушах. Чей-то плач усиливался в сердце, как в пустом сосуде, и эхом раздавался по всему миру. И человек уже не шёл, а бежал сам не зная куда. И вдруг он споткнулся и упал, распластавшись на земле. Когда пришёл в себя, то увидел, что лежит рядом с распростертым так же, как и он, изуродованным телом деревца. Оно лежало, разбросав по земле свои ветви как руки, словно хотело ими ухватиться за жизнь. Человек вскочил, вырыл новую яму, принёс из дальнего источника воды и посадил дерево. Ослабшие молодые веточки поникли, опустившись до самой земли, не в силах подняться к солнцу. Человек укрепил дерево, привязав его к кольям, чтобы ветер не выдернул его, и ушёл.

Весной, когда деревья начали просыпаться и наливаться жизненной силой, человека потянуло к дереву у дороги. Он не шёл, а бежал в надежде увидеть ожившее деревце, но, приблизившись, увидел на нежно-зеленом фоне молодеющей долины чёрный сухой ствол с направленными к небу сухими ветвями-руками. Умершее дерево простирало руки к небу, словно просило у него защиты и помощи. Больно было смотреть на иссохшее тело, некогда полное жизни, красоты и силы. Теперь оно немым укором торчало из земли. Не так давно на этом месте была жизнь, цветущая, плодоносящая, теперь смерть смотрела в глаза  каждому, кто проходил мимо. А по оживающей, молодеющей долине разносился ветром тихий плач, и сколько он будет полнить звенящий воздух, сказать трудно.

На земле всё жизнью наполнено, всё живую душу имеет, всё чувством обладает. И погубить дерево — всё равно что убить человека, ибо любую жизнь одухотворяет одна Божественная душа.

ПРИТЧА О МУДРОСТИ И МУДРСТВОВАНИИ

Загорелась библиотека. Первыми увидели пожар два брата-Мудреца и бросились к месту, где злобное жестокое пламя сжирало Мудрость веков. Один, не раздумывая, бросился в огонь и стал выбрасывать из пламени книги, свитки, рукописи. Другой стоял рядом и рассуждал:

— Нет ничего ценнее человеческой жизни, и во что бы то ни стало надо сохранять её, она принесёт больше пользы, ибо в ней заключен весь духовный опыт.

Когда здание рухнуло, из-под обломков достали обгоревшее тело того, кто спасал труды многих мудрецов.

— В тебе столько мудрости, что эта библиотека составляет лишь маленькую часть её. Зачем ты загубил целое ради части его? — спросили люди.

И ответил Мудрец, еле шевеля почерневшими губами:

— Я уйду из этой жизни и тысячу раз приду в неё, потому что Душа  бессмертна. Но рукотворная мудрость, уйдя однажды, не вернётся больше в том виде, в каком была создана тысячами Мудрецов на протяжении тысячи веков. Мало иметь Мудрость — нужно время, чтобы превратить её в знаки, доступные людям, чтобы рукосотворить то, что будет доступно всем. Книги — это величайшее достояние времён и народов, и они бесценны, ибо рукотворить Мудрость, то есть писать книги, труднее, чем иметь и хранить эти знания в себе. На рукотворные памятники Мудрости — книги — уходит не одна человеческая жизнь, поэтому они и ценнее даже самой мудрейшей человеческой жизни. Спасайте не меня, а то, что горит у ваших ног, и вы спасете  не только историю, но Мудрость, не только прошлое, но будущее.

Душа Мудреца покинула тело и поднялась в обитель Творца. Те же, кто не жалел себя, спасали от огня валявшиеся на земле рукотворные источники Мудрости — книги, свитки, рукописи, — ибо это были не просто Мудрость и знания веков, а сердца тех, кто оставил себя на земле в величайшем творении.

По-разному ценится жизнь: Мудрецы сжигают её на благо Великой Жизни, оставляя после себя величайшие творения; мудрствующие хранят для корма червям, ибо более мудрствуют, чем творят.

ПРИТЧА О  СВЕЧЕ И ВЕТРЕ

В тёмные глухие ночи, когда бушевала непогода, зажигали на окне свечу, чтобы заплутавший путник мог увидеть свет и, свернув на огонёк, обрести приют. В одну из таких страшных ночей горела, как обычно, на окне свеча. Её маленькое пламя, словно крохотная звёздочка, светилось в окне и, как Полярная звезда, указывало путь. Увидел этот огонёк Ветер, и показался ему этот свет жалким и тусклым. Вспомнил он тут, как раздувал слабые, не могущие разгореться или тухнущие костры, как ярко вспыхивало пламя и поднималось прямо к небу, посылая в ночное пространство свой могучий свет, от которого гасли даже звёзды, и решил он помочь свече разгореться. Дохнул он на неё через щель окна, и дрогнуло пламя свечи, затрепетало, задрожало и еле удержалось на тоненьком фитиле.

— Не дуй на меня так, — взмолилась свеча, — я погибну.

Но Ветер не понимал разумной просьбы, ибо неразумен и ветрен был сам. Он помнил, как сила его дыхания разжигала пожары и всё светилось в жарком пламени, и ему безумно захотелось раздуть из свечи костер. Охваченный страстью, он кричал:

— Ты разгоришься, я знаю это!

— Я погасну, — шептала теряющая силы свеча, — я погибну. Мне нужна тихая, нежная ласка спокойного дыхания воздуха, а не твой безрассудный порыв.

Но Ветер не понимал её слов и не внимал её просьбам.

Огонёк дрожал, обжигая тело свечи своей болью. Свеча плакала. Слезы текли по её тонкому телу и оставляли на нём наросты боли и горя. В конце концов оно стало безобразным от чёрных оплывов, а Ветер, надрываясь, всё кричал и кричал слова своей безумной страсти, которые были более убийственны, чем живительны. И потеряла последние силы свеча. Слабый огонёк потрепетал-потрепетал на бесформенном огарке, из последних сил цепляясь за обгоревший фитилек, но, окончательно обессилев, растворился в темноте.

Глянул Ветер на обезображенное, оплывшее тело холодной свечи и вдруг воскликнул:

— Как я мог променять жар сильного костра на трепет какой-то слабой свечи? Я только потерял время, разжигая её. Я молод и силен, и не мне разжигать безжизненные свечи, тем более, что они неспособны дать большого и красивого огня. Они светят тихо и недостаточно сильно и к тому же быстро сгорают. Надо лететь прочь отсюда! Надо лететь туда, где горят бурно и страстно, красиво и сильно!

И он поменял своё направление. Больше Ветер не проникал в щель окна, но свеча уже не горела.

Кто мнит себя сильным мира, тот более разрушает, чем созидает.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И ПТИЧКЕ

Холодным утром нашёл человек перед своим окном птичку. Взял её в руки — она ещё была жива. Внёс её в дом, отогрел, и ожила птичка. Прожила она до весны в доме, а с теплыми солнечными днями выпустил человек её на волю. Но не улетела далеко благодарная птичка, села она на дерево под окном и запела, и разлилась её песня вокруг, и показалось, будто полетела она по всему свету. И слетелись в этот сад птицы, и защебетали они на все лады. Проснулся сад, оживился, расцвёл.

Каждое утро с восходом солнца садилась птичка на дерево у окна и пела. И чудилось, будто солнце встаёт, разбуженное её песней, и земля просыпается от сладких звуков, и деревья, травы и цветы наполняются красотой от изящности переливов чудесной песни.

Но человек, всю жизнь проживший в тишине и не привыкший к такому шуму, стал болезненно воспринимать звонкий голос птички, а прекрасная песня начала попросту раздражать его. Желая вернуть себе прежнюю тишину, он попробовал прогнать птичку:

— Кыш! Лети туда, откуда прилетела, и пой там. Не для того я выбрал тихое место, чтобы ты нарушала покой в нём, а для того, чтобы в уединении и тишине пожить для себя.

Птичка не понимала человеческого языка, единственное, чего она желала, к чему стремилась, — это отблагодарить своего спасителя самым дорогим, что имела, — удивительным голосом и величайшей способностью к пению. И она запела ещё звонче. И подхватили её песню птицы, и наполнили сад чарующими звуками, только человеку от них ещё хуже стало. Он не хотел вслушаться в дивную песню птиц, она была для него резким шумом, тогда как в ней было столько красоты и силы.

Разгневался человек ещё больше и замахал на птичку руками:

— Кыш! Кыш, проклятая птица!

Но птичка снова не поняла человека. Видя, как он машет руками, она поняла, что человек хочет взлететь, как она, чтобы подняться в небо и постичь высоту его. И тогда она запела ещё звонче, чтобы придать силы и уверенности человеку. И взбесился вдруг человек, обезумевший от ужасного, как ему казалось, крика птиц, схватил ружье и…  выстрелил в бедную птичку, желавшую человеку только добра…

Маленьким цветным камнем упало безжизненное тело наземь, а испуганные выстрелом птицы облаком поднялись над садом и взмыли в небо. И наступила тишина. Такой страшной, жуткой, щемящей тишины человек никогда не слышал. Она была вокруг, всюду и давила так, что начали болеть уши, потом голова, потом сердце. Всё вдруг померкло, стало безжизненным и серым. Заглянул тогда человек в себя, в свою душу, но там было так же пусто и темно, как вокруг.

— Что же случилось? — спросил тогда человек у себя. — Во мне было столько богатств: были чувства любви и радости, были знания обо всем на свете, а теперь там ничего нет. Куда же все это исчезло?

Но никто не мог ответить человеку, он был один в своём уединённом месте, и всюду была абсолютная тишина: и в саду, и в доме, и в сердце. И понял он, что теперь он не может жить даже для себя, потому что он убил себя в самом себе, когда, потеряв разум в минутном недовольстве, погубил птичку, желающую в благодарность за спасенную жизнь открыть перед ним в своей чудесной песне весь мир.

Не было теперь для человека ничего: ни мира, ни самого себя, — ибо мир обогащает человека, а не пустота, ибо звук наполняет его, а не тишина, ибо красота делает его живым, а не отсутствие её.

Жить для себя — значит потерять себя в этом мире. Хочешь найти себя — познай мир в самом себе и вокруг себя. Хочешь сберечь себя — сохрани всё вокруг себя. Хочешь обогатить себя — сбереги богатства, существующие в мире. И тогда воцарится гармония и в человеке, и в мире, и во всей Вселенной.

ПРИТЧА О КАМНЕ ЖИЗНИ

Когда рождается ребёнок, Бог вкладывает в его ладонь песчинку, из которой вырастает впоследствии камень жизни. И каждый человек по-своему растит свой камень.

Встретились на одной дороге два человека. Один шёл уверенной, лёгкой походкой, словно летел,  другой еле передвигал ногами, потому что катил впереди себя огромный тяжёлый серый валун. Остановился измученный путник, посмотрел на не обременённого ничем встречного и в недоумении посетовал:

— Бог каждому человеку даёт при рождении песчинку, из которой вырастает камень жизни, а тебя, наверное, Всевышний обидел.

— Нет, Бог никого не обделяет, и мне он дал то, что положено каждому.

— Так почему же из твоей песчинки ничего не выросло?! — изумился владелец большого камня.

— Выросло, — спокойно ответил путник.

— Значит, твой камень так огромен, что ты его уже не можешь катить!

— Никто не может избавиться от ноши, которую сам на себя взвалил. Только смерть освобождает человека от этой клади. Каждый несёт свой камень жизни до срока, только у одних он велик, а у других мал. Мой камень таков, что ладонь ребёнка для него слишком велика.

— Несчастный, — посочувствовал обременённый тяжёлой ношей путник.

— Нет, я счастливейший из людей.

Слова эти были произнесены так спокойно и так уверенно, что хотелось узнать, откуда это спокойствие и убеждённость.

— Покажи мне твою пылинку, — ехидно произнёс тот, кто устал уже от тяжёлой жизни.

Рука странного человека раскрылась. На ладони с трудом можно было разглядеть крохотный кристаллик.

— Ты обманул надежды Бога! — воскликнул тот, кто считал себя познавшим всё. — Он дал тебе песчинку жизни, чтобы из неё вырос камень, а ты не прирастил к ней даже кристаллика!

Недоумевающий путник сделал шаг назад, чтобы вернуться к своему камню, как вдруг луч солнца упал на крохотный камень и фонтан ярчайшего света вырвался из него и залил всё вокруг.

— Закрой ладонь, — закричал ослеплённый хозяин большого камня. Когда пальцы сжались, зло добавил: — И никогда не раскрывай её. Камень твоей жизни слишком ярок, он слепит. — И не преминул позлорадствовать: — Зачем иметь жизнь, которая ослепляет своим светом? Пусть будет, как у всех, от такой вреда меньше…

— Но и пользы тоже, — заметил обладатель такого чудесного камня. — Только свет порождает новое, а когда жизнь обновляется, она становится лучше.

— Так жить очень хлопотно, — стоял на своём недовольный человек. — Надо жить по нашим, мирским законам: привычно и обыденно, иначе сгоришь раньше времени.

Довольный своей речью человек вернулся к своему огромному серому камню  и покатил его дальше по земле, а обладатель крохотного бриллианта жизни взошёл по светлому лучу в небо.

Судьбу человечества творит не тот, у кого камень жизни больше, а тот, у кого драгоценнее.

ПРИТЧА О САМОУВЕРЕННОМ НАСТАВНИКЕ

Жил на свете самоуверенный человек, и любил он поучать всякого, ибо считал, что тот поступает не так, как должно. И встретил он однажды Учителя-мудреца, и спросил его:

— Почему ты учишь только умных, а глупых в ученики не берёшь?

— Потому что на одного глупого я потрачу столько же времени, сколько на десять умных. А миру лучше дать десять мудрецов, чем одного умного глупца, — ответил Учитель.

— Я докажу тебе, что ты не прав и из глупца тоже можно сделать мудреца.

— Я склоню свою голову перед тем, кто добьётся успеха, — сказал Учитель.

Человек тут же бросился выполнять обещанное. Он отыскал глупца и начал с ним заниматься. Чтобы доказать свою правоту, он приложил все усилия для достижения цели.

Прошло какое-то время, глупец-ученик приобрел кое-какие навыки, но мудрым так и не стал. Он стал умнее, но мудреца в итоге не получилось.

Встретились снова Учитель и самонадеянный человек, и прозвучало из уст мудреца:

— Я искренне желал бы, чтобы я оказался не прав, потому что миру нужны мудрецы, и если из глупцов можно сделать мудрых, мир преобразится.

— Мне кажется, что я недостаточно приложил усилий, — не сдавался упрямец. — Я уверен, что и обезьяну можно чему-то научить.

— Чему-то можно научить и самое тупое животное, но мудрость прорастает только на благодатной почве. Сколько глину ни мни, золота из неё не получится.

На том и расстались Мудрец-учитель и горе-наставник.

ПРИТЧА О ДЕРЕВЕ СЧАСТЬЯ

Осенью птицы улетели на юг, а весной стали собираться обратно, в родные края. Но вдруг одна птаха сказала:

— Я останусь здесь, потому что хочу посадить в эту землю зерно, из которого вырастет через время дерево счастья.

— Деревья растут долго, а птицы быстро умирают, — сказал вожак. — Это не наше призвание, у нас есть много посильных задач, а эта не по хрупкому плечу птицы.

Но птица стояла на своём, уж очень сильно было её желание: вырастить необыкновенное дерево. Не поняли благого намерения сородичи птахи, осудили её, а в наказание решили никогда не прилетать больше на это место.

— Ты предала нас и будешь забыта, — крикнул вожак, и стая взмыла в небо.

Немало воды утекло с тех пор, и потомки птицы, оставшейся в далёких землях, прилетели туда, куда давно не прилетала ни одна из пернатых. И увидели они на чужой земле могучее прекрасное дерево. Оно было таким огромным, что места на нём хватало для всех на свете птиц. К тому же это чудесное дерево приносило столько плодов, что жить под ним можно было вечно. А главное — здесь было много солнца, тепла и света, которого хватало на всех. Но никто не знал, кто дал жизнь этому чудесному дереву, позабылось имя той, которая принесла себя в жертву для общего дела.

Не спешите осуждать тех, кто приносит себя в жертву, ибо вам неведома суть поступка.

Не предавайте забвению тех, кого сами не поняли, ибо это не они предали, а вы не уразумели.

И помните, чтобы поселиться на дереве счастья, его сначала надо кому-то посадить.

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ-ГОНЧАРЕ

Пришёл один человек к Мудрецу и застал его за не свойственным ему занятием. Мудрец сидел за гончарным кругом и мастерил кувшин.

— Скажи мне, — обратился к Мудрецу человек, — почему ты занимаешься гончарным ремеслом, когда ты так мудр, что можешь только думать и изрекать мудрые мысли. Зачем тебе возиться с глиной, от которой у тебя грязные руки и платье, если можно делать более чистую работу?

Мудрец был так увлечен своей работой, что, казалось, не слышал заданных вопросов.

— Скажи мне, — снова заговорил человек, — почему жизнь моя протекает, как песок сквозь пальцы?

— Все нужно начинать с главного, даже вопросы. Ты пришёл спросить, почему твоя жизнь течёт так быстро, что ты ничего не успеваешь сделать, а задавать вопросы начинаешь с тех, что не так важны для тебя. Потому и не хватает у тебя времени на главное, что начинаешь ты всё с второстепенного.

Мудрец остановил круг, взял кусок глины в руку и произнес:

— Песок так же полезен, как и глина, но самостоятельно он ничего не может создать, кроме песочных замков. А зачем умному то, что разрушится прежде, чем его можно сотворить, поэтому умные люди выбирают себе то занятие, которое может принести пользу сразу. Жизнь человека слишком коротка, чтобы тратить её по пустякам. Были времена, когда и я не обладал таким умом и сообразительностью, и моя жизнь просачивалась, как песок сквозь пальцы. И тогда я пошёл к мудрецу за советом и застал его за такой же работой. Я также начал задавать ему много ненужных вопросов и давать глупые советы, и он сказал мне: «Лучше пусть будут грязными руки от работы, чем грязными мысли от безделья. Лучше из глины сделать кувшин, который принесёт пользу, чем построить замок из песка, который разрушится от лёгкого дуновения ветерка».

Мудрец помял глину в руках и добавил:

— Песок просочится сквозь пальцы, а глина — никогда. Так и надо строить жизнь, чтобы она была глиной, из которой если не сам, то другие сделают что-то полезное. Я вижу, ты не понял моей мысли, как некогда не понял её я. Не всем дано творить, но все могут быть подмастерьями. Оставь зёрна, и этого будет достаточно. Кто придёт за тобой, тот посеет их и вырастит пшеницу. Тот, кто придёт за этим, сделает муку. Следующий испечёт хлеб. Так и дóлжно жить людям: одно поколение готовит благодатную почву для другого. Чтобы всё это сложилось в одну цепь, каждый человек должен сделать свою жизнь полезной.

— Да как же это может быть, если жизнь течет как песок? — не унимался не всё понимающий человек.

— Трудно учесть полезные и бесполезные дела, если не вести счёт. Этому меня тоже научил мудрец-гончар. Он собрал много белых и чёрных камешков, и каждый день с их помощью вёл счёт своим делам. Пять обычных серых камней он откладывал на сон. «Человеку сон необходим, — объяснял мудрец, — потому что во сне он тоже работает — совершает путешествие по другому плану жизни». Каждый час остального времени человеческой жизни должен быть отмечен белым или чёрным камнем. Прошёл час в полезном труде — я откладываю белый камень, а был потрачен в бесполезном занятии — чёрный. С той встречи каждый час своей жизни я отмечаю штрихом: чёрным или белым.

— Но ты же мудрец, и каждая минута твоей жизни занята мыслями.

— Так может думать только глупец. Мысли в голове рождаются разные, и больше глупых, дурных, злых, чем умных. Да и человеку свойственна жалость к себе. То ему кажется, что он устал и необходимо отдохнуть, то вдруг покажется, что он болен и надо бы положить своё бренное тело и ждать выздоровления. Но эти явления порождают только такие мысли в голове человека, которые рисуют далеко не радужные картины. Только в постоянном творчестве мысли направлены на единую цель и текут по прямому руслу, а не растекаются по равнине, превращаясь в болото, в трясине которого легко утонуть. Только творчество приведёт мысли в порядок, только собранность даёт человеку благотворный ритм. Ритм — это время, а времени нужно вести счёт.

— Но как смогу его считать, если оно быстротечно и неуловимо.

— Даже время можно поймать и обуздать.

И Мудрец-гончар протянул человеку песочные часы.

— Возьми, тебе они будут полезны, а мне уже ни к чему.

И только теперь заметил человек в углу, где стояли эти часы, две кучки камешков: одна состояла всего из пяти обычных камней, другая только из белых.

— Я достиг того совершенства, которое позволит мне тратить время только на полезные занятия. Мне часы ни к чему. Возьми их, и пусть они помогут тебе правильно распоряжаться бесценным человеческим временем.

Человек поблагодарил Мудреца, принял драгоценный подарок и отправился домой. По дороге он собрал в равных количествах чёрные и белые камни и набрал глины, чтобы начать новую жизнь.

Так может поступить всякий, кто не хочет, чтобы его жизнь просочилась сквозь пальцы как песок, не оставив даже зерна для будущего поколения.

ПРИТЧА О ГЛУХОМ, СЛЕПОМ И НЕМОМ

Пришли глухой, слепой и немой к Богу.

— Скажи, Господи, за что нам такое несчастье?

— Тебе, — сказал Бог глухому, — за то, что ты никого не слушал, кроме себя. Теперь ты никого не слышишь, и ничто тебе уже не мешает слушать собственные речи и мысли.

— Тебе, — обратился Всевышний к слепому, — за то, что ты никого и ничего не хотел замечать, кроме себя и своих нужд. Теперь ты избавлен от труда зрить то, что не желал видеть.

— А тебе, — продолжил Господь, указывая на немого, — дана возможность помолчать, ибо переговорить и переслушать тебя, было невозможно. Вы получили всё, — сказал Бог всем, — что хотели, почему же вы не радуетесь, а скорбите?

Но несчастные не ответили. Никто из них не предполагал, что счастье, о котором они так мечтали, обернётся горем.

Нужно помнить, что уши даны человеку, чтобы слышать и слушать, зрение — чтобы смотреть и видеть, а язык — чтобы общаться, понимать через речь другого и быть понятым.

ПРИТЧА О СКУДОУМИИ

Обратился человек к Богу:

— Скажи, Господи, почему я теряю свой ум? В молодости я был более умён, чем теперь. Всем известно, что к старости мудреют, а я глупею. Дай мне ума.

И ответил Бог старцу:

— Я дал тебе ум, но ум, как и всё живое, развиваться должен. Видно, не благодатная почва была в тебе.

Возмутился тогда человек:

— Я постоянно творил благодатную почву для себя: строил дом, чтобы была крыша над головой, приобретал одежду, чтобы не дрожать от холода, и запасался едой, чтобы не думать о хлебе насущном. И всё это для того, чтобы ничто не отвлекало меня от мудрых мыслей.

Ответил Господь вопиющему:

— Ты построил себе не дом, а дворец. На его строительство ушли лучшие твои годы. И ни о чём ты тогда не думал, только мысль о доме, который будет достаточно просторен и красив, занимала тебя. Ты стремился построить нечто грандиозное, но построил пустоту. Ты приобрёл себе одежду, и теперь её столько, что можно спасти от холода не один десяток людей. Ты пытался прикрыть наготу тела, но обнажал наготу ума. Ты сделал такие запасы еды, что её хватит не на одну твою жизнь, и забыл про то, что не только хлебом жив человек. Насыщая пищей своё тело, ты не давал пищи уму, он истощился и стал немощным и дряхлым, как человек в глубокой старости. Весь свой разум ты извёл на удобства, которые стали роскошью, но от роскоши скудеет ум, ибо вся его сила изводится на тлен. Ты сам обрёк себя на нищету ума и богатство бренного тела. И ты не один такой, тысячи людей скудеют умом, изводя его на благополучие тела. Мне жаль вас, люди, — заключил Бог. — Я дал вам ум, чтобы вы, имея бесценное богатство его, сотворили себе красивую жизнь, полную незаменимого общения друг с другом, природой и Космосом, но такой бесценный дар вы обратили в прах. Мне больше нечего вам предложить, ибо драгоценнее Разума у Меня ничего нет.

Слабость ума наступает не от старости, а от скудости мышления.

ПРИТЧА ОБ ИСТИНЕ

Один глупец спросил у Мудреца:

— Почему ты такой умный и где ты набрался такой мудрости?

И сказал Мудрец:

— Я достиг Высоты и испил из Истока.

Не задавал больше вопросов глупец, он бросился искать самую высокую гору и, найдя, стал подниматься на вершину, чтобы испить там мудрости. Он долго шёл и, наконец поиски его увенчались успехом: он нашёл исток ручья и испил из него. Когда глупец вернулся, то посчитал себя способным вещать людям Истину. Но сколько бы и как бы он ни говорил, в речах его ничего, кроме воды, не было.

И обратился он снова к Мудрецу со словами:

— Я достиг вершины горы и испил там из истока ручья, почему же я не стал таким же, как ты.

Ответил ему Мудрец:

— Ты достиг вершины горы, а я Вершины Сознания, ты испил из истока ручья, а я — Истока Мудрости, поэтому мои речи — Мудрость, а твои — вода.

Но не понял глупец слов Мудреца и сказал то, на что был способен:

— Вкусен хлеб с изюмом, но хлеба из одного изюма не бывает. Речь человека не может состоять из сплошной мудрости. Ты пытаешься быть мудрым, но до истинной мудрости тебе далеко. То, что ты говоришь, — сплошная заумь.

Ничего не ответил Мудрец глупцу, да и что здесь скажешь, кроме одной мудрой фразы: «Мудрость порождает мудрость, а глупость, кроме глупости, ничего породить не сможет». Это и есть Истина.

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОМ КОВАРСТВЕ

Человек увидел прекрасную розу и решил сорвать этот удивительной красоты цветок. Он запустил руку в глубь куста, чтобы обломить стебель, но только сильно уколол и исцарапал руку, цветка же сломать он не смог.

И спросил тогда раздосадованный человек у розы:

— Почему ты так красива и так коварна? Красота и коварство несовместимы, — заключил он.

— Как ум и глупость, — добавила роза. — Но, к сожалению, эти качества прекрасно уживаются в человеке.

— Мы говорим о разном: я — о твоём коварстве, а ты — о какой-то глупости, — сказал человек.

— Я говорю о твоей глупости, — уточнила роза.

— И в чём же я глуп? — возмутился человек. — Я только имел желание овладеть чудесным цветком.

— Сорвать прекрасный цветок, чтобы, полюбовавшись, выбросить его, — это не только глупо, но и коварно. Поэтому неизвестно, кто из нас более коварен: я, желающая сохранить свою красоту, или ты, намеревающийся уничтожить её. При этом я умна в своём коварстве, а ты ещё и глуп. Чтобы сохранить себя от человеческой глупости, я и вырастила шипы. Моё коварство разумно, твоя глупость коварна, — прохожий призадумался, а роза продолжила: — Роза так прекрасна, что даже животные не покушаются на это чудо, созданное Богом, но человек оказался хуже животного. Он способен погубить красоту в угоду своей глупости и скудоумию, поэтому и приходится мне искать средства для своей защиты, и при этом они менее коварны, чем сам человек, ибо они имеют цель предупредить, а не убить.

Человек согласился с тем, что он не только глуп, но и коварен, потому что его руками не только создавалась, но и разрушалась красота Мира. И впервые ему стало стыдно и больно за всё человечество, в котором уживаются ум и глупость, добро и коварство.

Коварство одного человека может порождать шипы в сердце другого. Но, когда они ранят, становится больно и обидно. Так есть ли смысл приносить себе боль?

ПРИТЧА О СОСУДЕ ЛЮБВИ

Однажды почувствовал человек, что не любит он уже свою жену и стали раздражать его дети. Жена потеряла свою прежнюю красоту и прелесть, постарела и подурнела, а дети растут дерзкими и непослушными. Жизнь в семье начала обременять его, и захотелось ему свободы и нового счастья. Но так как с благословения Бога и семья создается, и дети рождаются, то сам человек не может разрушить созданный Свыше союз. И решил он обратиться к Создателю, чтобы тот освободил его от тяжелой ноши и дал что-нибудь полегче и получше. И пошёл недовольный жизнью к Богу.

Выслушал Всевышний пришедшего и спокойно сказал:

— Я рождаю человека в любви и награждаю его любовью, но, чтобы он смог правильно оценить мой дар, я превращаю любовь в живительную влагу и наполняю ею сосуд, который даю каждому при его рождении. И несёт тогда каждый человек свою чашу по жизни, только не все умеют делать это бережно, не расплескав. По-разному несут люди свой сосуд, но чаще забывают о том, что любовью жизнь создается, а без любви погибает. И как бы ни относились люди к этой ноше, к жизни и ко Мне, любовь Моя к ним никогда не иссякает в Моём сердце, и хватает её и на беспомощных младенцев, и на дерзких юнцов, и на дряхлых старцев. Одинаково льётся она на глупых и на умных, на красавцев и на уродов, на добрых и на злых, ибо каждый нуждается в любви, которая не только обогащает душу, делает добрым сердце, но и учит милосердию и разумности. Когда в сердцах мужчины и женщины загорается любовь, Я из двух сосудов делаю один, чтобы общей стала любовь их и жизнь. И необыкновенной красоты становится эта чаша, а влага в ней приобретает чудодейственную силу, чтобы родились дети ещё лучше родителей, чтобы умножили они любовь их и пронесли по земле. Но трудна оказывается эта ноша для многих, и считают они её удвоенной, а не разделенной на двоих. И от непонимания начинаются все беды в семье, потому что каждый хочет переложить общую ношу на одного. И начинаются распри, и расплескивается драгоценная влага любви, и разбивается прекрасный сосуд, и остаются одни черепки, о которые режутся и ранятся, над которыми плачут и сетуют. Только тот не разобьёт своего сосуда, кто бережно несёт его. Только тот не расплескает животворящей влаги, кто источает свою любовь светом и разливает её на тех, кто близок и дорог. Только тот сохранит чистоту и свежесть этого Божественного нектара, кто нежными поцелуями окропляет лица любимых, как утренней росой, омывая их свежестью, от чего расцветают они с новой силой и красотой; кто покрывает теплом губ своих натруженные руки, от чего вливается в них сила; кто видит во всем лишь прекрасное; кто терпелив и нежен; кто готов вознести себя на жертвенный огонь любви; кто с наступившими сумерками укрывает близкого своего покрывалом покоя и зажигает у изголовья лампаду любви, которая горит ясным светом и в тихую и в грозовую ночь. Только тот, кто дозрел, донесёт эту чашу, не только не потеряв ни капли, а наполнив до краев. И в конце жизни будет в руках любящих не мелкая миска с сухим дном, а огромный и лёгкий сосуд с чистейшей влагой любви, и нести его будет и приятно и радостно. Тот, кто поймёт это, будет жить по Моим Божественным Законам и станет действительно счастливым. Кто о себе будет печалиться — большой высоты не достигнет, великой силы не получит, истинной любви не испытает, а сосуд счастья превратит в черепки.

Выслушал человек Бога: всё было так просто и так сложно. Вспомнил он жену, которая опостылела, детей, которым ладу дать невозможно, и снова стало жалко себя. Но собрался он с духом и пошёл домой. И встретили его на пороге родного дома жена и дети. И преклонил он голову перед своими близкими, и коснулся он ладоней жены губами, благодаря за всё, что сделали эти добрые руки, и расправилась сморщенная от тяжелой работы кожа, и сошла чернота, и посветлели они, словно светом наполнились. И поцеловал он жену в сердце, благодаря за терпение и нежность, и услышал он в груди песню, тепло и сияние которой влились в его душу. И приложил он свои губы ко лбу её, благодаря за разум. И посветлело в его голове, словно засиял там Божественный свет. Посмотрел он на свою начинающую стареть жену  и не узнал её: прежняя красота была в ней. И поцеловал человек детей своих, и приникли они к нему, облепили как пчелы и зажужжали каждый о своей радости. И рассказал тогда он близким своим о встрече с Богом, поведал о словах Его мудрых, и поняли они вдруг, в чём было их несчастье, и стали собирать они черепки своей разбитой чаши и склеивать их. И не сразу все ладилось, но терпение и желание возродить свой сосуд было сильнее всех неудач. И склеилась чаша, и получилась ещё лучше, и наполнилась она до краев живительной влагой любви, и стала расти и шириться. И поняли люди, жившие столько лет вместе и рушившие собственное счастье, что только любовью любовь рождается, только от любви жизнь расцветает и любовь в ней множится. И понесли они вместе свой сосуд любви, да так бережно, что не пролили из него ни одной капли священной влаги.

Кто знает Законы Бога и по ним живёт, тот не только создаёт своё собственное счастье, но одаривает счастьем других.

ПРИТЧА О СОВЕТЕ  БОГА

Спустился Бог на землю, чтобы посмотреть, как живут люди, и увидел много плачущих, горюющих и печалящихся. И спросил Он тогда, отчего они плачут, о чём горюют и что порождает в их сердце такую безутешную печаль, и услышал странный ответ:

— Мы плачем о прошлом, потому что оно уходит безвозвратно и нет больше того, с чем успел сжиться, горюем о будущем, которое неизвестно, и печалимся потому, что не знаем, что приобретём, а что потеряем.

И ответил Бог страдальцам:

— О пустом исходит ваше сердце. Дважды прошлое не имеют и дважды его не теряют; потому оно и прошлое, что безвозвратно. Зачем с ужасом думать о будущем, которого не знаешь; на то оно и будущее, что неизвестно, потому его и нет, что в настоящем не бывает. Одно уже ушло, другого не существует. Потерять можно только настоящее, ибо оно ощущаемо. Это и есть жизнь, и каждое мгновение этой жизни нужно наполнять творчеством и трудом, чтобы существование ваше было не бесполезным. «Завтра» ещё нет, «вчера» уже не существует. Научитесь жить летящим «сейчас», а не пустой мечтой о будущем и бессмысленным плачем по прошлому.

Но люди не вняли совету Бога, а потому до сих пор плачут, горюют и печалятся о пустом.

Давать умные советы тем, кто в них не нуждается, всё равно что спорить с вечностью.

ПРИТЧА О БЕЗУМНОЙ ПРОСЬБЕ

Заболел у одной матери сын. Но не обычной болезнью, которую лечат лекари, а той, что на буйство похожа, и никто за лечение не брался. Измучилась мать со своим буйным сыном: ни дня, ни ночи спокойной нет, и никто помочь ей в её горе не может. И пошла она тогда к Богу.

— Господи, — взмолила она, — Ты даёшь людям жизнь, и Ты забираешь её. Смилуйся надо мной, забери моего сына к себе, чтобы ни сам он не мучился, ни меня не мучил.

Глянул Всевышний на измученную женщину, но не жалость появилась в Его глазах, а негодование:

— Не сына ты жалеешь, а себя. Ты устала уже нести свой крест, который получила как искупление за совершённые тобою грехи. Ты быстро забыла, как сама причиняла другим сильную боль, теперь твоя боль стала нестерпимой. Напрасного наказания не бывает, а коль заслужила, то и нести его надо достойно. Ты просишь облегчения прежде всего себе, думая, что со смертью сына обретёшь покой и счастье. Но почему же просишь смерти сыну, а не себе?

— Самоубийство — грех, — ответила мать, — и суровое наказание получает тот, кто накладывает на себя руки.

— А убить собственного сына — не грех? — спросил Бог.

— Но я же не убиваю его! — вскричала мать. — Я прошу тебя…

Но Господь перебил её:

— Чтобы Я стал убийцей твоего сына. Ты не только хочешь для себя безмятежной жизни, но хочешь, чтобы грех вины лёг ещё и на чужие плечи.

— Прости меня, Господи! — заплакала бедная мать. Она поняла всю греховность своей просьбы. И страшно ей стало: как могла она обратиться к самому Богу с такой ужасной мольбой, как могла она подумать, что Создатель Великой Жизни может стать убийцей и убивать по безумной просьбе каждого, кому не нравится другой человек.

— Но не из ненависти, а из любви к сыну я попросила тебя, Господи, об избавлении его от его же мучений.

— Любовь знает помощь, но она не знает наказаний, — ответил Бог.

И вернулась мать к безумному сыну, чтобы великой материнской любовью своею облегчить ему мучения, переложить половину их на свои хрупкие, но сильные от любви плечи.

Нельзя обращаться к Богу с безумными просьбами, дабы не обернулось это тем, чего не желал.

ПРИТЧА О ПУТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ

Пришёл семилетний мальчик к Богу и сказал:

— Я слышал, что через семь лет человек становится мудрым. Я прожил уже свои семь лет, но не стал умнее своего деда.

— В первые семь лет человек научается не только видеть, слышать и говорить, но и познавать мир. Ты достиг этого. Проживи ещё семь лет, и ты преодолеешь ещё одну ступень.

Через семь лет юнец снова оказался перед Богом.

— Я прожил второе семилетие своей жизни, но мало чего достиг.

— Ты прожил только детство, которое открыло перед тобой мир, отрочество, которое научило тебя мыслить и трудиться, но тебе необходимо прожить ещё семь лет, чтобы узнать ещё больше, — сказал Бог отроку.

Миновало ещё семь лет, и юноша опять обратился  к Богу.

— Я прожил третье семилетие своей жизни, но чувствую, что я ещё недостаточно умён.

— Первые три семилетия — это юность человека, ты прожил их, но не осознал ещё всей ценности жизни, и тебе говорят, что ты юн. Но после двадцати восьми лет тебе уже никто не скажет, что ты юн. Только тогда начнётся твоя зрелость, и ты войдёшь в полное сознание, станешь на путь наивысшего развития всех твоих сил, деятельности своей и труда. Иди вперёд, тебя ждут новые открытия твоей жизни. Цени прошлый опыт и набирай новый. Настанет час, когда ты овладеешь великой мудростью.

Прошло ещё несколько семилетий, и перед Богом предстал Мудрец.

— Я поднимался по лестнице вверх к непостижимым высотам Знаний и Мудрости, преодолевая ступень за ступенью каждое семилетие моей жизни, но так и не познал всех Знаний  и не изведал всей Мудрости. Мне хотелось познать всё, но для этого, видимо, одной жизни мало.

И ответил Бог Мудрецу:

— Когда Я создал Землю, ты пришёл на неё бездуховной песчинкой и прожил долгую жизнь камня, набирая опыт твёрдого тела Земли. Когда ты преодолел эту первую свою ступень, душа твоя переселилась в растение и постигала опыт живых, но неразумных членов Великой Жизни. И новая ступень была тобою пройдена. И тогда душа твоя перешла в животное, и появилась в тебе способность ощущать мир при помощи глаз, ушей и сердца. И много ты узнал и постиг. И настало время стать на новую ступень, и испытал ты счастье человеческой жизни. Но был ты сначала полудиким и учился только человеческому. Потом ты преодолел ступень разума и стал человеком творящим. Но стремление твоё к познанию было таково, что подняло оно тебя на новую ступень — на высоту  Мудрости. Но не удовлетворила тебя и эта ступень. Твоя жажда  познания заслуживает уважения, и Я открою тебе дверь в Высшие Миры. Мало кто достигает этих Высот, но ты достиг Моего Высшего Благословения. Иди, тебя ждут Великие открытия и познание Вселенной.

И человек ступил на самую высокую ступень человеческого Мира, чтобы подняться к Богу.

Каждый проходит путь, вымощенный Богом. Но одни его проходят быстро, потому что устремление к Высокому даёт им крылья, другие превращают его в бесконечность, потому что страсти тянут их к низменному, словно тяжкий груз.

ПРИТЧА ОБ ОДЕЖДЕ И МУДРОСТИ

Пришёл один мудрец к Богу, чтобы попросить у Него божественной Мудрости. Вышел к нему Всевышний, сел напротив него. И изумился мудрец, глядя на Бога, одеянию Его. Было на Нём только одно длинное белое платье. И не из парчи или шёлка, и без изысканных украшений. Не по себе стало мудрецу в золотой парче и серебристых шелках. Затмевал свет белой рубахи Всевышнего сияние золота и серебра одежд мудреца. И увидел мудрец босые ноги Творца, и услышал слова Его:

— Надо ходить по Миру, не касаясь его, чтобы не причинить ничему вреда.

И увидел мудрец руки Всевышнего. Ни один камень не украшал эти натруженные руки. И снова услышал мудрец слова Бога:

— Руки созданы для того, чтобы ими творить, а не для того, чтобы их украшать.

И увидел мудрец сияющее чело Создателя.

— Ничто не должно затмевать мысли и ничто не должно давить на голову. Она должна быть светла и свободна. Мудрость, если это действительно мудрость, сама воссияет на челе.

Встал Бог. Опустился мудрец в поклоне, а когда поднялся, Всевышнего уже рядом не было. Стыдно мудрецу стало за его изысканный, пышный и дорогой наряд, нелепо он смотрелся перед простым одеянием Создателя. И подумал мудрец, что выряжен он как петух — ярок, да толку мало: петух зарю пробуждает, солнце в небо поднимает, а он не смог пробудить у слушателей своих ни понимания, ни осмысления слов своих. Да и слова его, видимо, так же замысловаты, как и его одежда, если мало кто понимает их. И услышал он слова Бога в сердце своём:

— Мудрость должна быть проста, как одежда, а одежда незамысловата, как мудрость. И будет такой мудрец не только понятен, но и близок тем, кто нуждается в мудрости. Тем же, кто нуждается в изысках, мудрость не нужна.

И снял мудрец с себя богатую одежду, и в одном белом платье спустился он к людям; и встретили его люди как своего, и приняли как близкого, и слушали, понимая, и верили, не сомневаясь уже. И понял мудрец, в чём великая Мудрость Бога, которого понимают, которому верят, за которым идут, с которым творят и живут. И никогда более до самых последних дней своих не осквернял он мудрость свою изыском одежд. И нередко говорил он вопрошающим его любителям приукрасить себя:

— Одежда дана как необходимость, чтобы прикрыть наготу и обогреть в холод, других назначений у неё нет.

Издавна известно: чем изысканней одежда, тем глупее её хозяин.

ПРИТЧА О ЛИКЕ СМЕРТИ

Шёл человек домой своей обычной дорогой вдоль скал, и вдруг отломился от скалы камень и, падая вниз, так близко пролетел возле него, что оцарапал. Но не это испугало человека: в это страшное мгновение он даже не ощутил боли, он увидел смерть, да так близко, как никогда. Были времена, когда человек говорил о смерти, думал о ней, но видеть её ещё не приходилось. И испугался он так, что ноги его стали каменными, тело охватила дрожь, а ум на мгновение помутнел. И обратился тогда человек к Богу:

—  Господи, отведи от меня смерть. Страшен лик её и ужасно дыхание. Я ещё достаточно молод и силён, чтобы сделать в жизни что-то полезное, чтобы творить во благо Твоё.

И ответил Творец человеку:

— Некогда вот на этом самом месте ты попросил меня послать смерть близким твоим, которые опостылели тебе: детям — за их безумство, родителям — за их беспомощность, врагам — за твои муки, причиненные ими. Ты посчитал, что если все мучители твои уйдут, то ты освободишься от груза забот и направишь все свои силы на творчество, и если враги твои не будут донимать тебя, то сотворишь ты нечто, чего Мир ещё не знал. Но потому и даны тебе мучения, что некогда причинил ты их, и сейчас наступило время расплаты. Тебе надлежит сначала искупить, а потом уже творить. И не выполнив одного, не сделаешь другого. А смерть Я тебе показал для того, чтобы ты почувствовал, как страшна она тому, кто не готов к ней. Ты желал её тем, кто так же, как и ты, хочет жить.  И не тебе решать, кто грешный, а кто праведный, кто полезен для жизни, а кто бесполезен, кому жить, а кому умирать. Не желай другим того, чего себе не желаешь, ибо придётся испить чашу, наполненную своими мыслями и желаниями, и почувствовать яд на дне её, сотворённый тобою же. И не получит тот благословения Моего на творчество ради Великого, кто хоть в мыслях покушался на чужую жизнь.

Встал человек и побрёл домой. Страшна была смерть, которую он увидел, но более страшно потерять не жизнь, а Божественное благословение на творчество. Когда жизнь есть, а живёшь в ней как червь — много ли в этом пользы?

Идя к Великому, убирай с дороги камни, но не людей, ибо убрать камень — значит сдвинуть его, а убрать человека — лишить его жизни.

ПРИТЧА О ЖИВУЩЕМ ДЛЯ СЕБЯ

Вырастил человек детей своих и сказал им:

— Я дал вам жизнь и отдал лучшие свои годы, теперь я вам ничем не обязан — живите сами.

Ушли дети из родного дома, но не всё ладилось у них в жизни: одному нужен был мудрый родительский совет, другому посильная родительская помощь, но не отзывался человек на просьбы детей.

— Мне никто не помогал, я сам справился со всеми трудностями, справляйтесь и вы сами, — отвечал родитель, желающий теперь себе покоя и счастья.

Стал он устраивать свою жизнь, совсем забыв о тех, кто ещё в нём нуждался. У дочери родился ребёнок, и чужие люди давали ей мудрые советы и оказывали помощь в трудные минуты. Заболел сын, и чужие люди пришли на помощь.  Днём и ночью они выхаживали его, не жалея себя, только родителю не было до этого дела.

Окрепли в жизни дети, подросли внуки, много они познали, немало дорог прошли, но ни одна из них не привела к родному порогу, да и не испытывали в родном доме нужду в детях и внуках.

И вот настал тот миг, когда в одночасье отнялись у человека ноги. Тело двигалось, руки повиновались, а ноги висели как плети.

И крикнул человек в небеса:

— Господи, почему ослабли мои ноги?

И ответил Бог с высот своих:

— Ноги у человека что у птицы крылья. Чем больше птица летает, тем она сильнее.

— Но я немало ходил в своей жизни! — бросал человек слова отчаяния.

— Мало ходить ради того, чтобы передвигаться, надо ходить ради того, чтобы летать. А лететь надо туда, где в тебе нуждаются. У тебя не было надобности бежать к нуждающимся в твоей помощи, у тебя была одна надобность — жить ради себя. А зачем тебе ноги? Ради себя лететь никуда не надо — всё при себе имеется, а потому зачем тратить лишнюю энергию жизни, если она нужнее другим. У тебя есть всё, что ты хотел, ничего тебе уже не надо, значит, и ноги тебе не нужны.

Заплакал человек, но — плачь не плачь — всё равно горю не поможешь. Хотелось себе покоя да счастья, покой и приобрёл — совсем без движения остался, а счастья от этого не получил.

К личному счастью стремятся только глупцы, которые не знают, в какие силки беды они попадут. И не выпутаться из этих сетей, не освободиться, а биться в них до последних дней своей жизни. Не грозит такая жизнь только тем, кто как птица устремляется на помощь другим. Счастье — отдавать себя, а не беречь, ибо только проточная вода чистой бывает, стоячая же — загнивает.

Не наделил Бог человека крыльями, но наделил разумом, который и ноги в крылья превратить может.

Человек хочет личного счастья, но даже не знает, что это такое, а потому нередко стремится к противоположному берегу.

ПРИТЧА О ЛЮБВЕОБИЛЬНОСТИ

Однажды сказал Мудрец одному человеку:

— Чем больше ты будешь любить, тем моложе и сильнее ты будешь становиться.

Но по-своему понял человек слова Мудреца. И начал он любить всех женщин, каких встречал. Сначала любовь его к одной женщине длилась год. Но понял человек, что это слишком долго и пользы ему не принесёт, потому что любить нужно как можно больше. С этой минуты любовь его к одной женщине длилась до тех пор, пока он не встречал другую. И длительность его любви с каждым разом уменьшалась: месяц, декада, неделя, и уже всего лишь один день длилась его любовь. Но вскоре любовь стала приходить ещё чаще, и человек уже просто разрывался между двумя женщинами, потом тремя, четырьмя… и так до бесконечности.

Измождённый, уставший, постаревший, ослабший и изменившийся до неузнаваемости, многолюб дополз до Мудреца и еле произнёс:

— Ты обещал мне молодость и силу за безграничную любовь мою.

— Больше любить, — ответил Мудрец, — исчисляется не количеством, а качеством. Любовь к женщине должна быть ограничена одной, но увеличена множественностью проявлений этой любви: разнообразием цветов чувств, силой нежности, величием преданности. Ты же возомнил себя способным на всеобъемлющую любовь и бросался в объятия всех, кто открывал их перед тобой, тогда как должен был одарять всех и вся любовью другой…

Но не услышал Мудреца тот, кто шёл уже по лестнице ада, сложенной из ступеней греха.

Любовь всеобъемлющая, подобная Божественной, придаст силы, любовь, охватывающая только людей противоположного пола, отнимет их.

Беда настигает тех, кто толкует мудрость по своему разумению, делая её служанкой своих нездоровых страстей и желаний.

Мудрость — это ведущая суть явлений жизни, а не служанка у прихоти глупцов.

ПРИТЧА ОБ УЧЕНИКЕ, НЕ УЗНАВШЕМ УЧИТЕЛЯ

Один человек очень хотел найти Учителя, который научил бы его Великой Мудрости. Долго он искал его, но счастливого случая так и не подвернулось. Прибился он к одному умному страннику, ходил с ним, учился у него и надеялся, что настанет тот миг, когда он встретит Высочайшего Учителя.

Тысячи вопросов у него возникали, и на все давались ответы нищим странником. Многие тайны открывались. Много мудрых решений рождалось от общения с ничем не приметным попутчиком жизни. Но однажды один местный мудрец спросил человека:

— Ты стал учеником этого нищего?

И вдруг человек испугался, что над ним будут смеяться, и он уверенно ответил:

— Нет, я не ученик, а мой попутчик не учитель.

Мудрец одобрительно кивнул головой, и человек успокоился. Он понял, что теперь ни смеяться над ним, ни осуждать его не будут, что можно продолжать так же жить: получать знания у странника и искать своего Высокого Наставника.

Когда человек вернулся к тому месту, где оставил нищего странника, то нашёл только котомку да старый посох. Он бросился искать попутчика, но его нигде не было.

— Что ты ищешь, — спросил человека какой-то старик, — не своего ли Учителя?

— Нет, Учителя я ещё не нашёл, — ответил человек.

— Ты его только что потерял, — вздохнул старец.

— У меня не было ещё Учителя, я только искал его, но был у меня просто попутчик, нищий странник.

— Это и был твой Учитель.

— Нет! — возмутился человек. — Учитель не может быть нищим и скитаться ради куска хлеба. Учитель как Бог, его сразу можно узнать.

— Учителя можно определить не по внешнему виду, а по глубине его знаний. Тот, кто ищет внешность, потеряет суть. Ты уже допустил эту ошибку, и теперь тебе придётся самому добывать знания, много песка ты перемоешь, прежде чем найдёшь крупицу золота. С Учителем добывать золото знаний легче. Но Учитель приходит к человеку один раз, и один раз человек предаёт его. Так было и будет всегда, ибо самость человеческая затмевает ему не только глаза, но и разум.

И понял человек, насколько он ещё глуп и как много ему ещё надо преодолеть в себе, чтобы хоть немного поумнеть.

ПРИТЧА О ТОРГОВЦЕ

Жил один торговец честно, да видит, проку от этого мало: денег не прибавляется, богатство не растёт. Подумал он немного, поразмыслил и понял: можно людей понемногу обманывать, если делать это незаметно.

От решения до дела — дорога не длинная. Попробовал торговец обмануть одного — получилось, и обмана покупатель не заметил. Попробовал обмануть другого, и тот не обратил внимание на мошенничество. И вошло это в привычку.

Сначала обманывал торговец по мелочам, потом на крупное перешёл. И так наловчился, что никто афер его не улавливал. И стало расти богатство ловкача не по дням, а по часам. Но чтобы никто не приметил и этого, прятал торговец своё богатство в песке, за домом.

И всё бы хорошо, но случился ливень, да такой сильный, что размыло песчаную почву, горшки да сундуки вымыло и унесло бурным потоком в реку.

Когда ливень закончился и вода спала, увидел торговец только яму, в которой уже ничего не было. Глянул он на ясное небо, и показался ему там Бог. И понял торговец: обмануть незаметно можно человека, а Бог всё заметит.

Кто обманом живёт, тот сам себя обманывает.

ПРИТЧА О ДОЛГОЙ И КОРОТКОЙ ЖИЗНИ

Прослышали как-то два брата, что живёт на земле один волшебник, который любое желание человека выполнит. Засобирался старший брат в дорогу.

— Возьми меня, — просился младший.

Завистлив был старший, боялся он, что желание брата совпадёт с его и будет у них одинаковое счастье. И потому не хотелось ему брать с собой младшего, но настойчив был тот:

— Возьми да возьми, — не унимался.

И предложил тогда старший младшему:

— Возьму тебя с собой, но при одном условии, если твоё желание не совпадёт с моим.

Согласился младший. На том и порешили. Пришли они к волшебнику.

— Я готов исполнить по одному вашему желанию. Называйте, и тотчас оно сбудется, — сказал старец.

Старший брат, боясь, чтобы его не опередили, крикнул:

— Хочу жить вечно!

— Будет так, как ты хочешь, — спокойно ответил волшебник.

— А я хочу счастья для всех людей, — спокойно произнёс младший брат.

— Это непростое желание, к нему есть условие, и, если ты согласишься на него, тогда всё будет так, как ты хочешь, — пояснил старец.

— Я готов, — прозвучал ответ младшего. И тут же его не стало.

Старший брат, радуясь своему удачному выбору, отправился домой. И стал он жить вечно.

Долго он жил, и ещё дольше ему оставалось жить. И устал он уже от жизни, а покинуть её не мог, потому что сила волшебства соединилась с силой желания его и удвоилась. И жить старшему брату предстояло не одну вечность, а две. Но не так бы, может, тяжело было переносить ему муку жизни, если бы не знал он, что живёт его брат в памяти людей. Люди рождаются и из поколения в поколение передают имя того, кто даровал им счастье. И получалось, что живёт младший брат в каждом человеческом сердце и будет жить столько, сколько будет длиться жизнь. И жизней у него оказалось больше, потому что жил он в каждом человеке, а людей — огромное множество, да к тому же одни умирали, другие нарождались, и все его помнили. А старший брат хоть и долго среди людей жил, но никто его не знал, а потому и не помнил. И стало ясно ему, что умер он в тот же день, когда пожелал себе вечной жизни, тогда как младший брат обрёл вечную жизнь в момент смерти.

Вот и выходит: желая долгой жизни, можно укоротить её.

ПРИТЧА О ПОТЕРЯННОМ СЧАСТЬЕ

Пришло к человеку счастье. И нет бы тихо порадоваться ему, да невтерпёж было — хотелось поведать всем. И побежал человек по миру о счастье своём рассказывать. Когда же обежал всех, успокоился — оглянулся, чтобы счастье-то своё увидеть, а его нет. Осталось оно где-то позади. Кинулся человек назад, чтобы найти его, да счастья нигде не было — потерялось. Сел человек и заплакал. И сказал ему один мудрец:

— Нельзя бежать впереди своего счастья, обязательно обгонишь его. Надо идти с ним рядом, его шагами, и тогда не отстанет оно от тебя и не потеряется. О горе кричат, а счастью тихо радуются, потому что много в мире завистливых людей: на горе не позарятся — кому нужно чужое горе, когда своего хватает, — а на счастье глаз положат, руку к нему приложат — и нет его. Плакать можно и громко, чтобы услышали и помогли, а радоваться надо тихо, чтобы счастье не увели. В этом и есть суть житейской мудрости.

ПРИТЧА О ПРОРОЧЕСТВЕ И ЛЮДЯХ

Шли люди к счастью. Встретился им на пути провидец.

— Что ждёт нас впереди? — спросили они старца.

— Потоп, — не задумываясь ответил он.

— Дай нам мудрый совет, — попросили люди провидца.

— Оставьте заботы о теле и подумайте о душе.

— Ты скажи нам, как спастись.

— Оставьте всё лишнее и устремитесь к спасению налегке, — сказал старик и ушёл.

Стали люди думать, что у них есть лишнего. «Дом не может быть лишним — без жилья счастья не бывает. Домашняя утварь тоже не может быть лишней — без неё не поспишь, не поешь. Одежда вообще необходима человеку, потому что без неё невозможно обойтись. Запасы продуктов тоже нужны, ибо без них наступит голод. И всё остальное тоже нужно, потому что без него не обходились ни дня», — так люди подумали и всё оставили при себе.

Пришёл роковой час, полил дождь, начала прибывать вода, стала она затоплять дома и имущество людей. Надо бы спасаться, да что-то останавливало их, удерживало возле своего богатства. Жаль было расставаться с тем, что нажито кровью и потом. И те, кто привязал себя к своему скарбу, пошли ко дну, те же, кто о душе праведной пёкся, пошли по воде, яко по суше, ибо поняли они слова пророка и приняли их.

Пророки посылаются на Землю Богом, чтобы предупредить людей о роковом часе. Тот, кто не послушал пророка, ослушался Бога, за что и был наказан. А Бог одного желает людям: «Заботьтесь не о теле — о душе своей, ибо в душе Я обитаю, а Мне, яко Богу, не надо ничего, кроме Любви. Но по глупости своей направляете вы её не ко Мне, а на тело своё, которое требует от вас идолопоклонства ему, дабы мнить себя богом. И очищаю Я тело ваше водою, чтобы снова оно первозданным становилось, чтобы не было клеткой для души, чтобы не омрачало её суть Божественную».

ПРИТЧА ОБ ОБЕЗУМЕВШЕЙ ЖЕНЩИНЕ

Одна женщина  очень пеклась о своём счастье, да беда была в том, что она совершенно не понимала сути его.

Посватались как-то к ней женихи, но выбрала она не того, кто сердцу её был более мил, а того, с кем, по её мнению, жить она будет лучше.

Пожила-пожила она с избранным, но счастья так и не познала. Тогда вспомнила, что был ещё тот, кого некогда любила. Задумала найти его, чтобы осчастливить своей любовью и себе счастья получить.

Нашла она отвергнутого ею пребывающим в тихом счастье и решила, что тихое счастье сродни безветрию: душным становится, свежесть и страсть теряет. И налетела она ураганом, чтобы вырвать из рук чужих счастье.

Не хотела отупевшая от страсти женщина знать, что давно погас костёр любви к ней в том сердце, которого теперь она жаждала; не хотела понимать, что не волнует больше чувств в человеке, который в былые времена испытывал к ней страстную любовь и был отвергнут; не хотела слышать, что давно возгорелся свет любви в сердце желаемого ею к другой женщине, а потому не было у него нужды возврата к прежнему, да и тихая жизнь для познавшего истинное счастье была теперь лучше бурной, наполненной безумными страстями.

Только безрассудство не давало покоя женщине. Долго донимала она того, кто по чуткости своей не хотел причинить боль обезумевшему сердцу, кто пытался объяснить счастье своё простым человеческим языком. Но не доходит человеческая речь до зверя, который жаждет утолить голод.

Долго терпел мужчина, но, когда понял, что его счастье может разрушиться, сказал он слова, которые грянули громом. И помрачился от них разум женщины. И забыла она в одночасье всё: чего желала, чем жила и даже кто она. Лишилась она ума по своей же глупости и стала жить, не понимая жизни, сама в себе со своим сумасшествием, с разделёнными душой и рассудком. И не Бог наказал несчастную, сама себя она наказала, ибо, отнимая счастье у другого и выбирая при этом оружием разум, лишаешься оружия раньше, чем счастья добьёшься, а без разума счастья не уразумеешь.

Прежде чем совершить безрассудный поступок, подумайте: не обернётся ли он  для вас потерей рассудка. Прежде чем сделать безумное действие, поразмыслите: не лишитесь ли вы ума в наказание за это. Прежде чем глупость в сердце впустить, задумайтесь: не станет ли глупость сутью вашей.

А тогда будут ли смысл и польза в жизни?..

ПРИТЧА ОБ ИНОСКАЗАТЕЛЬНОСТИ

Обратились однажды люди к Богу:

— Господи, почему говоришь ты с нами, как с малыми детьми? Неужели мы не заслуживаем иной речи?

И ответил им Бог:

— Сказал Я вам как зрелым людям: «Не убий», но вы даже не услышали слова Моего и как убивали ближних своих, так и убиваете. Тогда рассказал Я вам притчу и поведал в ней, что грозит убийцам за содеянный грех. Также говорил Я вам: «Не укради» и «Не обмани», но не вняли вы и этому слову, и снова пришлось Мне растолковывать вам о наказаниях, которые ожидают вас. Мой призыв — что глас вопиющего в пустыне — не слышен вами. И продолжаете вы жить, как жили, не боясь греха, только в судный день спросите вы Меня: «За что, Господи, такое наказание?», и отвечу Я вам: «За непослушание ваше, дети мои».

Люди яко дети малые: сложное не понимают, простое не приемлют и все норовят на свой лад переиначить. Да мир устроен так, что человек в нём — песчинка, а ни одна песчинка ещё гору не своротила. Только ветром её носит по миру, как странника, и видит она много, да многого в толк не берёт, зато мнит о себе как о великом творении. За то и бывает наказана, оставаясь вечно ничтожной да слабой. Вырастет из песчинки гора, если впитает она благодатные силы, но к тому стремление надо и осознание зрелое.

ПРИТЧА О ЖЕНЩИНЕ, ПОПРАВШЕЙ ЗАКОНЫ БОГА

Решила одна женщина пожить для собственного блага и сказала она родным и близким:

— Хочу я пожить для себя, и не обременяйте меня своими заботами.

И оставили её все наедине с её желанием. И зажила женщина сама для себя, устремлённая к личному счастью. И ничто её больше не беспокоило, ничто больше не тревожило. Ни к кому она не шла, никому уже ничего не давала, никому больше не помогала ни делом, ни добрым советом.

И приключилась у женщины болезнь. Пригласила она целителя. Осмотрел он её и сказал:

— Не в моих силах и не в моей воле тебя излечить. Без Бога в душе ты живёшь, Божьи законы попираешь. Уверуй — Бог милосерден, возможно, Он и смилуется, а я тебе ничем помочь не могу.

И сказала женщина:

— Я никогда не видела Бога, как же я могу уверовать в то, чего нет. В сказках да притчах Бог существует, а как в сказку поверить — она же обман.

— Если Бог — сказка, — ответил целитель, — тогда и чудо твоего излечения тоже сказка. Живи как знаешь, а я тебя излечить не в силах. Это удел Бога, и Ему решать, кого карать, а кого миловать.

И осталась женщина одна со своим страшным недугом: ни родных, ни близких у неё не было, тех, которые могли помочь, ни веры в Бога, который мог избавить от болезни, а устремление к личному счастью сразу исчезло. Да и не до него было: надо было как-то помочь себе в этом ужасном положении.

Закон Бога — в созидании. Созидание есть творение для других. Не творишь блага для других — обрекаешь себя на уничтожение, ибо нет смысла в существовании того, кто живёт для разрушения.

ПРИТЧА О БОЛЬНОМ СЕРДЦЕ

Жил человек, который приносил другим боль. И не понимал он, что делает, но всегда считал, что поступает по справедливости.

В старости, когда он уже не мог никому принести горе и беду, он остался один, но с больным сердцем. И жизнь его стала такой мучительной, что не было сил жить.

Заболит у него сердце так, что кажется, будто смерть пришла: перехватит дыхание, ослабнут сердечные удары — ужасно и мучительно это состояние. Но потом отпустит, чтобы снова придавить. И так он жил бесконечно долго, пока не взмолился перед Богом:

— Жил я в молодости праведно, почему же так мучительна старость?

— Человек видит всё так, как желает видеть, но не всегда его видение совпадает с реальностью, ибо он считает, что творит благо. Да не всегда его благо — это благо для другого. А если таких ложных благ больше, чем истинных, то жизнь человека более греховна, чем праведна. Но чаще всего люди этого не понимают или не хотят понимать.    А потому, когда Судьба сурово спрашивает у них за грехи, они недоумевают: за что наказаны. Ничего просто так не бывает, каждый получает то, что заслуживает, — ответил Бог.

Не понял слов Бога человек, а потому не исправил того, что можно было исправить. И жил он так долго и бесконечно, пока не устал от жизни. И снова он призвал Бога и спросил Его:

— Господи, почему Ты не призываешь меня к себе? Жизнь меня больше не радует, и нет сил жить дальше.

— Я дал тебе долгую жизнь, чтобы ты имел возможность исправить все сотворённые тобой грехи, — сказал Бог.

— Но нет у меня грехов, ибо жил я праведно, — удивился человек.

Тогда Бог показал ему всё то, что он содеял. Увидел человек деяния свои и ещё больше изумился:

— Я искренне считал, что это благо! Что же я могу сделать теперь, когда нет уже в живых тех, кому я причинил зло? — спросил он.

— Даётся тебе последняя возможность снять с себя грех, соверши истинное благо и пойдёшь в обитель мою очищенным, — предложил Бог.

Долго думал человек, какое благо он может сотворить, чтобы оно злом не оказалось, и нашёл то добро, которое было истинным, и совершил его в последние минуты жизни.

Чтобы жизнь не была мучительной, умей примерять чужую боль к своему сердцу, и тогда не придётся испытывать её в нестерпимых муках в конце жизни.

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ, ГОВОРИВШЕМ ПРИТЧАМИ

Обратился один человек к Мудрецу:

— Научи меня мудрости.

И заговорил Мудрец притчами. Возмутился человек:

— Притчи рассчитаны на детей и на глупцов, а я не отношусь ни к тем ни к другим. Из детского возраста я уже вырос, а глупцом никогда не был. Ты мне дай такое, чтобы я сразу поумнел.

И заговорил Мудрец сложным слогом, из которого человек ничего не понял.

— Ты впадаешь в крайности, старик. Вместо того чтобы дать мне мудрость, ты делаешь из меня дурака.

И ответил тогда Мудрец:

— Птица может достичь неба, но никогда не достанет солнца, но человеку доступны и не такие вершины. Обезьяну можно научить лепить пирожки из песка, но она никогда не испечет настоящих. Человек может гораздо больше. Птица устремляется, но не достигает, обезьяна хочет, но не может, а человек может устремиться, но не хочет, потому что боится перенапрячься. Не ступив на подножие, не взойти на вершину. С малого начинается большое, с терпения — главное.

Сказал так Мудрец и исчез, а человек остался тем, кем был, потому что мудрецов больше в их округе не было.

ПРИТЧА О БЕСТОЛКОВОЙ КУРИЦЕ

Снесла курица яйцо. И таким оно показалось ей необыкновенным, совершенно не похожим на те, что были у других: и по-особому беленькое, и необычно кругленькое, и с гладким бочком. И не знала курица, как получше со своим яйцом поступить: то она вынесет его на солнышко, чтоб прогрелось, то в тенёк спрячет, чтоб не перегрелось, то всем показывает, чтобы все видели и завидовали, то от всех прячет, чтобы не сглазили.

Носилась курица с яйцом, носилась, пока не разбила. И вытек из него самый обыкновенный белок и самый обыкновенный желток, а больше в нём ничего не оказалось. И подумала тогда курица: «Чего ж это я с ним так носилась, от всех берегла, со всеми из-за него поссорилась, а оно на самом деле самое обыкновенное, и ничего в нём удивительного нет. Глупая я, глупая. И поделом мне».

Мимо проходил мудрый индюк. Посмотрел он на курицу и на разбитое яйцо и сказал: «Не в яйце чудо, а в цыплёнке. Но, чтобы появился цыплёнок, нужно не без ума носиться с ним, а с умом высиживать. Высидишь с умом, глядишь, и золотой петушок вылупится или золотая курочка. Золотой петушок зарю чувствует и песней своей вызывает, а золотая курочка золотые яйца несёт, а кто их имеет, тот мудрым становится».

Поняла что-либо из этого бестолковая курица или нет, сказать трудно, но только до сих пор нет на свете ни золотых петушков, ни золотых курочек.

У людей так же, как у кур: кто много кудахчет, у того ни золотых петушков, ни золотых курочек, ни золотых яиц не бывает.

ПРИТЧА О МИСКЕ МЁДА И МУДРОСТИ

Дали как-то Учителю и его ученикам миску мёда. Сели они вокруг миски и стали есть. Учитель брал мёд на краешек своей ложки и с благоговением ел дар пчёл. Ученики же так махали ложками, что рябило в глазах. Каждый старался набрать побольше и окунуть свою ложку в миску почаще, и при этом каждый объяснял, почему он так поступает.

Один говорил, что мёд придаёт ему силы. Другой объяснял, что мёд делает его здоровым. Третий объявил, что мёд добавляет ему ума. А четвёртый утверждал, что с каждой ложкой он становится мудрее.

Когда мёд закончился, Учитель не успел съесть и одной полной ложки. И тут спросил Учитель учеников своих:

— Кто из вас может сказать, сколько ложек мёда он съел?

— Я не считал, — сказал один.

— А я не заметил, — ответил другой.

А кто-то из учеников подметил:

— Мне кажется, что ты, Учитель, не съел и одной ложки.

— А кто ответит мне, почему так получилось? — снова спросил Учитель.

— Потому что тебе уже не требуется столько мёда, как нам: ты силён, умён и даже мудр.

— Наверное, я потому и силён, что умею правильно есть. Здоров, потому что не съедаю больше, чем позволяет мне моя совесть. Умён, потому что аппетит у меня проходит раньше, чем пустеет миска. — И прибавил: — Мудреют не оттого, что больше едят, а оттого, что больше понимают, сколько надо съесть, чтобы стать мудрым.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК МАТЬ СПАСЛА СЫНА

Был у одной женщины сын, строптивый, как необъезженный конь. И всё хотела мать воспитать его добрым, чутким, слышащим чужую боль и нужду. Но дикая природа брала в нём верх, и он норовил сам допрыгнуть до солнца.

— До солнца рукой не дотянуться, — говорила мать сыну. — Только душа может достать эту звезду, но она должна быть огромной. А расти твоей душе мешает неукротимый нрав. Осознай, что телом солнца не коснуться, тогда как душа может слиться с этой звездой.

Но не слушал сын. Он норовил допрыгнуть до светила, желая засиять. И стал строптивец искать высокую гору, вершина которой ближе всего к солнцу. Одну нашёл, влез на неё, попытался прыгнуть вверх, но упал туда, откуда прыгал. Другую нашёл, но и здесь, кроме ушибов, ничего не получил. Третью отыскал, четвёртую…  десятую, но нигде не имел успеха. Только одна скала оказалась так высока, что казалось: подпрыгнешь и рукой до солнца достанешь, но с неё сын сорвался вниз. Пропасть казалась бездонной и смерть неминуемой.

И вдруг слышит мать голос:

— Летит твой сын в пропасть, в зев самой смерти. Отдай свою жизнь, и ты спасёшь его.

— Возьми! — крикнула мать и вдруг почувствовала, что стала лёгкой, как пушинка, и понесло её куда-то, только она одна знала, что дорога эта ведёт к сыну.

И увидела она тело сына почти у самой земли, протянула ему свои руки-крылья, подхватила его и опустила тихо на землю. Склонилась мать над полуживым телом, приоткрыл глаза сын, и сказала она:

— Ты будешь жить, я знаю это. — И растворилась.

Долго лежал сын на дне пропасти, птицы носили ему еду, единственный куст на этой мёртвой земле поил его утренней росой. Солнце днём согревало, а если припекало, то набегали облака и уменьшали жар разгорячённого светила. Ночь приносила сон, а сон, как известно, даёт здоровье. Когда сын поправился, он устремился туда, где должна была быть его матушка. Но не было её там, где он ожидал её увидеть. И тогда он спросил: не знает ли кто-нибудь, где его мать. И ответили люди, что ничего не знают о его матери, но слышали, что на самой высокой горе живёт женщина, которая молится за своего сына и лечит всех, кто приходит к ней за помощью.

Поднялся сын на гору и увидел там свою мать. Вереница людей с неизлечимыми недугами тянулась к ней, и каждому она пыталась помочь. И спускались люди с горы обновлёнными и одухотворёнными. Припал и сын к ногам матери, прося у неё прощения. И сказала она:

— Бог взял одну мою жизнь, а взамен дал другую, и сейчас я могу быть полезной не только своему сыну, но и всем страждущим. Не ищи блага для тела, ищи для души, — прибавила она. — Не взлетай к солнцу телом, поднимайся к нему душой. Не ищи вершину на земле, ищи её в разуме своём, покоряй её духом своим, и тогда ты достигнешь солнца солнц.

И только теперь внял сын словам матери, ибо видел смерть воочию. И пошёл он к вершине Духа и Разума. Труден был путь, но был он далёк от смерти и близок к бессмертию.

Вот так мать спасла своего сына. Да будут все матери такими, и тогда не погибнет мир, ибо Мать-Природа наделила своей великой силой всех матерей, и если они применят эту силу, то мир преобразится.

ПРИТЧА О СМЕРТИ И ЦЕЛИТЕЛЯХ

К одному человеку пришла смерть. И он не смог сопротивляться ей, потому что она сильнее людей. Сложил он руки и почти испустил дух, но увидел это один целитель, и жаль ему стало человека, который мог ещё жить и приносить много пользы. И тогда решил он помочь умирающему. Но Смерть не хотела упускать добычу и положила она свою чёрную руку на сердце несчастного.

— Ты хочешь совершить добро, — сказала Смерть целителю, — но я сейчас остановлю сердце этого смертного, и ничто уже не спасёт его.

И тогда целитель спросил у Жизни, что нужно сделать, чтобы спасти человека. И Жизнь ответила:

— Нужно дать умирающему сердце. Но если ты отдашь своё, то умрёшь сам, и в мире ничего не изменится: Смерть всё равно получит своё — будь то твоё или чужое сердце.

— Что же делать? — спросил целитель.

— Собрать одно сердце из частей разных сердец, — ответила Жизнь.

Целитель не стал долго думать, кликнул всех своих коллег и сказал им:

— Чтобы вытянуть этого человека из лап Смерти, нужно из разных сердец собрать по частице, сложить их в одно целое, а полученное сердце вложить в умирающего.

Все собравшиеся лекари проявили готовность отдать частицу своего сердца, но Смерть, видя, что её хотят перехитрить, молвила:

— От сердца нельзя отнять даже самой малой частицы. Можно жить без руки или ноги, без одной почки или лёгкого, но даже без крохотной части сердца жить нельзя. Если вы отнимете от своего сердца хоть малую частицу, то оно остановится.

Некоторые лекари испугались за себя и свою жизнь — зачем умирать из-за незнакомого человека? — и отошли в сторону, а другие, несмотря ни на что, отняли от своего сердца по частице, сложили эти части в одно сердце и отдали его умирающему. И забилось оно в груди несчастного. А сердца благодетелей не только не остановились, но стали ещё больше и застучали сильно и уверенно.

Возмутилась Смерть такой дерзостью и отняла у человека сознание, и впал больной в забытьё, что тоже несло гибель. И снова бросил клич целитель, призывая лекарей теперь поделиться разумом. Но и тут Смерть не преминула сказать, что даже частичная потеря сознания может привести людей к ней, в её зловещее логово. Это снова смутило умы некоторых лекарей, и они покинули умирающего, но остались те, кто хотел торжества Жизни над Смертью, и они отдали частицу своего сознания несчастному. И воспрял человек, прояснилось его сознание, потому что восторжествовал разум, который сильнее смерти. И увидела Смерть, что она бессильна перед теми, кто взамен на дар целителя дал клятву небесам отдавать всего себя великому делу жизни. И отступила она, поняв, что бессильна перед теми, кто ради жизни готов пожертвовать и своим сердцем, и своим разумом. И ушла она к тем, кто слаб душой, и только из рук слабых душой и сердцем лекарей забирала людей. А человек не просто выжил, но и стал символом сердечности и разума.

Чтобы торжествовала Жизнь, надо победить Смерть. Чтобы победить Смерть, надо отдать сердце и разум.

ПРИТЧА О ЧУЖОМ И СВОЁМ ГОРЕ

Случилось у одного человека горе, но не случилось его у других. И жили те, другие люди по-разному: одни близко к сердцу чужое горе принимали и старались помочь несчастному, другие считали, если не дала им Судьба горя, значит, и чужой беды в их жизни не должно быть, а потому и существовали так, как будто не было рядом ничего.

Добрые сердцем люди, что разделяли чужое горе, не только облегчили участь несчастного, но и оградили себя от беды, которая должна была постичь их в будущем. Судьба избавила их от испытания, ибо они уже пережили боль в своём сердце.

Те же, кто отгородился от чужой беды, встретили на своём пути не только горе-горькое, но и чёрствых людей, которые отвернулись от страдальцев, и тогда боль оказалась сильнее и переносить её не было мочи.

Желая себе покоя, беспокойство получишь; беспокоясь о чужом, свой покой обретёшь.

ПРИТЧА О СМЕРТИ

Заболел у одной женщины сын, позвала она лекаря. Всё, что мог, он сделал, себя отдал, но не избавил мученика от смертного недуга.

И обратилась несчастная мать к Богу, которого никогда не беспокоила своими просьбами и мольбами:

— Господи, нет никого сильнее Тебя, — плача, произнесла она, — все бессильны перед страшным недугом, сковавшим моего сына, только Ты можешь его спасти. Не смею просить Тебя, ибо творишь Ты великое для великого, и не подобает нам, простым смертным, обращаться с мелкими просьбами нашими к Тебе и отвлекать Тебя от трудов Твоих величественных. Но великое не творится без малого, а малое в деле Твоём — часть необходимая. Так не дай же этой частице исчезнуть без пользы, не дай уйти ей, не отдав себя великому, дай ей возможность стать малым сотворцом Твоим и совершить благое в деле Твоём, не позволь уйти бесследно, не оставив лучшего своего в Великом Творении.

Услышал Бог слова женщины, увидел частицу человеческую, что может принести пользу, и решил дать возможность малому вложить себя в Великое. Знал Бог, что толика этой частицы будет слишком мала, но видел он, как желание её велико, а потому понимал, что вклад её будет значительным.

И вдохнул тогда Господь жизнь в умирающего, а когда тот поднялся, то отдал себя великому служению на благо Мироздания Господнего.

Бог-Творец, создающий жизнь беспредельную и бесконечную, ведает, что каждая частица, сотворённая Им, должна дать миру свою мощь, и предоставляет Он возможность всем проявить себя в Деле  Великом. Того, кто отдаёт себя всецело творению, Бог награждает особой силой жизни, чтобы сотворил он блага как можно больше; того же, кто бережёт свою жизнь для себя, оставляет без своей награды, ибо нет пользы в таком существовании; того, кто не может, но жаждет принять участие в Великом Творении, наделяет творческой силой, чтобы он поведал другим, как творить во благо; того, кто не делает ничего во Благо и не испытывает даже желания, Господь оставляет без внимания своего и своего попечения, ибо нежелание быть сотворцом есть приговор самому себе.

Знала закон Бога мудрая женщина, потому и смогла спасти своё дитя от уничтожения и вернуть его в лоно Творца, где он принял участие в строительстве Великого Храма Мироздания.

Бог никого не отвергнет, было бы желание прийти к Нему и служить Ему, являясь помощником в Его Великом Деле.

ПРИТЧА О СПОРЕ ЖИЗНИ И СМЕРТИ

Тяжело заболел один человек, и явилась к нему Смерть, чтобы увести его из этого мира в мир иной. Подошла она к человеку и взяла его за руку. Но тут же опустилась Жизнь и стала у изголовья умирающего.

— Я пришла, чтобы забрать это человеческое существо, — сказала хладнокровно Смерть, — нет смысла ему обитать в этом мире, ибо не явил он ему то, что должен явить.

Но Жизнь спокойно ответила:

— Не время уходить ему, не успел он дать миру то, что должен, потому что молод ещё.

— Если человек тяжело болен, значит, погряз он в грехах и творит то, что нарушает гармонию Бытия, вместо того, чтобы одарить мир тем, что дано ему от рождения, и наполнить Бытие сущего своим Божественным светом. Тех, кто нарушает Закон Великой Природы, Судьба не милует и передаёт в мои руки, — объяснила свою миссию Смерть.

— Да, зло сильно, — согласилась Жизнь, — и оно толкает людей на неблаговидные поступки, за что получают они наказание и несут кару. Но в каждой человеческой душе есть бутон Божественного цветка, который должен непременно распуститься и явить миру свет Божественного Разума. Свет этот призван преобразовать мир, сделать его лучше и краше. С этой целью человек и рождается, с этой великой миссией и приходит он на землю. Нет смысла в рождении, если не проявится Великая частица Бога в этом мире и не даст свою красоту всему сущему. Цветок этого человека ещё не распустился и не передал свою Божественную силу. Пока этого не произойдёт, не позволю я искре Божественного огня погаснуть, не озарив этот мир своим светом. Не дóлжно нарушать Закон Природы, ибо предписан он самим Творцом. Всякое рождение несёт свет миру, и, пока этот свет не проявится, никто и ничто не может погибнуть. Твоя цель — не дать распространиться грехам, влекущим разрушения, моя — вопреки всему дать проявиться Божественному свету. Многие люди не осознают то, что творят, но не длится такое бесконечно. Наступает миг, когда нисходит на них озарение и они понимают свою великую миссию. И тогда являют они миру то, что с лихвой перекрывает их неправильные деяния. И бывают они прощены, потому что создали больше, чем разрушили. Но нельзя уйти, не проявив свет Божий, ибо, пока не свершится написанное в законе, иному не быть.

И возложила Жизнь свои сияющие руки на умирающего, и заструился свет Жизни по всем его токам, и достиг он самой души. Встрепенулась душа, словно разбуженная птица, и вспыхнул в ней бутон Божественного Света (ему ещё предстояло раскрыться и подарить миру свет Создателя), и то, что отступила от бутона тьма, было великой победой.

Стало человеку лучше, и он поднялся со смертного одра. Увидев Жизнь, сияющую над ним, он понял, что надлежит ему явить миру Божественный свет. И пошёл он по земле дорогой созидания. Почка Божественного цветка, что была в душе его, лопнула и озарила мир таким светом, какого ещё не было, ибо каждый Божественный цветок несёт свой свет и свою красоту. Видя этот свет, люди понимали, что они такие же, как и этот человек, и что они также способны на подобное чудо, они осознали, что им тоже необходимо явить миру своё свечение, данное Богом каждой душе при рождении.

Сила Жизни такова, что никакая Смерть её не переспорит и не одолеет, ибо Жизнь призвана созидать, а сила созидания могущественнее силы разрушения.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ, ЖЕЛАВШЕМ ПОСТИЧЬ НЕПОСТИЖИМОЕ

Один человек хотел постичь непостижимое, но не знал, как это сделать. Обратился он к знающим людям. Один сказал: «Надо прочесть много книг»; другой посоветовал употреблять только лёгкую пищу; третий убеждал, что познать тайну можно только в сильном теле. Попробовал человек читать, но на это уходило много времени, а результата, как ему показалось, не было. Тогда он решил укрепить тело, потратил немало дней, стал сильным, но тайна так и не открылась ему. Ничего больше не оставалось, как предаться еде, и человек начал употреблять лёгкую пищу, которая должна была напитать его тело благими соками. Это оказалось легче всего, и человек только тем и занимался, что доставал лёгкую пищу и поглощал её. Делал он это с таким рвением, что вскоре развились в нём непомерная жадность и страх, что ему не хватит еды, а то количество, которое он имеет, не сможет в полной мере удовлетворить тело. Одержимый одним желанием перестал делиться с другими людьми и замкнулся на самом себе, живя только для одного: постичь непостижимое. Этот путь оказался самым лёгким, и человек шёл по нему к своей цели. И дошёл… только не туда, к чему ранее стремился. Он понял, что еда — это непостижимое, ибо её нельзя постичь до конца. Когда он это осознал, Бог увидел, что жизнь человека бесцельна, все блага, которые Он создал для развития человеческого разума, померкли для слепого взора, а потому нет смысла растить ещё одну свинью в образе человека. «Пусть лучше будет свиньёй — в этом больше пользы», — подумал Бог и избавил человека от человеческого тела, дав в новом рождении тело свиньи, которое более подходило к его внутренней сути.

Непостижимым может быть высокое, непостижимым может стать и низкое. Каковы стремления человека — высокие или низкие, — таковы и цели его, а следовательно, и суть его.

Притча о бесполезном рвении

Жил ученик рядом с Учителем, но считал, что Учитель даёт ему слишком мало — говорит одними притчами, — и решил он читать книги других учителей. В книге одного учителя был один путь к постижению духовности, в книге другого — другой, в книге третьего — третий, и таких путей оказалось огромное множество. Прыгал ученик как заяц из стороны в сторону, а в итоге выяснилось, что скакал петлями вокруг одного и того же, только дорога оказалась намного длиннее. Отложил ученик книги, подошёл к своему Учителю, и тот сказал ему: «Один путь короче множества. Одно стремление приводит к цели, множество — уводит от неё. Один учитель приведёт к истине, много учителей отведут от неё, ибо истина в одном, а не во множестве». Посмотрел ученик на себя — по годам он моложе своего Учителя, а телом стар. «Измотал ты своё тело в поисках сути, а к сути идут не телом, а разумом. Много дорог ты исходил, а главного так и не нашёл. Всё, что нам надо постичь, — внутри нас. Путь к себе — самый верный и короткий; познай себя, и ты познаешь весь Мир», — сказал Учитель. Но познавать было уже поздно. Припал ученик к ногам Учителя, но не истину познал он, а покой.

Странное существо человек, ибо всегда норовит сделать не так, как дóлжно, оттого и мытарства его, и жизнь порой бесполезна.

Притча об осознании

Стар стал человек, пора на покой уходить, и последнее, что он мог сделать, — это пересмотреть свою жизнь и выделить, что в ней плохое было, что хорошее. Взял он  белые и чёрные фасолины и решил каждый свой поступок отмечать определённым цветом. Стал он перебирать свои деяния и отмечать соответствующими зёрнами. В итоге оказалось, что чёрных бобов гораздо больше, чем белых. Усомнился он в правильности своей оценки — не так уж плохо, как ему казалось, он жил. Стал он снова пересматривать свою жизнь и, вспоминая каждый свой поступок, старался посмотреть на него более внимательно, и  увидел человек,  что заслуживает даже большего порицания, чем это было первоначально. Снова вернулся человек к своим деяниям и снова оценил их не так, как хотелось. Внутренний голос мешал ему оценить по-иному его дела и поступки. Когда перед человеком оказалась куча только из чёрных фасолин, он понял, что думал о себе гораздо лучше, чем он есть, что считал себя добрым, справедливым и праведным напрасно, на самом же деле был недостаточно добр, не всегда справедлив, а потому не мог относиться к праведникам. Он понял: то, что человек думает о себе сам, не есть истина, а потому он далеко не тот, кем себя мнит. И жаль стало человеку, что поздно он осознал это. Если бы раньше каждый поступок на весах совести взвешивал, не натворил бы столько зла, которое и злом-то по своему невежеству не считал. И написал человек книгу, как надо жить, чтобы в конце жизненного пути «не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». Только её мало кто читал, ибо человеку свойственно не только заблуждаться, но и жить в темноте собственных заблуждений.

ПРИТЧА О БЛИЗОРУКОСТИ

Один правитель так любил своих детей, что хотел сделать для них всё возможное и невозможное. Оказалось, что для этого нужно немало, но ничто не могло остановить властелина. Он решил во что бы то ни стало выполнить задуманное. Народ стал нищать, ибо на его плечи свалились все тяготы по обеспечению благоприятной жизни для детей правителя, а малочисленное семейство властелина начало богатеть, перевесив в своих нуждах многочисленный народ. Дети правителя жили сыто и вольготно, в довольстве и беззаботности, тогда как дети народа умирали от голода, холода и болезней. Но не замечал этого властелин, потому что был одержим одной идеей.

И явился однажды к сердобольному родителю Бог.

— На чужом горе счастья не построишь, — сказал он и исчез.

Не понял властелин этих слов, пока не случилась у него беда: заболели дети — перестали есть, играть и веселиться. Жизни их таяли на глазах, как пламя догоравшей свечи. Невыносимая боль вошла в сердце этого всесильного человека. Были потеряны цель и смысл жизни. И воззвал он тогда к Богу, желая спросить, чем так прогневал Его. И показал Бог правителю несчастья, которые сотворил безумный человек. И увидел сильный мира сего весь ужас созданной им жизни: кругом нищета, голод, страдания, а тысячи детей либо умирают от голода и болезней, либо становятся ворами и бандитами, чтобы выжить. И то и другое порождает страдание, горе и отчаяние. Но не тронул сердца правителя этот ужас, потому что своё горе показалось ему и больше и больнее.

— Зачем Ты показываешь мне всё это? — изумился властелин. — Какое мне дело до того, что и с кем происходит? Я Тебя попросил помочь мне в моей беде, — сказал он Богу.

— Я тебе показал то, что явилось причиной твоей беды; устрани её, и твои дети поправятся, — пояснил Бог.

— Ты не Бог, ибо не можешь сделать чуда, которое спасёт моих детей, — в отчаянии бросил слова обвинения самому Господу безрассудный властелин.

— Ты близорук, ибо дальше своего горя ничего более не видишь. Мои чудеса не для таких, как ты. С бóльшим желанием я сотворю чудо для тех, кто пострадал от алчности твоей.

И Бог дал голодным детям вдоволь хлеба, чем осчастливил их. Счастливые дети не становились ворами и разбойниками, ибо не было нужды в преступном и гнусном занятии. Мир сразу преобразился, но не порадовало это правителя, ибо лишился он почти всех своих богатств. А лишившись всего, стал как все, и дети его получили обычную участь обычных детей. Но такого краха ни властелин, ни его дети не перенесли, ибо не были готовы разделить судьбу простого народа — трудную и не всегда радостную.

Власть чаще всего лишает человека разума, а лишившись разума, человек приобретает не лучшую судьбу.

ПРИТЧА О НЕДАЛЬНОВИДНОМ ПРАВИТЕЛЕ

Один правитель никак не мог привести жизнь в своём государстве в равновесие: от голода начинали умирать то старики, то дети. Когда он пытался накормить стариков — гибли дети, когда всё отдавал детям — уходили из жизни старики. Старики помогли ему взойти на престол, поэтому он считал себя их должником, но это было прошлое и для правителя и для государства, а дети ещё не успели ничего совершить, но это было будущее страны и государя. Чтобы дать старикам, нужно было отнять у детей; чтобы дать детям, надо было обездолить стариков. Ни те ни другие не могли обеспечить себя самостоятельно.

Долго думал правитель и решил уравнять всех в своём государстве. Но тут возмутились его советники и министры, чьи доходы значительно урезались ради тех, кто, как они считали, не заслуживал такой высокой милости.

— Старики — это прошлое, которого уже нет, а дети — это будущее, которое ещё не наступило, мы же — настоящее, на котором держится государство, — сказали они правителю. — Если ты хочешь, чтобы настоящее, которое ты имеешь сейчас, было всегда, заботься больше о нём.

Правитель послушал советников и министров, ибо настоящее было таким, что и желать лучше не надо, и вскоре не стало ни стариков, ни детей. Пока он был молод, силён и здоров, было могущественно и государство, а когда он состарился и стал немощен, ослабла и страна. И уже не на кого было опереться: молодого и сильного поколения не выросло, а старое и мудрое давно ушло. Спросил он у своих советников и министров, как быть дальше, но те были слабы не только телом, но и умом, а потому не могли сказать ничего.

И тогда спросил правитель у Бога:

— В чём ошибка моя?

И ответил Бог:

— В близорукости. Настоящее всегда перед глазами, и не надо напрягаться, чтобы его увидеть, а прошлое и будущее — вне  пределов человеческого зрения. Опираясь на настоящее — прозябаешь, оглядываясь на прошлое — умнеешь, вглядываешься в будущее — творишь. Старики — это сила мудрости, дети — сила созидания, министры — пиявка на теле государства. Вскармливать их — значит обескровливать и себя и страну.

Бог исчез, а правитель остался на развалинах некогда могущественного государства. Советники же, проевшие всё, что награбили, съели и себя, борясь за жизнь, как пауки в банке.

«Государствам до тех пор не избавиться от бед, пока не будут в них править философы» (Платон).

ПРИТЧА О РОКОВОЙ ЖЕНЩИНЕ

Женщина — святое, а всё святое — Божественно, всё Божественное — это сам Бог, но есть Бог-созидатель и есть бог-разрушитель. Так и женщины: одни — созидательницы, другие — разрушительницы. Последних мало, но они существуют, и о такой женщине эта притча.

Жил на свете человек, служил он Богу верой своей и людям — своим даром целителя. Шли к нему люди, кто излечить тело, кто душу, и все получали избавление от телесных или душевных тягот. Но пришла однажды к целителю женщина и совратила его на дурной поступок. Помутился у целителя разум, забыл он о том, ради чего жил, какому Богу служил и даже чем обладал. Увлёкся он женщиной так, что отрёкся от всего, что имел. С этих самых пор стал он проводить время в праздности и беззаботности, ибо сказала женщина, что все его заботы возьмёт на себя.

Увидел Бог, как из святого человек превратился в безумного развратника. Божественного света, которым наделил Творец чадо своё, в тёмной душе уже не было; некогда здоровое тело разлагалось от болезней; великое человеческое творение, которое создал Бог, разрушалось на глазах. Увидел Бог и смятение в глазах людей, не понимающих, как Божий человек мог попрать самого Господа. Узрел, что закрадывается в их головы смятение: «Если святому так жить можно, то нам и подавно». И не мог допустить этого Создатель, ибо праздность порождает безделье, а безделье не сопутствует созиданию; если нет созидания, то наступает разрушение. И разрушил Бог малое, дабы сохранить от растленья большое.

Память человеческая так коротка, что люди вскоре забыли о целителе, который свою высокую миссию променял на вожделение. Одни человеческие существа так и остались сильны в вере своей и в духе созидания, в душах других что-то надломилось, слабые же ослабли ещё больше.

Лишил Бог и виновницу покоя за грехопадение её и за то, что толкала она на совершение греха других. Но не отнимал Он жизни у нечестивой, ибо такие женщины существуют для того, чтобы проверять на прочность Дух помазанников Божьих, потому что избранники Господа тоже люди и ничто человеческое им не чуждо. Так и до сих пор живут такие женщины. Лишены они Божественной благодати и прозваны роковыми.

Судьба может быть нелегка и сама по себе, но если творишь неблаговидное по неразумению своему или доброй воле, то ещё больше утяжеляешь её, лишаясь при этом Божьей искры. Она даётся всем, но превращается в космический огонь только у сильных Духом. В душах слабых она гаснет, а душа без Божественного огня исчезает. И тогда это судьба — быть тёмным и ненужным — того, кто её избрал.

ПРИТЧА О КАРАСЕ И ФОРЕЛИ

Встретил однажды карась форель и удивился её лучезарной красоте. Решил он жениться на серебристой рыбке, чтобы и самому таким же стать. Согласилась форель выйти замуж за карася, надеясь увести его в свои чистые воды и серебристые дали, где вода от солнца сияет и всех рыб лучезарными делает. Но предложил муж жене свои владения. Приплыли они в грязный омут, где ил да муть, где нет ни солнца, ни света, ни воздуха, ни свежести. И стала задыхаться форель. Чуть было не погибла, пока уговорила мужа подняться к чистым водам. Пошёл муж за женой в её хвалёные воды, но поток этих вод был таким сильным, что ленивый карась чуть было не погиб, выбившись из сил, преодолевая бурный поток, чуть было не задохнулся от чистого воздуха, который распирал жабры, и едва не ослеп от солнца, сверкавшего в прозрачных струях. И бросил карась свою избранницу на полпути, не достигнув вершины, к которой она стремилась. И остались они каждый в своей воде: карась — в своём омуте, где ему и дышалось лучше, и плавалось легче, а форель — в своём потоке, где ей леталось свободнее и сиялось ярче.

Так и люди живут, каждый в своей среде, только один — карась, а другой — форель.

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОМ СЧАСТЬЕ

Один человек считал, что счастье в золоте, и отдал всего себя этому дьявольскому творению. Он полагал, что нет ничего ценнее золота, и Судьба преподнесла ему суровый урок  — лишила единственного сына. И тогда понял человек, что всё золото мира не заменит ему живой души. И золото потеряло для него цену, а в каждом ребёнке он стал видеть своего. И взял человек в свой дом детей-сирот, которых надо было кормить, одевать и учить. Запасы золота стали быстро таять, но заметил человек, что не становится бедным: в доме всегда были и еда, и одежда, и — главное — золотой свет детских душ. И великое прозрение пришло к нему: счастье не в золоте, а в человеческой душе. С этого дня он почувствовал себя и богатым и счастливым.

ПРИТЧА О ГОРЕ И БОГАТОМ РОДСТВЕННИКЕ

У одного человека умер сын. Обратился он к богатому родственнику с просьбой: дать ему на похороны несколько монет. Но богатый родственник отказал в помощи, сказав, что у него нет денег. Через некоторое время богач женил сына — деньги на свадьбе текли рекой. Шли годы, а у сына богача всё не было детей, и обратился он тогда к Богу:

— Почему у моего сына нет детей?

И отвечала богачу Судьба:

— Однажды ты сказал, что у тебя нет денег на похороны. Так пусть же в роду твоём никто не рождается, чтобы никого не пришлось хоронить.

Так несколько монет решили судьбу целого рода.

ПРИТЧА О МАТЕРИАЛИСТЕ И ИДЕАЛИСТЕ

Беседовали как-то материалист и идеалист.

— Наука имеет огромную силу, — сказал материалист, — зная её законы, можно сделать всё.

— Выше науки стоит Бог, — ответил идеалист, — и только зная эти законы, можно сделать всё.

— Бога никто не видел и не чувствовал, а потому его нет и, следовательно, его законов — тоже, — утверждал первый.

— Электричества и тяготения тоже никто не видел и толком не знает их природу, но, тем не менее, вывели их законы, — отстаивал своё мнение второй. — Ответь, почему возникает болезнь? — неожиданно спросил поборник Божественных законов.

— Потому что в организм попадает инфекция и поражает какой-либо орган.

— Почему она поражает одного и обходит стороной второго? — не унимался идеалист.

— Потому что один был больше к ней расположен, чем второй, то есть организм первого уже был слаб, а у второго — ещё достаточно силён, чтобы с ней бороться.

— Почему один человек слабее другого?

— Потому что он таким родился.

— Почему он таким родился?

— Потому что у него могли быть не совсем здоровыми родители.

— Почему у одного родители здоровы, а у другого нет?

— Потому что… — сказал материалист и замолчал, понимая, что этих «почему» будет бесконечно много, но истинной причины так и не увидишь. — А какие объяснения есть у тебя?

— Ничего в мире не бывает просто так, всё подчиняется высшим законам, которые науке, к сожалению, ещё не известны. Ничего и никогда не возникает без причины, а потому сначала надо найти причину, а потом бороться со следствием.

— Но причина болезни всегда одна — инфекция, которая поражает организм, вот с ней-то врач и борется.

— Но почему инфекция поражает одного и обходит стороной другого?

— Потому что у первого слабый организм.

— Почему? — И ряд уже известных вопросов повторился.

— А что по этому поводу скажешь ты?

— Общих причин нет, есть причины частные и их в первую очередь нужно выявить.

— Но есть общая инфекция, которая совершенно одинаково поражает почти все организмы, а если инфекция едина для всех, то и лечить всех нужно одним и тем же способом.

— Но объясни, почему при этом одни выздоравливают полностью, другие частично, а третьи вообще умирают?

— Потому что у каждого сражённого одной инфекцией особый организм: у одного сильный, у другого — слабее, а у третьего — вообще слабый.

— Почему же одинаковые люди имеют разное состояние здоровья?

— И что же ответишь ты по этому поводу? — раздражённо спросил материалист.

— Ничего абсолютно похожего в мире нет, и люди и инфекции совершенно разные, а потому лечить всех под одну гребёнку, одними и теми же средствами, как глупо, так и бесполезно. Нет в мире ничего идентичного, а значит, и подход ко всему должен быть сугубо индивидуальный.

— Чтобы к каждому иметь свой подход, мозгов не хватит.

— Потому и не хватает, что нет желания больше иметь. Расширь познания, и расширится поле деятельности.

— Зачем? Мне и этого на жизнь хватает.

— Потому и хватает, что сам себя ограничиваешь.

Но материалист так и не понял, что хотел доказать ему идеалист, а всё потому, что материя имеет рамки, а Божественная идея безгранична. Если бы человек догадался, что науку необходимо объединить с Законами Природы, он бы имел способность увидеть причину всего, которая даёт ответы на многие вопросы, тогда меньше было бы больных, несчастных и рано уходящих из жизни… Но для этого нужно поверить в науку небесную, которая выше земной.

ПРИТЧА О КНИЖНОЙ МУДРОСТИ

Жил один ученик с учителем, но своим умом жил. А это выражалось в том, что поставил он себе цель — перечитать все книги, что были у Учителя. Учитель понял, что его живое слово променяли на мёртвую букву, и покинул свой дом. Долго ученик читал, но в конце концов так ничего и не понял. Решил он спросить у Учителя, о чём же написано в столь умных книгах, но Учителя рядом не было.

И остался ученик ни с чем: знаний много было, а тайной сути их не понимал. И осознал он, что бесполезным было его занятие, ибо любая книга — это сокрытое знание, а живое слово Учителя — ключ к нему. Можно потратить жизнь, но так и не открыть сути написанного, а можно в одной беседе с Учителем проникнуть в Тайны Вселенной.

Если бы человек не был так самоуверен и самонадеян, он бы за одну жизнь постиг столько, сколько не постичь и за тысячу.

ПРИТЧА О ПРАВИТЕЛЕ И ПРОВИДЦЕ

Один правитель обратился к провидцу и спросил его:

—    Как сделать государство сильным?

Тот ответил:

—    Положиться на опыт и знания мудрецов.

Провидец хотел ещё что-то добавить, но правителя и след простыл. Прибыл он в свой дворец и сразу же распорядился собрать по стране всех мудрецов. Он им дал сытую жизнь, а  они помогли ему сделать страну сильной и неуязвимой.

Но прошло четверть века, и правитель обнаружил, что численность его народа резко сократилась: остались одни старики и совсем не было детей. А старики, как известно, сила ненадёжная.

Разыскал правитель провидца и бросил ему укор:

—    Я последовал твоему совету, а ты обманул меня.

— Нет, это твоё нетерпение и близорукость обманули тебя, ты выслушал первую половину совета,  а на вторую терпения не хватило.

— Что же было во второй половине? — нетерпеливо крикнул правитель.

— Положись на опыт и знания мудрецов — гласила первая половина древней мудрости, — спокойно ответил провидец, — но все средства вложи в детей, ибо мудрость — это фундамент, а дети — дворец, фундамент крепок основой, а дворец — правильной кладкой. Хороший фундамент ничто не разрушит, ибо он в качестве защиты почву имеет, а стены без фундамента не устоят. Поэтому, строя государство, возводи его как дворец, чтобы в нём и основательный фундамент был, и крепкие стены, чтобы он не только несокрушим был, но и красив, чтобы в его архитектуре сила разума с величием сочетались. А величие — в  народе, народ — в детях, а дети — от достатка. Ты же всё на фундамент истратил, поэтому и остался без стен, которые в любую непогодь жизни защитить могут.

Думая о дне нынешнем, не забывай о дне завтрашнем, ибо насытиться одним разом можно, но сделать задел на будущее нельзя.

ПРИТЧА О ГЛУПОСТИ И ЖАДНОСТИ

Жил один человек с открытой душой, потому и дом его был полон хорошими людьми. Но однажды в голову его пришла мысль: «Много гостей — большой расход: накорми, каждому постель дай. А какой от этого прок?».

И вот однажды, когда пришёл к нему самый дорогой для него человек, у которого он всегда совета просил, по его умным наставлениям жил, терпение как раз и кончилось. И сказал хозяин гостю:

— Не могу я сегодня тебя на ночлег принять: у меня ни еды, ни одеял нет. Не на что даже положить.

— Я ни в еде не нуждаюсь, ни в постели, — ответил гость. — Я пришёл в этот город по делу и должен его завершить, но кроме тебя у меня нет здесь ни родных, ни знакомых, мне некуда идти.

— Меня мучит совесть, — чуть не плача, говорил хозяин, — но я ничем не могу тебе помочь.

— Мне ничего не надо, — не унимался гость, — предоставь мне крышу над головой.

— Может, твои дела в один день закончатся и тебе не придётся проводить ночь в чужом городе? — украдкой, но всё с той же настойчивостью спросил хозяин.

— Если бы я мог обойтись без твоей помощи, я бы не просил тебя об этом, — неуклонно отвечал гость.

Хозяин понял, что не смог убедить нежеланного визитёра, и ему ничего не оставалось, как выразить свое согласие.

Вечером гость пришёл в дом, где ему не были рады. Хозяин оказался больным то ли от переживаний, то ли действительно от внезапно приключившейся болезни, но он не встал с постели и не принял гостя, как это было всегда.

Гость поужинал своей едой и лёг спать на принесённом с собою одеяле. Утром он ушёл, а хозяин вдруг почувствовал, что произошло что-то неладное: дом как будто опустел. И в самом деле с каждым днём достаток словно исчезал. Вскоре наступила не просто бедность, а нищета.

Несчастный хозяин решил разыскать гостя, после ухода которого произошли такие безрадостные перемены. Искать пришлось недолго, ибо знал пострадавший, где найти того, к которому не раз обращался.

— Скажи мне, что произошло? Почему я вдруг из богатого превратился в нищего? — забыв о приветствии, стал осыпать вопросами горемычный человек того, кто некогда был его другом.

— Когда тебе нужны были советы, ты приходил ко мне и пользовался доброжелательностью Того, Кто тебе их давал, — начал объяснение мудрый человек.

— Но советы давал мне ты, ведь ты мудрец, — поспешил заметить несчастный, чтобы снять с себя вину ещё за кого-то.

— Я мудр не сам по себе, я мудр от Бога, и когда обращаются ко мне за умным советом, то прежде всего направляют свою просьбу к Нему. Если человек заслужил благодати, то через меня передаётся ему то указание, выполнив которое, он и получит благость. Если ему не дано иметь того, что он желает, а исполнение этого желания пойдёт ему только во вред, то получает он тот совет, который оградит его от совершения глупости и не даст ему оказаться в неприятной ситуации. Случается, что Создатель посещает тех, кому дал благо. Он приходит с тем человеком, кто слышит Его и передаёт через него людям ту весть, которая пойдёт во благо человеку. Но так как Господь невидим, то обычно люди и не ведают, что в дом их пришёл сам Бог, и по своему неразумению могут совершить поступок, который Его оскорбит. И тогда Бог уходит, но с Ним исчезает и всё то, что было дано Им. Там, где не нуждаются в самом Боге, блага Божьи тоже неуместны.

Бросился несчастный человек вслед уходящему мудрецу, да подвернул ногу, боль сковала его тело, и он не смог идти. А мудрец уходил всё дальше и дальше, и понял человек: пожалев собственное одеяло, которым укрывался в ту ночь, и свой ужин, который съел сам, ибо посчитал, что его не хватит на двоих, он лишился всего.

Помните, что за встреченным вами на жизненном пути может оказаться сам Бог, который пришёл проверить: не откажете ли вы в Его просьбе, как Он не отказывал вам в вашей.

Мы не знаем, в каком облике к нам приходит Бог.

ПРИТЧА О ЗОЛОТЕ

Получили два брата наследство, и поделили его поровну. Один брат стал покупать золото, ибо золото, как он считал, указывает на богатство хозяина; другой приобретал книги.

— Ты очень глуп, — сказал тот, кто скупал золото. — Такое достояние ты переводишь на бумагу, в которой одна польза — печь топить. Глядя на тебя, никто не скажет, что ты богат, а если ты небогат, то многие двери для тебя будут закрыты, ты будешь тем же, кем был до получения наследства. Нищих не почитают нигде: ни в своём обществе, ни тем более в обществе достойных. Зачем же так неумнó распоряжаться тем, что может сделать тебя знаменитым и уважаемым?

— Каждый вправе распоряжаться своим богатством по-своему, — ответил брат, скупавший книги. — Одному нужна слава, другому — знания. Меня привлекает последнее, это даёт мне счастье и покой. Может ли быть счастлив тот, кто видит, что кто-то богаче его? Может ли он спокойно жить, есть, спать, если кто-то превзошёл его даже в мелочи? И скажи мне, кто завидует умному?

— Никто! — уверенно ответил брат, копивший золото.

— Зависть, с какой бы стороны она ни исходила (с той, кто завидует, или с той, кому завидуют), порождает болезнь тела и духа, лишает покоя и счастья. А я желаю себе здоровья, ибо оно пригодится для совершения благих дел, душевного покоя, который необходим для выполнения задуманного, и счастья, которое даёт человеку осознание своего совершенства.

— Ты глупее, чем я думал о тебе! — воскликнул удивлённый брат, поклонявшийся золоту.

Кто глуп, а кто умён, решает не человек, а жизнь. Тот, кто скупал золото, копил его и поклонялся только ему и жил ради своей славы и мнимого величия, сильно болел, быстро старел и скоро умер, а тот, кто скупал книги и читал их, кто творил благие дела для других, живёт и поныне в нетленных трудах своих.

Мир не помнит ни одного богача, их имена ушли в небытие вместе с ними, но ни одно имя земного творца не исчезло, дух его живёт в трудах, а память о нём — в благодарности потомков.

ПРИТЧА О СЛЕПОЙ ЛЮБВИ

Шёл человек своей дорогой, и вдруг прибилась к нему молодая лошадь: куда он, туда и она. «А если это удача, — подумал человек, — и эта лошадь ничья? Почему бы мне не воспользоваться этим случаем?» И человек привёл лошадь домой. Красивая она была, статная, с виду — благородных кровей. Возраст её был таков, что впору под седло. Но жаль стало человеку нежной лошадиной кожи — в кровь разобьёт седло поначалу, мозоли набьёт, а лошадь красива, без единого изъяна. Нарядил человек лошадь в цветы и банты и вывел гулять. Туда по деревне пройдёт, сюда пройдёт — все завидуют.

— И где ж ты такую кобылицу раздобыл? — спрашивают.

— На такой и пахать — грех, — говорят.

— Только под уздцы в цветах водить — уж больно хороша! — восклицают.

Так и водил её человек всем на зависть. Вот и осень прошла, зима пролетела, пришла весна, а с ней — работ невпроворот. Все пашут, сеют, и хозяину этой прекрасной лошади пора в поле выходить, ибо всем известно — один день весь год кормит. Попробовал он свою лошадь в плуг впрячь, а та как на дыбы встала, как по двору заметалась — всё вверх дном перевернула.

— Пахать нам надо, сеять, — говорит в недоумении человек. — На следующий год ни тебе, ни мне есть нечего будет.

А лошадь человеческого языка не понимает — всем телом упирается, словно ослица.

Взмолился человек:

— Зима придёт, холодно да голодно будет — не выживем.

А она будто говорит: «Не моя это забота».

Обескуражен был человек таким поведением лошади, но объездить её так и не смог. Решил он тогда свою кобылицу в стойло поставить, а чужую, как было прежде во времена пахоты и сева, позаимствовать. Обратился он к одному соседу, к другому, всю деревню обошёл, но никто лошадь не даёт. У каждого один ответ:

— Своя есть — на ней и паши. Каждому своя лошадь дорога. Наша тоже в цветах ходила б, да не в царёвы конюшни попала.

Все уж отпахали да отсеяли, а хозяин лошади никак не мог начать работу. Задумал он тогда продать лошадь. Обратился к одному, к другому, но в этой деревне никто её брать не хотел, всем был известен норовистый характер кобылицы. Сунулся в другую — и туда весть о необычной лошади уже дошла, а до города далеко, да и не было уже уверенности, что такую лошадь купят.

Опечалился человек: лошадь есть, а толку с неё вовсе нет — одни убытки. Глядят люди на него да головой качают: несчастный, мол. Проходил через эту деревню старец-ведун, послушал людей, посмотрел на человека и сказал:

— Это не он несчастный, это лошадь несчастная, что в такие руки попала. Слепая любовь, что слепая лошадь — по кругу ходит, но дальше верёвки, к которой её привязали, ничего не может. Жаль кобылицу, такая много добра бы сделала, да куклой стала, а теперь с неё проку, что с игрушки — поиграют да выбросят.

Обошёл старец-ведун лошадь, похлопал по холке и молвил напоследок:

— Хороша, да ни с неба звёзд, ни с поля землицы. Глупость хуже смерти: смерть лишает жизни — и сожалению уже нет места, а глупость лишает всего, оставляя жизнь, и, живя, утратив всё, имеешь только сожаления, которые гложут сердце.

Все разошлись, и каждый остался со своим.

При уме не страшны ни голод, ни холод. Имея ум, любую преграду преодолеешь. При глупости и богатством не совладаешь. Проси у Бога не богатство, а ум, получив его, поймёшь, каким благом обладаешь.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ И ПРИРОДЕ

Сказал однажды человек, что он царь Природы. Услышала это Природа и спросила человека:

— Ты действительно считаешь, что можешь управлять мной?

И ответил человек:

— Да.

— Хотела бы я посмотреть, как это у тебя получится, — сказала Природа и наслала на человека ветер.

Дохнул ветер слегка, и человеку это понравилось, он принял это за ласку и крикнул Природе:

— Твой ветер — это забава! Он ласкает меня, а я забавляюсь им.

Дохнул ветер сильнее. Человек поежился, не очень приятно было дыхание ветра.

— И это не страшит меня, я все равно сильнее тебя! — крикнул человек ветру.

Тогда ветер так задул, что вывернул с корнем деревья. Человека стало носить как щепку. Долго он метался, уже выбился из сил и готов был признать силу ветра, но тут на пути его оказалась пещера, человек приложил огромные усилия, чтобы попасть туда, а когда оказался в безопасности, крикнул природе:

— Может, твой ветер и силен, но у меня есть от него спасение!

— Хорошо, — сказала Природа, — поборись теперь с водой.

И вдруг стала прибывать вода, она заполняла пещеру и грозила человеку затоплением. Закрутило человека в водовороте — смерть в глаза увидел, но собрался с силами и выплыл из пещеры. Плавая на поверхности прибывающих вод, он огляделся и понял, что есть спасение — пещера находится в горе, а гора стеной стоит и по ней можно взобраться на вершину. Подплыл человек к горе, cхватился за растительность, которая на ней была, и стал карабкаться вверх. Долго вода поднималась, но вершину горы так и не затопила. Возликовал человек, что победил и воду. Крикнул он Природе:

— Нет той силы, которая одолеет меня!

— Поборись теперь с огнем, его одолеешь — быть тебе царем Природы.

И охватило пламя все вокруг, и не было ничего, что могло противостоять ему: вода отступила. А ветер слегка дышал, но и этого легкого дыхания хватало, чтобы огонь разгорался с новой силой. Куда бы человек ни бежал, а выбраться из кольца огня так и не смог.

Глянула Природа на пепел, который остался от человека, и сказала:

— Вот и все, что осталось от царя Природы. О человек! Не будь так самоуверен и не противопоставляй себя тому, что сильнее тебя.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК МАТЬ ОТКАЗАЛАСЬ ОТ СЫНА-БОГА

Все знают теперь, как вестник Бога пришел к Марии и сказал, что у нее родится сын и назвать его надо Иисус.

Все знают теперь, что предназначением Иисуса было стать богом на земле.

Не знала этого мать Мария, но сердцем чувствовала, что должна поступить так, как сказано Свыше.

И родился сын, и назвала его Мария Иисусом, и стал Иисус Христом богом на земле.

Не думала Мария о выгоде, о счастье, о благополучии. Сделала так, как было велено. Когда же увидела распятого сына, солнце померкло, мир перевернулся, но ни упрека, ни проклятия не послала она небу, ибо знала, что сын ее был богом на земле и никому другому такого счастья не выпало. И это ли не радость: знать, что сын твой — бог, это ли не благо: ощущать всеобщую любовь к нему, это ли не блаженство: быть матерью бога.

Закончился век Рыб, и пришел век Водолея. Ушла эра одного бога, пришла — другого. И родился у матери Инессы сын, и услышала она: «Назови его Изизом». — «Нет такого имени у нашего народа, — ответила мать. — Да и что это за имя? Не поймут меня люди, осудят». — «Имя — это ключ к небесам: имея его, сын твой станет богом на земле», — сказали Инессе. «Подумаю я», — решила Инесса. И чем дольше она думала, тем больше страх перед неизвестностью одолевал ее: что принесет это ей и ее сыну? Не отнимется ли у него и то, что имеется? «Что решила ты, мать?» — услышала однажды Инесса. «Чужое это имя, и с ним сын мой будет для меня чужим, а люблю я его так, что боюсь потерять», — ответила недалекая женщина. «Ты отказала ему в том, что было дано Свыше. Нет у него теперь ключа к небесам, и не быть ему теперь богом на земле, ибо имя его являлось ключом к Тайне Тайн Мироздания, которую он должен был открыть людям. Ты  решила за несмышленого — тебе и грех этот нести, а то, что мог иметь твой сын, будет отдано другому». И больше голоса не было.

Шли годы, с каждым днем, с каждым часом, да что там с часом — с каждой минутой сын преображался, становился краше. В детстве дивились на него, как на куклу, в отрочестве — как на создание божье. Но не было в нем божьего разума, а потому павлином он ходил, показывая себя, как птица хвост. И не было смысла в существовании тела его, как мало пользы от мешка для мусора: наполнили отходами жизни до краев и выбросили за ненадобностью. Так произошло и с тем, кто пришел быть богом на земле, но по неразумению матери не получил ключа к небесной Истине. А мать, лишившись сына, не имела ни выгоды, ни счастья, ни блага.

Безумная любовь лишает не только разума, но и объекта любви, ибо любишь не другого, а себя, ибо даешь не другому, а требуешь себе. В этом случае один превращается в хищника, а другой — в жертву. Нет смысла давать возможность умножать грех.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ПОНИМАТЬ БЛАГО

Обратился один благопорядочный человек к Мудрецу:

— Я стараюсь жить в благости и никому не приносить вреда, но однажды встретился мне на пути человек, изрядно перебравший вина. Он хватал меня за руки и тащил к себе, предлагая вино, хорошую компанию и веселье. Я пытался убедить его, что не пью вина, не провожу время с теми, кто далек мне по духу, не веселюсь без причины, но пьяный не внимал моим словам. Он тащил меня, причиняя мне боль. Объясни мне, почему такое со мной произошло.

И сказал мудрец:

— Ты действительно живешь в полном благодушии, соблюдая духовные заповеди. И ты считаешь, что так подобает жить каждому, что только такой образ жизни сделает человека счастливым. Но, взывая к людям, пытаясь обратить их к счастью, каким сам видишь его, ты не думаешь о том, что каждый имеет то счастье, какое заслуживает, а заслуживает именно такое потому, что согласно своему желанию так, а не иначе строит свою жизнь. Пьянице хорошо в его среде, и этим он счастлив; вору — в его, и это его счастье; женщине легкого поведения — в ее, и это ее понятие о счастье. Они имеют то, к чему стремятся, строя свое счастье таким, каким понимают его. Как ты считаешь, что так жить дурно, так и они считают, что в том, как ты живешь, нет ничего хорошего. Когда ты насильно пытаешься убедить человека в благости твоего уклада жизни, он не видит в этом пользы для себя и ощущает себя при этом так же, как ты, когда к тебе приставал пьяный. Ты ощущал боль и насилие над тобой, то же самое испытывают те, кого ты хочешь против их желания повернуть к правильной жизни. Когда человек захочет измениться, он сам придет к тебе и попросит помощи, если же с его стороны нет призыва об оказании ему поддержки, то твои действия равны насилию. Одна рыба любит чистую воду и только в ней живет, другая — омут и обитает только там. Поменяй их местами, и обе умрут. Бог дал свободу каждому, и никто не вправе лишать человека того, чем наделил его Бог — правом выбора. Любой благ он или дурен — живет сообразно своему разумению и своим понятиям. Сознание определяет бытие. Изменится сознание — изменится и жизнь человека. Иногда на это уходит целая жизнь, иногда несколько жизней, но каким бы ни был путь во времени, однажды человек созреет, как плод, и подарит миру благо. Червь тоже создан для пользы, но, подтачивая плод, только портит его. Нельзя уподобляться червю, точащему плод, надо уподобляться червю, превращающемуся в бабочку. Дурные люди подобны первому, живущему только для собственной утробы и наносящему вред, благие подобны тому, который превращается в бабочку, посвящая себя созданию прекрасного. У каждого свой путь. Как ты не можешь идти по иному пути, так и другой человек не может идти по твоему. Чтобы не испытывать насилия по отношению к себе, не применяй его по отношению к другим. Иной истины в этом мире нет.

Благой человек сожалел, что не может помочь людям стать на путь преображения, но никогда более не навязывал другим своего понятия о жизни.

ПРИТЧА О ТОМ, КАК ВРАЖЕСКОЕ НАШЕСТВИЕ ОБРАТИТЬ В ПОЛЬЗУ

На плодородной равнине, среди рек и озер, лесов и травою поросших степей жил народ, не богатый, не бедный, но довольный своей жизнью и благодаривший Бога за это. Вокруг его страны жили другие народы: одним не хватало земли, потому что несметное количество их было, других прельщал благодатный край, которым они не прочь были завладеть, у третьих и земля похуже была, и климат посуровее — одним словом, каждый народ был чем-то недоволен, а потому и Бога благодарить не спешил, и на чужой каравай рот разевал, считая себя обделенным и обиженным. И вот стали чужеземцы не просто зариться на чужой край, а всячески пытаться завладеть им: кто войной шел, а кто тайком пробраться норовил да укрепиться на землице. Задумался правитель благодатной страны, понимая, что не одолеть ему злую силу, которая со всех сторон наступала, и обратился он к мудрецу:

— Скажи, мудрец, как спасти мне мое государство?

— Отбивай натиск враждебных армий и пускай в свою страну мирных мужчин, разрешая им жениться на женщинах твоей страны, — ответил мудрец.

— Но если я пущу в свою страну мужчин, они образуют армию внутри страны и погубят нас! — возмутился правитель.

— Женившись и родив детей, мужчина не станет врагом своей семьи. Став отцом, он бует хозяином, а ни один хозяин не сгубит свою землю. Но главное не в этом, а в другом. Детей растит и воспитывает мать. С молоком матери ребенок впитает и устои жизни. Мать воспитает того, кем сама является. Женщины могут дать лишь то, чем сами богаты. А богаты они, в первую очередь, любовью к земле, на которой выросли, к стране, в которой живут. Это они и передадут своим детям. И от какого бы отца ни появился ребенок, соплеменника или чужестранца, будет он тем, кем его сделает мать. А в заключение мудрец сказал: — Не бойся нашествия мирных мужчин. От них всегда можно извлечь благо.

Послушался правитель и поступил так, как сказал мудрец. Через много-много лет на земле существовала всего одна страна, в которой жили и белые, и черные, и желтые люди, с голубыми и карими глазами, с черными и светлыми волосами, с круглыми и миндалевидными глазами. Все они были одной национальности и, более того, все были родственниками. Прапрабабки научили их любить свою землю и свою страну, а эта любовь сильнее вражды и ненависти, так как люди живут одним чувством.

Чтобы избавить страну от нежелательного нашествия, надо извлечь из него пользу. Оружие отобьет врага, а любовь покорит.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ГЛУПОСТИ

Появился среди обычных людей человек необычный. Поняли люди, что он какой-то особенный и этой особенностью выделяется среди них. Только не хотели люди, чтобы кто-то был лучше их, и дали они этому необычному человеку имя Никто, пытаясь этим закрыть от взора обычного необыкновенность человека, непохожего на них.

Говорил этот человек стихами, и речь его была похожа на пение горного ручья, рожденного снегом и солнцем. Она лилась чистым прозрачным потоком и словно омывала грязные души, делая их чистыми и обновленными. Поэзия слов завораживала и рождала в людях новые, неведомые им чувства любви, доброжелательности, гармонии. Но это было непривычно им, и от нового ощущения становилось не по себе. Слушая его, они становились другими, а стать не таким, как все, следовательно, выделиться из толпы, означало для них одно — изгнание из общества себе подобных. Каждый из людей боялся любой перемены к лучшему, чтобы не стать изгоем, поэтому и жили они серой большой массой.

— Человек этот Никто, и стихи у него никчемные! — кричал каждый, кто встречал необычного человека и слышал его поэтичную речь.

Тогда человек заговорил мудро. Слог его стал краток, но вся мудрость вселенной вмещалась в него.

Люди вдруг стали понимать, что они умнеют, но очень умных всегда принимали за сумасшедших, а это тоже плохо для жизни. Сумасшедших, как опасных для общества, они изолировали.

— Человек этот Никто да к тому же заумен, а каждая заумь не от ума, а от безумия, безумие сродни сумасшествию, ибо умный так заумно не скажет, потому что у него не хватит на это ума, а если у него хватает ума, значит, он безумен, а каждый безумный — это сумасшедший, — заключили люди.

Тогда человек совсем замолчал, что успокоило людей, но не надолго. Открылся у человека дар провидения и увидел он наступление воды. Крикнул человек людям:

— Поднимитесь на высоту, и вы спасете себя!

Люди испугались этих лишенных смысла слов и закричали:

— Никто совсем обезумел, гоните его прочь!

От охватившего их страха люди стали поднимать с земли камни и бросать их в человека. Человек стал уходить, увлекая за собой обезумевшую толпу, пытаясь хоть таким способом увести их от надвигающейся беды. Люди восприняли это как бегство и погнались за человеком. Человек направился к горе, видя, как за спиной бушуют волны моря. Люди устремились за ним. Человек стал подниматься в гору, крича разъяренным людям:

— Поднимитесь на высоту, и вы спасете себя!

Но случилось то, что должно было случиться: вспенилось море, и огромная волна пошла на людей, она поднималась так быстро, унося с собой все: и дома, и деревья — это было похоже на смерч. Смыла волна и людей. Барахтаясь в бурлящих водах, увидели люди человека, который стоял уже на вершине горы, и завопили:

— Никто, спаси нас!

— Я Никто, ибо я тот, кого нет, — ответил Человек, и это был уже не человек, а сам Бог. — Вы кричите в пустоту, а пустота безмолвна, потому что там ничего нет. Вы сами обрекли себя на гибель, так как глупостью своей создали пустоту. Я спустился к вам, чтобы научить вас, но вы отвергли меня, дав имя Никто. Я говорил с вами стихами, ибо стихи возвышают и приводят к гармонии, но вы посчитали этот слог никчемным; я заговорил с вами слогом мудрости, но вы приняли это за сумасшествие; я предупредил вас о гибели, призывая к спасению, но вы не вняли, так как обезумели уже от своей глупости. Если я Никто, зачем взывать к пустоте? Если у вас не было надобности во мне, то у меня нет надобности в вас, ибо глупость ничего, кроме зла, породить не может. Глупость равна безумию, а безумных вы изолируете от общества. Есть ли смысл для меня оставлять на земле сумасшедших, если они неспособны творить благо?

Живя интересами толпы, в ней растворяешься, живя высокими идеями — возвышаешься. Высота — это устремление вверх.

ПРИТЧА О ВАЖНОСТИ

Заспорили два куска графита, кто важнее. Один сказал:

— Я, потому что я так считаю.

Другой сказал:

— Я, потому что невидимая моя суть может превратить меня в драгоценный камень.

— Пока ты будешь ждать фантастических превращений, я уже много дел натворю, — заявил первый.

Прошло время. От первого куска графита ничего не осталось, потому что изошел он весь на мелочах, да к тому же еще и бесполезных. А второй превратился в алмаз большой величины и засиял так, что все вокруг, озаренное пурпурным светом горящего сердца, преобразилось.

Чтобы из серо-черного графита превратиться в алмаз, надо знать, какой механизм включить. Включишь внешний — графитом так и останешься, включишь внутренний — станешь драгоценным камнем.

Важность каждого божественного создания в его сути, а не в той внешней оболочке, которую имеет. Осознать истинную суть — значит стать драгоценным.

ПРИТЧА О ДЕРЕВЕ

Когда вызревают семена, они стараются улететь подальше от родителя, чтобы начать самостоятельную жизнь. Но есть и такие, которые не улетают далеко, боясь оторваться от родительской кроны. Они падают рядом, прорастают и остаются в тени родительской любви.

Так случилось с одним деревом, как, впрочем, случается нередко и с другими. Проросло семя у самого корня могучего родителя. Пока малым было, тепло и хорошо было под родительской защитой, которая укрывала от ураганов и житейских бурь. Но нельзя быть вечно малым: приходит время, когда, вопреки желанию, становишься большим и тогда вдруг ощущаешь, что любящий родитель, защищая от ветров, в то же время закрывает от тебя и солнце. И солнца не хватает все больше и больше. И повзрослевшее дитя начинает хиреть под милым сводом, понимая, что победить могучего родителя невозможно. И бессмысленной становится борьба за существование, ибо не хватает той свободы, которая позволяет раскинуться, разрастись, набрать силу и стать могучим деревом, которому суждена вековая жизнь.

Становится сильным тот, кто подставляет грудь ветру, — остается хилым тот, кто ищет покровительства.

ПРИТЧА О ХРИСТЕ

Жил некогда на земле Иисус, принесший божественные знания. Жили когда-то Иуда, правитель Понтий Пилат и народ, не увидевшие пришествия и не понявшие сути этого явления. И говорил Иисус притчами, в которых законы бытия излагались, но не понимал народ иносказательности, ибо был недалек в своем развитии. А если народ чего-то не понимал, то, значит, был глуп. Но кто ж признается в своей глупости? Скорее увидит ненормальность в том, кого не понимает.

Прошло немногим более двух тысяч лет, и появился новый Христос, что значит Учитель, и звали его не Иисус. И новый Христос говорил притчами. И были непонятны они никому, даже тем, кто не слыл глупцом.

И был новый правитель — не Понтий Пилат, и был новый народ, который, как и в те давние времена, был недалек в развитии, а уж если народ чего-то не понимает, то в глупости своей никогда не сознается, а скорее обвинит умного в его ненормальности. И был Иуда, который призван извести того, кто явился с благой вестью. И кучка безумцев призвала его, и пошел он за ними, чтобы убить того, рядом с кем меркнешь.

Народ призывал распять Христа, чтобы доставить себе удовольствие поглумиться хоть над кем-нибудь. Но совершить наказание мог только правитель. И пошел Иуда к правителю, желая внушить ему мысль о том, что новоявленный Христос — не что иное, как сам сатана.

Но было не то время, когда правители боялись новоявленного царя, ибо знали, что за ними силы больше, чем за тем, кто бредет с посохом. И пригласил правитель к себе Христа, и спросил его, что нужно ему.

И ответил Христос:

— Я пришел дать, а не взять. Мне у тебя брать нечего, ибо то, что ты имеешь, то есть власть, не нужна мне, а дать я тебе могу.

— Что же ты можешь мне дать, если у тебя ничего нет? — удивился правитель.

— У меня есть мудрость.

— А зачем мне она?

— Чтобы правильно править.

— Я и так правлю неплохо.

— Мудрый правитель правит лучше глупого.

— Что ж, — сказал правитель, — дай мне мудрость, и я начну править по этим законам. Посмотрим, что из этого получится.

Когда правитель получил мудрость и стал править по-новому, все в его государстве изменилось — жизнь стала лучше и радостнее. Но сытый народ стал еще более глупым, ибо погрузился в разврат от невежества и лени. В стране, где царило тунеядство, ничего не строилось, не выращивалось и не создавалось. Государство приходило в упадок. А народ сходил с ума.

Безумный народ увидел причину своих бед в Христе, обвинил его в своих несчастьях и стал требовать распять Его. И снова Иуда пошел к правителю с прошением от народа.

И правитель, обезумевший от глупости народа, призвал к себе Христа.

— Мудрое правление не стало благом, — сказал он. — Бедность и голод толкают народ к труду, богатство и сытость — к тунеядству. Голодный народ хоть как-то управляем, сытый и обезумевший выходит из подчинения. Твоя мудрость пошла во вред нашему государству.

— Мудрость потому и мудрость, что позволяет держать все в равновесии. Народу, в первую очередь, нужно давать не еду, а знания. Знания наполняют ум, а не желудок. От избытка еды жиреют, от избытка знаний мудреют. Мудрый народ не съест больше положенного, зная о вреде ожирения, мудрый народ работает, сколько необходимо, зная о пользе труда, мудрый народ и празднует в меру, зная о значении праздника в его жизни. Ты же решил устроить вечный праздник для народа, забыв, что праздность ведет к разрушению не только человека, но и к гибели государства. Распяв мудреца, страну не спасешь и народ не усмиришь, ибо это для него развлечение, а почувствовав вкус к такому роду забавы, народ будет требовать новой и более жестокой. А это приведет еще и к дикости, что сродни звериному состоянию. Построй Храм мудрости и начни учить народ, только тогда наступит равновесие.

И послушал правитель Христа, и построил он Храм мудрости, и ввел туда народ свой…

Много времени прошло с тех пор. На Земле царил Золотой Век. И никто не помнил уже ни имени Мудреца, ни имени правителя, но Храм мудрости, воздвигнутый однажды, стоял в веках и был той путеводной звездой, которая выводит из мрака невежества, указывая путь просветления.

Тот Христос во истину Бог, который явится творцом и построит Храм мудрости в душах людей.

ПРИТЧА О ТОМ, ЧТО ЖЕНЩИНА СРОДНИ БОГУ

Народ египетский чтил женщину как Бога, ибо способность родить сродни божественному творению. Но пришли другие лжепророки и объявили женщину низшим существом. И превратили женщину в рабыню, унизили ее и лишили всяческих прав.

Посмотрел на это Бог и сказал:

— Кто унизил женщину, тот унизил Меня. Кто оскорбил женщину, тот оскорбил Меня. Кто поднял руку на женщину, тот поднял ее на меня. Кто посягнул на свободу женщины, тот посягнул на Мою свободу. Кто осмелился лишить жизни женщину, тот осмелился лишить жизни самого Бога. Но Я Тот, Кто выше всех и сильнее всех. Кто забыл об этом — будет унижен, оскорблен, будет лишен свободы и вечной жизни; тот превратится в прах и исчезнет, не оставив следа. Исчезнет опыт прошлых жизней, знание, данное Мною, погаснет свет Мой, который хранила Душа, а, лишившись всего этого, останется Ничто, Пустота. Я — Суть всего. Я — творческий принцип в мужской ипостаси и рождающая Природа — в женской. Я есть мужчина и женщина в одном, а кто не понимает этого, принижая или уничтожая одну мою часть, тот лишается и второй. Оставшись без божественной искры, тварь становится Ничем. Да не увлажнит слеза глаз женщины, ибо увлажнятся Мои глаза. Да не заболит сердце женщины, ибо заболит мое сердце. Да не будет попрано имя ее, ибо будет попрано Мое имя. Воздавая хвалу женщине, восхвалите Меня. Возблагодарив женщину, возблагодарите Меня. Возвеличив женщину, возвеличьте Меня. А посылая молитву женщине, помолитесь Мне. Кто не хочет гибели, то должен помнить, что Я во всем.

Об этом говорил Иисус: «Познав себя, вы познаете, что вы дети Отца живого. Но если вы не познаете себя, ваше состояние ужасно!»

«Иисус сказал (от имени Бога): “Я есть все; Все произошло от Меня, и все вернется в Меня. Сруби дерево: Я здесь; подними камень, и ты отыщешь Меня”». (Евангелие от Фомы)

ПРИТЧА О НЕРАДИВОМ УЧЕНИКЕ

Пошел один человек в ученики к учителю. Учитель слыл великим мудрецом, но был у него один недостаток — он часто и громко икал. Прошел срок, и учитель сказал своему ученику:

— Я дал тебе все, что знал. Большим я не владею, и тебе нет смысла доле пребывать возле меня.

Пошел ученик в люди. Зная о популярности, которой пользовался учитель в народе, он стал бахвалиться, чьим учеником был, и при этом часто и громко икал. Кроме икания, люди ничего не услышали от человека, претендовавшего на роль учителя, а потому быстро покинули его. И остался бывший ученик знаменитого учителя-мудреца только с икотой, более он ничего не усвоил.

Дурное усваивается легче хорошего.

Плохой принимает плохое, хороший — хорошее.

Плох не учитель, который не может дать знания, которыми обладает, а плох ученик, который не может взять знания, которыми обладает его учитель.

Если дурное усваивается легче, чем хорошее, значит, для хорошего просто нет благодатной почвы.

Нерадивый не родит благодати.

ПРИТЧА О СЛЕПОМ ЧЕЛОВЕКЕ

Пришел к Богу слепой и сказал:

— Господи, я вижу только свет, но слышал я, что существует множество цветов. Мне хотелось бы видеть их тоже. Сделай меня зрячим.

— Что ж, — ответил Бог, — если ты хочешь видеть цвета, я дам тебе такую возможность, но ты уже никогда не сможешь стать слепым.

— Ни один зрячий еще не пожалел, что он видит мир таким, каким Ты его создал, — пытался оправдать свое желание слепой.

И Бог сделал слепого зрячим. Каким необыкновенно красивым показался слепому мир, который он увидел! Он долго восхищался разнообразием красок, но однажды поймал себя на том, что теперь он не видит того света, который всегда светил ему.

— Господи, когда я был слепым, я видел свет, который меня вел, теперь я не вижу ни этого сияния и ни указывающего путь луча.

— Кто не имеет внешнего зрения, тот имеет внутреннее, — объяснил Бог. — Слепой не может видеть глазами, потому что он видит душой. Душа — это искра Моего света. Мой свет не имеет ни цвета, ни формы. Это сияние, существующее повсюду, ибо Я везде и во всем. Чтобы видеть сияние, глаза не нужны, а так как люди имеют глаза, то Свое сияние Я разложил на разные цвета, а всему, что существует, придал форму. Теперь люди видят разнообразие цветов и многообразие форм, но не видят сияния, ибо за обилием красок света не увидеть, а за множественностью форм не ощутить бесформенности.

— Я хочу остаться слепым, — выразил свое желание человек.

— Я выполню и эту твою волю, — ответил Бог. И в тот же миг человек снова стал слепым, но теперь он видел только темноту.

— Господи! — воскликнул человек. — Я же просил вернуть, как было.

— Это невозможно, — пояснил Бог. — Белый цвет разлагается на разные цвета, но смешение цветов имеет темный оттенок, поэтому после разнообразия цветов можно увидеть только темноту. Чтобы увидеть свет, надо очень долго всматриваться в мрак.

Помните: Бог — в душе, а не во внешнем образе.

ПРИТЧА О НЕСЧАСТНЫХ

Обратился к Богу калека:

— Господи, я уродлив и потому несчастен. Была бы у меня красота, я был бы счастливым.

Обратился к Богу красавица:

— Господи, я красива, но не богата. Чтобы иметь деньги, мне приходится торговать своей красотой, а потому я несчастна. Если бы я была богата, то была бы счастлива.

Обратился к Богу богач:

— Господи, я очень богат, но болезни замучили меня. Ни за какие деньги я не могу купить здоровья. Я так несчастен.

Обратился к Богу здоровяк:

— Господи, я здоров и силен, но при этом слаб умом. Я очень несчастен. Если бы я хоть чуть умен, то ощущал бы себя счастливым.

Собрал Бог всех несчастных вместе, посадил кругом и попросил повторить снова то, что они ему говорили.

Калека посмотрел на красавицу и не позавидовал ей, красавица посмотрела на богача и расхотела быть богатой, богач посмотрел на здоровяка, и здоровье при слабости ума показалось ему непривлекательным.

— Так каким же лучше всего быть, чтобы чувствовать себя счастливым? — спросили несчастные у Бога.

— Мудрым, — ответил Бог. — Мудрый не замечает своих внешних изъянов, ибо видит совершенство в разуме. Мудрому не нужна красота тела,  ибо он предпочитает красоту ума. Мудрому не нужны богатства, ибо его богатство в познании мира. Мудрый лишен болезней, ибо он им просто не уделяет внимания. — И коротко заключил: — Мудрый здоров телом от силы ума, красив от ясности ума, богат от знаний и счастлив потому, что всем этим обладает.

— Можем ли мы быть такими же счастливыми? — спросили несчастные.

— Ищите счастья внутреннего, а не внешнего, — посоветовал Бог.

Но совет оказался бесполезным, потому что калека захотел быть сначала красивым, чтобы потом, когда уродство не будет мешать ему, заняться мудростью, красивый — богатым, ибо, как решил он, никакая мудрость не пойдет на пустой желудок, богатый — здоровым, потому что все мысли занимает болезнь, а здоровый — умным, если это не будет требовать больших усилий. Так и живут они до сих пор и будут еще жить долго, пока не помудреют. А когда помудреют, станут богами.

ПРИТЧА ОБ ОБЛИКЕ БОГА

Жили по соседству молодая строптивая девушка и немощная старуха. И постоянно норовила старуха дать совет девице. Это очень злило юное и самоуверенное создание. Девушке казалось, что старуха не дает ей спокойно жить. Стали советы старухи допекать девицу, и решила она вредить ей в ответ. Принесет та воды, еле доползет с кувшином, а она возьмет да прольет всю воду. Сварит старуха похлебку, а мерзавка возьмет да сыпнет в нее столько соли, что и есть невозможно. Как только ни пакостила бесстыдница, да все исподтишка, прикрывая свои скверные поступки лицемерной любезностью и вежливостью. А старуха как будто не понимала, кто измывается над ней, по-прежнему терпеливо поучала, словно надеялась на хороший результат.

Но вот случилось вдруг то, чего никак не могла предположить молодая, здоровая, полная сил девушка: отнялись у нее ноги и ослабели руки — ни ходить не может, ни руками что-либо делать.

Заплакала, запричитала несчастная, да слезами горю не поможешь. Вспомнила она тогда о том, что есть Бог, да к тому же чудеса творящий. И обратилась она к нему, но Он как будто не слышал. Тогда не просто словами стала просить страдалица, а заговорила молитвами, но и молитвы не достигали уха Бога. Отчаявшись, выползла горемычная на крыльцо и сколько было сил крикнула:

— Господи, услышь меня!

— Что ты хочешь сказать мне? — спросила старуха, появившаяся невесть откуда.

— Не к тебе обращаюсь, злыдня — Бога прошу, — задыхаясь от негодования, ответила злобным рыком обезумевшая от отчаяния.

— Я слушаю тебя, — снова сказала старуха.

— Пошла прочь! — завопила обреченная на мучения.

— Как тебе будет угодно, — произнесла старуха и вдруг стала расправляться, грязные тряпки начали превращаться в светлые одежды, и перед удивленными глазами мученицы предстал светящийся образ Бога.

— Я исполню волю твою, — услышала обескураженная несчастная, и тут же величественный образ Бога растворился и исчез.

Мы не знаем, в каком обличье к нам приходит Бог. Чтобы не лишиться милости Божьей, к каждому надо относиться так, как к Богу.

ПРИТЧА О ПРАВИТЕЛЕ

У одного правителя был единственный сын, которого он хотел посадить на царство, но тот отказался от наследства и покинул дворец. Тогда правитель издал указ, запрещающий детям покидать родительский дом. Прошло некоторое время, сын не возвращался, зато пришла к правителю женщина, умоляющая вернуть ее сыновей, покинувших родной дом и последовавших за неким странником.

Правитель приказал найти детей женщины и доставить к матери. Услышав такое повеление правителя, сыновья женщины сами пришли во дворец. С ними был и странник, путем которого они следовали.

Сыновья сказали:

— Наша мать вела безнравственную жизнь. Мы не только не знаем своих отцов, но толком не знаем и своей матери, которая даже забывала накормить нас, посвящая себя разврату. Мы выросли сами и вправе сами выбрать себе путь.

— Вы обязаны вернуться к матери — такова моя воля! — заявил правитель.

— Мы слышали, что твой сын тоже покинул дворец. Ответь нам, что побудило его оставить родителя? — спросили сыновья.

Правитель не был готов к такому вопросу и растерялся. Тогда он вызвал к себе советника.

— Ты должен помочь мне достойно выйти из этой ситуации, — приказал правитель.

— Скажи, что отправил своего в дальние страны, — предложил царский советник.

— Да будет вам известно, что сына своего я отправил в дальние страны, — сказал правитель сыновьям женщины.

— Мы слышали, — вмешался в разговор странник, — что твой сын, когда узнал, что моральные устои его отца не соответствуют ни человеческим нормам, ни, тем более, строгим правилам правителя, был крайне удивлен и безмерно возмущен. Царь для всех — это наместник Бога на земле. Но то, что открылось сыну, не соответствовало высокому статусу божественного посланника. Когда сын понял, что ему предстоит та же участь, что и его отцу, он покинул дворец, ибо такая жизнь и такое правление претило его мировоззрению.

Правителя удивило знание каким-то странником внутренней жизни дворца, и он снова обратился к советнику:

— Что мне ответить?

— Скажи, что никто ничего не может знать о жизни правителя, — посоветовал царский подданный, и правитель повторил его слова.

— Возможно, это неизвестно тем, кто не жил во дворце, но я твой сын, — сбросив с головы повязку, произнес сын правителя, который выдавал себя за странника, — и я знаю жизнь, которую ведет правитель. Она ничем не лучше той жизни, которую ведет мать этих юношей.

— Ты сравниваешь меня с какой-то проституткой? — возмутился правитель.

— Жизнь царя превосходит беспутство проститутки! Но страшнее всего, что проституция царит не только в личной жизни царя, но и в его правлении. Это претит моему духу, поэтому я избрал путь, где не может и не должно быть проституции, — горячо произнес сын правителя.

— Наведи порядок в своей семье, потом улаживай дела в чужой, — сказал один из сыновей женщины правителю.

— Нельзя приказать следовать беспутству, если требуешь следовать морали, как и нельзя приказать следовать морали, если погряз в беспутстве, — изрек сын правителя.

Ни правитель, ни советник не нашли что ответить на слова наследника, и правителю ничего не оставалось, как отпустить сыновей женщины и не препятствовать собственному сыну покинуть дворец.

Правильное решение требует правильного понимания вещей. Не понимая сути проблемы, нельзя уйти от проблемы. Пытаться решить проблему волевым путем, а не мудрым решением — все равно, что пустить воздух в воду — звука нет, но пузыри поднимутся наверх и выдадут действие. Не делайте того, что, в лучшем случае, поставит вас в неловкое положение, а в худшем — опозорит.

ПРИТЧА ОБ ОВЦЕ

Жила-была маленькая овечка. И случилось так, что в местности, где она обитала, наступила великая сушь. Нигде не осталось ни травинки только камни и песок. Долго бродила бедная овечка в поисках хоть какой-нибудь пищи.

Сжалился над нею Бог и дал ей клочок зеленой травы, да не просто травы, а травы чудодейственной — маленького клочка на всю жизнь хватит.

Увидела траву овца, но от малого ума так громко заблеяла, выражая радость, что сбежались бараны и не от большого ума затоптали траву.

Будешь громко блеять, из овечки превратишься в овцу.

Получив дар от Бога, благодари тихим словом, а не блей от радости.

Овцу окружают только бараны.

Не открывай Божий дар перед баранами — затопчут.

ПРИТЧА О ЛЕБЕДЕНКЕ

Появилась на птичьем дворе лебедиха с вывихнутым крылом и сломанной лапкой. Снесла она яйцо и вскоре после этого исчезла. Вылупился из яйца лебеденок, но не пришелся он к птичьему двору. Никто его не любил, а больше всех — молодая индюшка, которую опекал старый индюк.

— Прочь с нашего двора! — кричала индюшка и при этом каждый раз оглядывалась на индюка.

Индюк надувался, краснел, потом синел, расправлял крылья и хвост… и пугал своим грозным видом малыша, как впрочем, и всех обитателей птичьего двора.

— За что вы так не любите меня? — спрашивал лебеденок. — Я ведь лебеденок — мирная птица.

— За то и не любим, что ты иная птица! — крякала старая утка, считавшая себя самой умной на птичьем дворе.

— Неужели вы не понимаете, что я лебедь? Пройдет совсем немного времени, я взлечу и никогда уже не вернусь на ваш двор. Я буду парить под облаками…

— Он хочет быть не таким, как мы! — завопила индюшка, оглянувшись на индюка. Тот зашипел и уже собрался кинуться на лебеденка, как вдруг с неба камнем упал коршун. Он ударил индюка в самую голову, схватил индюшку и исчез.

— Это все из-за тебя, — злобно крякнула утка. — Не было еще такого, чтобы коршуны с неба падали.

— Я бы улетел, чтобы не доставлять вам бед, но у меня еще не выросли крылья, да и раньше времени птицы в небо не поднимаются, — попробовал оправдаться лебеденок.

— Тогда поди прочь с наших глаз, — прокрякала утка, — нам так спокойней.

Только тем птицам даются крылья, кто видит дальше курятника. Только те птицы поднимаются в небо, кто создан для полетов.

ПРИТЧА О ГЛУПЦЕ, ОСУДИВШЕМ МУДРЕЦА

Решил один глупец осудить мудреца, а так как все вокруг тоже были глупы, то у него это получилось.

Прошло время — а время, как известно, самый лучший судья — и мудрец вышел из забвения, имя его засияло новой силой, и был он признан великим.

Глупец и ему подобные обрели покой забвения. А история наложила на них проклятие.

Не берись судить, не зная, кто перед тобой, дабы не уподобиться глупцу, проявившему глупость и получившему в качестве награды забвение.

ПРИТЧА ПРО ОРЛА И КУКУШКУ

Полюбил Орел Кукушку за ее внешность, да не знал он, что она кукует.

Хотел он спокойной да сладкой жизни с ней, не успел и предложение сделать, а она уже все раскуковала по лесу.

Захотел он иметь детей с ней, да она разбросала свои яйца по чужим гнездам.

Захотел он сделать ее орлицей, а она так размахалась крыльями, что только пыль подняла да засыпала ею глаза Орлу.

Когда Орел проморгался да пришел в себя, оказался он среди птиц пересмешников, которые осмеяли его.

Полетел Орел к сородичам, а сородичи отвернулись.

— Кукушиным от тебя несет, — сказали они, — не брат ты нам.

Попробовал Орел вновь в небо взвиться, да острота зрения не та стала и сила в крыльях иссякла. Не знал Орел, куда лететь, да и крылья ослабли — не поднимают высоко, парит низко над землей, да только пыль поднимает.

Решил Орел отомстить кукушке, да где уж там: о другом она уже кукует да по другим гнездам яйца разбрасывает.

Так и сгинул Орел.

Орлу надо искать подругу по крылу — Орлицу.

Свяжешься с кукушкой — будешь весь век куковать.

Захотел счастье малое — потерял большое.

Орлу — орлиное, кукушке — кукушкино.

ПРИТЧА О ЦАРИЦЕ-ЗМЕЕ

Когда Бог сотворял Землю и обитателей ее, то и Землю Он наградил красотой, и обитателей ее.  Дал Он красоту и малому, и большому, только живому впридачу дал ум: кому — большой, кому — маленький.

Растения росли, цвели, давали плоды и радовали глаз Создателя. Живым обитателям этого показалось мало — просто быть красивыми и просто радовать красотой Творца. Некоторые захотели быть богами на Земле, хотя такого права Бог им не давал.

Лев стал царем зверей, человек – царем всей природы, а змея, так как ей ничего не досталось, решила стать царицей ума и всех учить уму-разуму.

Когда она была маленькой и неприметной, то была смиренна, давала умные советы, но к ней не прислушивались и не признавали ее как царскую особу. Это начало злить змею. Злость начала накапливаться внутри, превращаться в яд.

С появлением яда Змея не давала уже умные советы, а начала подкусывать, вливая под кожу жертве яд. Но не все обитатели Земли боялись ее: кто-то мог раздавить или даже съесть. И тогда Змея породила в себе смертельным яд, и от укуса ее жертва умирала. Со временем против ее яда не находилось противоядия.

Раньше змейка незаметной была, ползала вроде ящерки в траве, но это больше не удовлетворяло ее, и решила она менять свою кожу. Она одну сбрасывала, другую надевала и в новой блестела так, что блеском своим затмевала глаза. Но никто не ослеп, а многие стали избегать ее: уж очень она слепила своим ярким нарядом.

Тогда Змея решила стать такого размера, чтобы боялись ее даже цари. И начала она расти. Огромной стала, но не больше некоторых обитателей, видимо, Бог не дал такой возможности. И здесь она не взяла верх.

Это разозлило Змею. Надулась она, да так, что шея стала похожа на воротник. «Пусть хоть это придаст мне царственности», — подумала она. Но и царский ворот не сделал Змею царицей.

Тогда Змея сотворила на своем хвосте погремушку, чтобы громко греметь и тем пугать обитателей. Шума от ее хвоста было много, но трескотня была пустой, и не все пугались громкого, но пустого звука.

Тогда решила Змея чары применить — колдовством глаз брать. Уставится своими глазищами на жертву, зачарует взглядом, обворожит, парализует да целиком и проглотит.

Было, казалось, у Змеи все: и блеск, и величина, и воротник, и погремушка, и магнетизм, чтобы держать обитателей в страхе, но опять не все боялись ее. И тогда она сказала: «Царей много, но я сам Бог и почитать меня надо, как Бога».

Творец посмотрел сверху и понял, что ума Он Змее дал мало, ибо с большим умом такого не натворишь. Но так как головка у Змеи была очень маленькая — меньше капюшона и погремушки, созданных ею самой, то большой ум вложить было некуда. И оставил Создатель ее без ума.

Говорят, что при сотворении Земли и создании ее обитателей змеи мудрыми были; теперь же, лишившись ума, стали опасными. Чтобы не наносили они вред всему живому и разумному на Земле, были упрятаны под землю. Птицы в небе летают, звери по земле ходят, а пресмыкающиеся, кем стали змеи, под землей обитают, лишенные солнца и божественной благодати. Красивы они, да красота их чувство брезгливости вызывает; трескучи да шипучи, да сиплый голос их слуха не радует; волшебной силой глаз обладают, да на колдовство это похоже,  а уж ядовиты так, как никто более не ядовит, чем они, никто так не опасен, чем они. А потому не стало им места под солнцем. И Бог про них забыл, и обитателям Земли не до них. Клубятся в земле без пользы и только неприязнь да презрение к себе вызывают. Так бывает с тем, кто многого хочет.

ПРИТЧА О ДЕВОЧКЕ, ПОБЕДИВШЕЙ ГИДРУ

В одной стране появилась гидра. Хвостом по земле ударит — люди от страха замирают. Глазами сверкнет — все недвижимым становится. Головой махнет — языком всех слизнет и проглотит. Какие только богатыри не выходили на битву с ней, да все тщетно — ничего не могли поделать. Непобедимой была гидра. Народ уже и бороться перестал. Сам на смерть шел, считая: все одно помирать, так не все ли равно, раньше или позже. Только одно перед смертью делали люди: наедались, устраивали веселье и сами шли к гидре.

Но вот появился старик.

— Я стар и то помирать не собираюсь. Как же вы можете свою молодость губить? — удивился он, глядя на обезумевших от страха людей.

— Гидру никто не может победить, а посему нет нужды бороться, — ответили они.

— А если бы нашелся тот, кто победит чудовище? — спросил старик.

— Нет таких, — отчаянно произнесли люди.

— Если бы я не был пророком, я бы, наверное, тоже так же думал, но знаю я, что гидру победит маленькая девочка.

Люди криво улыбнулись.

— Богатыри не справились, а уж ребенку это тем более не под силу.

И вдруг появилась маленькая девочка. Она увидела чудовище и засмеялась.

— Ой, какой неуклюжий и смешной! — закричала девочка и захлопала в ладоши.

— Уходи, а не то чудовище съест тебя! Оно злое и страшное! — запричитали люди.

Девочка весело засмеялась.

— Я не боюсь его, потому что оно смешное!

И чудовище в тот же миг исчезло.

— Не может быть! — не поверили люди.

Нет ничего, что могло бы победить нас. Нет страха — нет и чудовища.

ПРИТЧА О ГЛУПОМ ПРАВИТЕЛЕ

Жил один правитель, и все он делал наоборот: когда надо было наказывать — он миловал, когда надо было миловать — он наказывал; когда надо было вести войну — объявлял мир, когда надо было объявлять мир — он начинал войну, когда надо было разбрасывать камни — он приказывал собирать, а когда надо было собирать — он приказывал разбрасывать, и так во всем.

Однажды пришел к нему мудрец и подарил яблоко.

— Зачем мне яблоко? — спросил, недоумевая, правитель.

— Одному человеку яблоко упало на голову, и он прозрел, я надеюсь, что ты поумнеешь, — ответил мудрец.

— Я не вижу связи между прозрением и поумнением! — возмутился правитель и тут же приказал всю воду направить в гору.

— По закону природы вода течет только вниз, а не вверх, — сказал мудрец.

— Я правитель и могу указывать даже природе! А ты, глупец, прочь отсюда! — воскликнул царь.

— Я мудрец, а ты даже не правитель, — сказал философ и ушел.

И вдруг с гор хлынула вода. Мощным потоком она обрушилась на владения правителя, подхватила глупца и понесла его со всем тем, что разрушала на своем пути.

От испуга правитель онемел. Он не мог кричать и звать на помощь. Когда он барахтался в бурном потоке, ему казалось, что он слышит чей-то голос, похожий на голос мудреца.

— Не посылай воду в гору: в этом нет ни смысла, ни пользы. Когда небо преградит воде путь, она сорвется с вершины и обрушится на тебя и сметет тебя, как ты делал это с теми, кто был тебе неугоден; сметет все, что ты построил, ибо постройки твои более вредоносны, чем полезны; она очистит от тебя землю, что бы начать жизнь сначала.

— Это ты наслал бурю! — вдруг закричал правитель. — Все беды от ума!

— От глупости, — прозвучало где-то рядом, и это были последние слова, которые услышал правитель.

Вред — от глупости, а не от мудрости, но, к сожалению, мир этого так до сих пор и не понял.

ПРИТЧА О ПАУКЕ

Жил один паук среди сородичей, но все ему казалось, что в их паутину попадает больше живности, чем в его. И тогда он нашел место, куда просто заносило все то, что обогащало паука. Чтобы никому не было завидно, старался паук жить скромно и тихо, но раскидывая свою паутину так, что сородичам все время приходилось тесниться. Когда все уже было окутано липкой паутиной, паук крикнул:

— Я один правлю этим миром!

А в это время по направлению к паутине летела маленькая птичка. Паук просто оказался на ее пути. Птичка открыла рот, и он очутился там, откуда не возвращаются.

Глупо думать, что всё в твоей паутине, даже если ты паук. Пауки такая же добыча тех, кто питается им.

ПРИТЧА О ПОЧИТАНИИ РОДИТЕЛЕЙ

Один человек спросили у мудреца: «Дóлжно ли почитать родителей?». Мудрец ответил:

— Мать человеческая равна матери природе. Природа рождает все, в том числе и человека, который есть ее дитя, мать тоже рождает ребенка, который есть ее плод. Человек должен почитать и беречь природу, ибо, разрушая ее, он разрушит и себя вместе с ней. Почитая мать, он тоже печется о своем будущем, ибо получит почтение от своих детей. Но как и в природе есть благодатная почва, а есть разрушающая, так и родители есть благо дающие, а есть — отнимающие. Как нельзя стоять у кратера извергающегося вулкана, потому что лава может упасть на голову и причинить смерть, так и не стоит находиться рядом с теми родителями, которые причиняют вред. Ибо, потакая их неразумным требованиям, или не противостоя их деспотизму, можно стать такими же, как они, и состариться раньше их. Иногда отказ от родителей бывает полезнее почитания. Но надо уметь разделять почву питающую от почвы убивающей.

Выслушал человек мудреца и задумался: «Моя мать дала мне жизнь и вырастила меня, теперь она хочет, чтобы я уподобился ей. Она ненавидит этот мир, считая, что он плох, что в нем только ложь, ненависть, злость и корысть. Я тоже вижу это, но сам не хочу быть таким, а если не хочу, значит, не буду прибавлять ложь, ненависть, злость и корысть. Если я не прибавляю, то, значит, будет то светлое в мире, которое будет уменьшать в нем ложь, ненависть, злость и корысть. Но моя мать хочет, чтобы я уподобился ей и делал то, что претит мне. Если я откажусь от этого, то моя мать не поймет меня, она по-прежнему будет требовать относиться к миру так, как это делает она. Я считаю такую жизнь недостойной человека, идущего по пути добра, и в этом случае почитание хуже непочитания. Лучше стоять на вершине недействующего вулкана, чем у подножия извергающегося».

— Пусть Бог простит меня, но я покидаю ту, что дала мне жизнь, — сказал человек и покинул дом, где был рожден матерью, неспособной к благодеянию.

Непочитание иногда лучше почитания, если хорошо понимать, в чем его польза.

ПРИТЧА ОБ УРОКЕ СМИРЕНИЯ И ПОКОРНОСТИ

Попросились два человека к Учителю:

— Возьми нас, мы будем твоими учениками.

— Хорошо, — сказал Учитель. — Один пусть переливает воду из кувшина в кувшин, а другой перекладывает камешки с одного места на другое.

Взялись ученики за работу. Вскоре одному надоело перекладывать камни, и он сказал Учителю:

— Что толку перекладывать камни с одного места на другой — скучно и бесполезно, дозволь мне переливать воду.

Учитель разрешил ученикам поменяться местами.

Вскоре ученику, перекладывающему вначале камни, а теперь переливающему воду, надоело и это занятие.

— Учитель, дай мне такое задание, чтобы я чему-то учился, — попросил ученик.

— А ты и так учишься, — сказал Учитель.

— Чему я могу научиться, перекладывая камни и переливая воду? — удивился ученик.

— Смирению и покорности, — ответил Учитель. — С этого начинается каждое учение. Кто смиренно выполняет, казалось бы, бессмысленное задание, тот с рвением выполнит то, в котором заложен глубокий смысл. Никто не знает, в чем смысла больше: читать мудрые письмена и не понимать их смысла или перекладывать камни и порождать мысли, в которых нередко бывает глубокий смысл. Ты нетерпелив, а нетерпение — враг любого учения.

Уметь смирять и покорять себя — значит иметь власть над собой.

ПРИТЧА О ЖЕЛАЮЩИХ НАУЧИТЬСЯ МУДРОСТИ

Пришли к одному мудрецу люди и попросили взять их в ученики.

— Хотим мы, как ты, владеть мудростью, — сказали люди.

— Хорошо, — сказал мудрец, — живите рядом, смотрите, что я делаю, слушайте, что говорю, и учитесь.

Люди остались подле мудреца: смотрели, как он живет и что делает, слушали, о чем говорит и как говорит, но будто остались в том мире, в котором и жили до встречи с учителем.

Прошло семь лет, и решили люди спросить у мудреца, кем стали и чего достигли. Мудрец устремил глаза вдаль, словно там видел то, что следовало сказать, и произнес:

— Двое, как лебеди, — красивые, грациозные, созерцательные, да созерцание то друг на друга направлено. Глядишь на них, но, кроме изящества, ничего не видишь. Один из вас, словно ослик, ходит по кругу: смотрит все время вперед, да видит только бесконечность одного и того же, всегда спешит, но миллион раз по одной и той же стезе идет. Глядишь на него и видишь покорность обстоятельствам. Другой, как крот, трудится много, да, кроме темноты, ничего не видит, да и этого видеть не может, потому что слеп. Зачем ему небесное, если земное удовлетворяет. Глядишь на него и понимаешь, что, кроме жалости, ничего он в душе не порождает. Третий, будто гусенок: кто движется перед ним, тот и родитель, за тем и бежит. А родителем не летающая птица может оказаться, а ползающий или идущий, так можно никогда не взлететь. Глядишь на него и слабость ума отмечаешь. Один, как крокодил, умен, но норовист: зазеваешься — ненароком в пасть его попадешь. Глядишь на него и понимаешь, как силен низший дух. Нет среди вас птиц, устремленных к солнцу. Того можно в беспредельность вывести, кто крылатое сердце имеет.

— Что же нам делать, чтобы таким, как ты, стать? — спросили ученики.

— Живите рядом, смотрите, что я делаю, слушайте, что говорю, и учитесь, — ответил мудрец.

— Но мы прожили возле тебя семь лет, но так ничему и не научились.

— Можно прожить и всю жизнь, да так ничему и не научиться. Сначала определите, чего вы хотите. Будет цель — будет и путь к цели, а пока есть обычное препровождение времени рядом с учителем. Можно научиться тому, как он ест, как спит, как сидит в раздумье, но нельзя постичь то, о чем он думает. То, куда он уходит мыслями, есть бесконечность непознанного, вечность Божественного, беспредельность познаваемого. Только попав туда, можно окунуться в океан разума, достичь высоту мудрости, познать глубину познаваемого. Но для этого надо заниматься не самолюбованием, а самопогружением, не видением внешнего, а созерцанием внутреннего; не бежать по кругу, а лететь вверх на крыльях своего воображения, не отдавать себя земному, а посвящать небесному; не утешаться данностью, а развиваться в поиске; не идти на поводу у натуры, а преодолевать ее.

Мудрость во всем, что человека окружает, но глаз ее не видит, ухо не слышит, а ум не воспринимает. Научить мудрости можно того, в чьем сердце и разуме она уже пребывает.

ПРИТЧА О МУДРЕЦЕ И КУРИЦАХ

Увидел однажды мудрец курицу в гнезде. Яйцо только наполовину вышло, а она кудахчет так, будто уже … петуха увидала.

— Вот так и люди, — сказал он, глядя на курицу, — еще полдела сделано, а кричат так, будто величайшего успеха добились.

Наблюдал мудрец за курицей, которая вместе со своими цыплятами утенка пестовала. Однажды утенок свалился в реку и поплыл. Раскудахталась тут курица, крыльями замахала.

— Не голосить надо, а радоваться, — сказал мудрец, — дитя твое поплыло уже. Недалек час — взлетит в небо и полетит. — Но, сочтя это бесполезным, пошел прочь, говоря сам себе: — Так и люди, все думают, что их дети такими же, как они, будут. А случись детям взлететь выше родителей — запричитают, убоясь, что те разбиться могут. Далеко ли люди ушли от тех, от кого произошли? А ведь миллионы лет миновало. Жаль их, Богу в разуме уподобились, а мудрыми не стали: все животными чувствами живут.

Курица — птица, да не взлетит, человек — не птица, да над собой подняться может.

ПРИТЧА ОБ УРОКЕ НА ПОСЛУШАНИЕ

Сказал учитель ученику:

— Отдай мне свое платье.

Удивился ученик такому предложению учителя и ответил:

— У меня оно одно. Зачем тебе мое, если у тебя есть?

Случилась буря. Ветер был таким сильным, что гнул деревья, срывал листву, рвал в клочья одежду ученика, а учитель стоял спокойно, и ветер будто обтекал его, не причиняя ему вреда.

Когда все стихло, ученик обнаружил, что он совершенно гол, а учитель как был в платье до урагана, так и остался в одет после него.

— Если бы ты послушал меня, у тебя было бы платье, теперь же ты гол. Вот до чего доводит непослушание.

— Если бы я предвидел все, как ты… — произнес ученик.

— Ты был бы уже на моем месте, а пока ты постигаешь первый урок на послушание, — сказал учитель.

— Ты говорил, что слышишь Бога. Почему же до сих пор не стал им? — попытался умалить свою вину ученик.

— Почем тебе знать: кто я? Твое дело не уличать, а учиться, и, кто бы ни учил тебя, он носит одно имя — Учитель, будь то мудрец или Бог. Твое дело постигать, но пока ты этого не умеешь.

Послушание обогащает, непослушание лишает.

ПРИТЧА ОБ ИЛЛЮЗИИ

Один правитель мечтал завоевать весь мир. Он собрал армию, хорошо обучил ее, вооружил и направился на Восток. Армия быстро продвигалась и одерживала победы. Была разрушена одна страна, вторая, третья, четвертая почти лежала у ног, а впереди уже маячила пятая. Успех был ошеломляющим. Радости правителя не было конца. Но горе тому, кто забывает, что над всем стоит Бог.

Однажды ночью, после очередного пиршества, перед глазами правителя возник старик в белом.

— Ты пролил много крови, и твой грех велик, — произнес он.

Правитель, одурманенный вином и радостью, посмотрел туда, где стоял старик, и крикнул:

— Кто ты такой, чтобы мне указывать?!

— Бог, — ответил старик.

— Если бы ты был, ты бы просто не допустил этого. А так как я уже завоевал не одну страну, убил и поработил тысячи людей и никто не воспрепятствовал этому, то тебя нет! — кричал в пустоту правитель.

— Есть, — так же твердо ответил старик.

— Ты — вымысел церковников, которые не меньше, чем я, хотят властвовать! Но я один и царь и бог! И только я буду править этим миром!

— Миром правлю я, — сказал старик. — Я его создал, я управляю им, и никто не нарушит ту гармонию, которую я сотворил. Тот же, кто спорит со мной и разрушает созданное мной, уйдет в мир, им сотворенный, но этот мир именуется адом.

Старик исчез. Правителя охватил страх, но, увидев по-прежнему веселившихся приближенных, он засомневался в том, что говорил с кем-то.

— Кто здесь был? — спросил он у одного из военачальников.

— Где? — тараща на правителя пьяные глаза, переспросил тот.

— Здесь, — повторил правитель.

— А кто здесь был? — не мог понять одурманенный вином военачальник.

— Старик, — сказал правитель.

— Стариков в нашей армии нет, мой господин, — выкрикнул военачальник. — Детей тоже. Всех стариков, женщин и детей перебили во вчерашнем бою.

— Но здесь был старик, и он сказал, что он сам Бог.

— Бога нет, мой господин. Если бы он был, он бы не допустил той кровавой резни, которую мы устраиваем на протяжении многих лет.

Правитель успокоился и ушел спать. Утром надо было выступать в новый поход. Ночью правителю приснился сон, будто земля задрожала, стала трескаться и расходиться, и в зияющую пропасть падали солдаты, командиры, вооружение и он сам. Он летел в бездну. Это падение было долгим и мучительным, а перед глазами проплывало все: и земли, залитые кровью, и разрушенные города, и изувеченные тела; стоны, вопли и проклятия разрывали уши. Правитель посмотрел вверх и увидел того самого старика, который являлся ему ночью.

— Господи! — завопил правитель. — Спаси!

— Я есть! — сказал старик. — И никто не нарушит гармонии Вселенной.

Правитель закричал себе:

— Проснись!

Он проснулся в своей кровати.

— Какой ужасный сон, — еле проговорил он, и тут же сон слепил очи и правитель увидел, как снова разверзлась бездна и стала поглощать его, армию и даже его страну, которая была сейчас очень далеко. Он снова видел земли, залитые кровью, разрушенные города и убитых; он снова слышал стоны, вопли и проклятия.

— Проснись! — закричал он и ощутил себя на своей кровати. — Это иллюзия, — прошептал он, и опять все повторилось. И так повторялось снова и снова, и правитель больше не понимал, где явь, а где иллюзия.

Не создавай иллюзий, чтобы в них не оказаться.

ПРИТЧА О СУМАСШЕСТВИИ

Один молодой солдат впервые попал на войну. Он был хорошо обучен и знал, как побеждать врага. В первом же бою он уложил несколько солдат противника, как вдруг перед ним оказался ребенок с палкой в руках. Глядя на маленькое хрупкое тельце, можно было понять, что этот воин, вооруженный палкой, не принесет вреда, но, разгоряченный успехом, солдат не задумываясь, отсек ребенку руку. Рука с палкой отлетела, а ослабленное тельце осело на землю; глаза ребенка смотрели в небо, и нельзя было понять, жив он или мертв.

Бой продолжался, солдат уничтожал новых и новых врагов  и совсем забыл о ребенке, который остался на поле брани вместе с теми, кто защищал свою родину.

Наступила ночь, все стихло, и солдат вместе со своими товарищами заснул, но вдруг — то ли сон, то ли явь — перед его глазами появился ребенок с палкой. Не думая, солдат отсек ребенку руку, но рука приросла и с угрозой поднялась на солдата. Он снова отсек руку… так продолжалось до утра. Так продолжалось каждую ночь. Потом это начало происходить и днем. На поле брани солдат видел только ребенка с палкой в руке, потом отсеченную руку, оседающее тело, широко открытые глаза, снова поднятую руку, и так без конца.

Когда командир привел молодого солдата в чувство, он спросил, что произошло. Тот поведал ему о содеянном и о навязчивом видении. Командир засмеялся, сказав, что это чушь и надо просто отдохнуть.

Ночью командир увидел ребенка с палкой в руках и, испугавшись не известно чего, отсек мальчику руку. Рука с палкой отлетела в сторону, ослабшее тело осело, глаза остались широко открытыми, их взгляд был устремлен в небо.

Этот кошмар стал мучить командира, дошло до того, что измученного военачальника привели к полководцу. Тот попросил объяснить, что происходит, и военачальник рассказал о том, что случилось с одним из его солдат, а потом и с ним.

Полководец засмеялся.

— Такое простительно молодому солдату, но не опытному командиру, — заявил он.

Ночью полководец увидел ребенка с палкой в руках и, испугавшись, отсек мальчику руку. Рука с палкой отлетела в сторону, ослабшее тело осело, глаза остались широко открытыми, их взгляд был устремлен в небо, губы прошептали: «Господи, покарай их».

Это стало настоящим безумием, которое от полководца передалось всем военачальникам и солдатам. Им стали мерещиться мальчики, которым отсекали руку, но те поднимались и снова начинали угрожать своим безобидным оружием. Руку снова отсекали, ослабшее тело оседало, и взгляд, полный страдания и боли, устремлялся в небо. Вся некогда могущественная армия обезумела. Видение грозило полным развалом грозному и непобедимому войску. Тогда сам правитель прибыл в армию, чтобы разобраться, что произошло. Он потребовал объяснений. Опытный полководец, прошедший не одну войну и одержавший не одну победу, рассказал о том, что один из командиров доложил ему о ненормальном поведении солдата, которое постепенно заразило всю армию.

— Все видят одно и то же, — говорил полководец, — как ребенок с палкой в руках начинает приближаться, ему отсекают руку, рука с палкой отлетает, тело падает на землю, а мальчик кричит: «Покарай их, Господи!»

— Такого не может быть! — в гневе крикнул правитель. И тут же перед ним явился ребенок с палкой в руках. — Нет! — закричал правитель и впал в беспамятство.

Когда он очнулся и спросил, где он и что с ним, приближенные ему тут же доложили:

— Во дворце, в своей спальне.

— А что происходит в мире? — спросил правитель.

— На нашу страну напали дети, вооруженные палками, — отвечали ему, — им отсекают руки, они умирают, но на их место приходят новые, и новые, и новые…

— Хватит! — закричал правитель. — Этого не может быть, все сразу не могут стать сумасшедшими, это не эпидемия чумы.

— Нет, мы не сумасшедшие! — воскликнули приближенные. — Но эти бессмертные мальчики с палками — повсюду, они угрожают нам. Они хотят нас убить! Их надо уничтожить.

И на глазах у правителя его подданные начали отсекать руки друг у друга. Спасаясь от обезумевших приближенных, он выбежал из дворца, но повсюду творилось одно и то же: люди отсекали руки друг у друга, крича, что их хотят уничтожить. Безумие охватило всю страну, от этого никуда нельзя было спрятаться. И вдруг все повернулись к правителю и стали кричать:

— Вот этот ребенок с палкой в руках! Убейте его!

Правитель понял, что объяснять что-то бесполезно, остается только бежать, и он побежал. Казалось, за ним бежала вся страна, вопя:

— Вот этот ребенок с палкой в руках! Убейте его!

— Господи! Покарай их! — в испуге закричал правитель.

— Я уже покарал, — услышал он, его рука отлетела в сторону, ослабшее тело осело на землю, глаза широко открылись и устремились в небо… Больше он ничего не видел.

Сумасшествие не чума, не все сразу поражаются этой болезнью, но кара Господня настигает всех.

ПРИТЧА О БЛИЗКОМ И ДАЛЬНЕМ

Однажды учитель встретил трех молодых людей.

— Мы хотим идти с тобой, — сказали они.

— Кто достанет рукой до неба, тот и пойдет со мной, — ответил учитель.

Один стал прыгать, но старания его были тщетны, ибо допрыгнуть до неба невозможно.

Другой стал подниматься в гору, но чем выше он поднимался, тем выше становилось небо.

Третий склонился и коснулся ног учителя.

— Ты знаешь, где начинается небо — у ног того, кто о нем знает. Следуй за мной, — сказал учитель третьему, и они скрылись из вида.

Человек в дальнем ищет близкое, а надо в близком искать дальнее.

ПРИТЧА О ЗАСЛУЖЕННОМ

Однажды человек, долгое время живущий с учителем, спросил его:

— Учитель, почему я, идущий за тобою семь лет, не удостоился чести именоваться твоим учеником, а прошедший с тобой два года получил как награду это право?

— Когда ты встретил меня и увидел, что я не такой, как все, ты присоединился ко мне и фанатично исполнял все, что я говорил. Ты потерял родных и друзей, ты приобрел много врагов, ты был осмеян, но ничто не останавливало тебя, и в этом противостоянии ты окреп. Прошло время, и все поняли, что ты несокрушим, и оставили тебя. Толпа забрасывает камнями того, кто слаб, но кто силен, в того бросать камень не только неинтересно, но и опасно. Но внешний твой враг оказался слабее внутреннего. Гордыня и самость разрушили того, кто начинал путь со мной. В какой-то момент ты потерял не только благоговение, но и уважение ко мне. Ты стал разговаривать со мной, как с равным, потом начал перечить, потом — повышать голос… Ты неоднократно не только делал мне больно, но и заставлял плакать. Теперь я тот, кого ты заслуживаешь иметь рядом, — просто твой попутчик.

— Неужели я навсегда лишился возможности иметь наставника? — огорченно спросил человек.

— Ничего не теряется безвозвратно, даже смерть близкого не уносит его без следа, что-то дается взамен. А если смерть не разлучила нас, значит, у тебя есть шанс, но это новый путь в семь лет. Для человека с его короткой жизнью это много, но человек сам выбирает свой путь, и в его силах укоротить дистанцию или увеличить. Вот только каждый знает, что длинный путь тяжелее короткого.

Счастливая судьба не манна небесная, просто так с неба не падает, ее нужно заслужить.

ПРИТЧА О ПОМРАЧНЕНИИ

По истечении испытательного срока учитель сказал ученику, что тот не выдержал проверки, указав причины.

Ученик помрачнел, как небо перед грозой.

И наставник сказал:

— Учитель не должен видеть ни плохого настроения ученика, ни его слез, особенно в тот момент, когда он беседует с ним. Иначе он имеет повод думать, что слова его приносят вред, а так как золотое правило учителя — «не навреди», то он не будет более говорить ученику о его неудачах. Оставаясь в неведении, ученик перестанет совершенствоваться, и учителю не будет смысла дальше учить его, ибо непреодоление одного делает невозможным преодоление другого. А есть ли смысл вести вверх того, кто только опускается.

Если учитель излучает свет, то даже наказание ученика есть свет в развитии последнего. Любое слово духовного пастыря должно быть встречено с радостью, ибо оно несет ученику только благо.

ПРИТЧА О ПРИЗНАНИИ

В беседе с учителем ученик признался:

— Учитель, когда я мало знал тебя, я любил тебя, как Бога, когда стал жить рядом, это чувство покинуло меня.

Учителя не смутили слова ученика, и он сказал:

— Далекое всегда полно тайны и окружено ореолом божественности. Любой предмет, рассмотренный вблизи, теряет и то и другое. И дело не в том, что, живя рядом, ты стал видеть, как я ем, сплю и делаю то, что свойственно всем людям. Не это явилось причиной твоего охлаждения. Ты стал видеть не то, что полезно для тебя, а то, что ты считаешь бесполезным. Мои речи ты стал воспринимать как назидание и даже как насилие над твоей индивидуальностью. Но пагубно не это, ты искал учителей на стороне, покидая меня слишком часто. Можно ли любить того, кого боишься и кому не веришь. Если такие чувства испытывать к Богу, то и Он в твоих глазах померкнет и потеряет всякий смысл. И любовь твоя, и нелюбовь — это иллюзия, которую ты сам себе создаешь. Не я виноват в том, что зрение твое слабо, чтобы видеть больше, чем я есть, что слаб и слух твой, чтобы слышать больше, чем я произношу, что слаб и ум твой, ибо он воспринимает не мое божественное, а мое мирское. Я не становлюсь ни лучше ни хуже от того, любишь ты меня или нет. Я такой, какой есть. И плох не учитель, если ученик не научился у него, ибо первый уже достиг высот в познании, плох ученик, ибо он неприлежен и нестарателен.

Не учитель плохо учит — ученик плохо учится. Нерадение — удел слабых, прилежание — судьба сильных.

ПРИТЧА О НАСЛЕДИИ

У одного человека было два сына. Оба женились. У одного появились дети, а у другого их не было, но он стал писать книги и прослыл мудрецом. В конце жизни, когда заботятся о наследстве, человек все свое достояние передал сыну, у которого были дети, объяснив другому, что он отдает все тому, кто продолжает род.

Прошло время, умер человек, у которого были сыновья, умерли и сыновья того человека, и случилось так, что внуки умерли, не оставив после себя никого. Род человека прервался. Но и через тысячу лет помнили того, у кого был сын мудрец. И каждый начинал свой рассказ словами: «Мудрец, сын такого-то…»

Глупо считать, что род продолжается потомками, ибо эта нить когда-нибудь прервется. Род продолжается творениями его представителей, только они дают роду вечную жизнь.

ПРИТЧА ОБ УСМЕШКЕ

Один человек увидел как-то в жаркое время мудреца в теплой одежде и не сдержал улыбки. Когда у этого человека случилось горе, ему посоветовали пойти к мудрецу, так как только тот знал, как помочь. Придя к нему, человек увидел, что в доме его царит праздник. Мудрец, выйдя к человеку, сказал:

— Когда ты увидел меня в теплой одежде в жару, ты улыбнулся, посчитав это неуместным, теперь ты ощутил, как неуместно твое горе в праздничном веселье. Мое горе (моя болезнь) показались тебе смешными — над твоим горем смеется судьба. Свою болезнь ты создал сам, и я не в силах помочь тебе. Научись чужому горю сочувствовать, а чужому празднику радоваться, и тогда ты излечишься, беды и болезни не настигнут тебя, а праздники будут сопутствовать тебе.

ПРИТЧА О ПРЕДПОЧТЕНИИ

У одного человека женился старший сын. На свадьбу человек пригласил своего брата, но тот не пришел, потому что день свадьбы племянника совпадал с годовщиной смерти его собственного сына. Человек не понял брата, ибо его радость была для него важнее чужой скорби. Прошло время, в день свадьбы второго сына умер внук, сын первого сына, и ритуал погребения совпал с ритуалом свадьбы. Человек не знал, чему отдать предпочтение: пойти на похороны внука и провести день в скорби или пойти на свадьбу сына и провести день в радости. Он не пошел ни к тому, ни к другому, чем вызвал недовольство и того и другого сына. Так он разорвал отношение и с братом, и с сыновьями.

Живя настоящим, человек не думает о будущем, когда будущее становится настоящим, он забывает о прошедшем.

Своим настоящим человек творит будущее. Когда настоящее становится таким, каким человек не хотел бы его иметь, он забывает о прошлом, которым это настоящее порождено.

ПРИТЧА ОБ ЭКЗАМЕНЕ

Несколько лет учитель учил своих учеников, в конце обучения он провел своеобразный экзамен: дал всем одно и то же задание — перекладывать камешки из одной кучки в другую. Прошло время, и спросил учитель своих учеников, что каждый из них увидел в этом. Один сказал:

— Перекладывая камешки, я стал видеть каждый камень в отдельности. Я знал, какой он формы, какого цвета, знал его рисунок, знал каждый бугорок и каждую выемку на нем. Мне кажется, что я узнал характер каждого камня.

— Хорошо, — сказал учитель. — Я видел, как ты слушал каждый камень и даже разговаривал с ним. Ты открыл многое, поэтому можешь работать среди людей и с людьми. Ты пойдешь в народ и будешь учить его жизни.

Второй ученик сказал:

— Перекладывая камни, я так изучил их, что смог сложить стену. Камни подошли друг к другу так, что, не скрепленные ничем, они сохраняют равновесие в вертикальном положении.

— Хорошо, — сказал учитель. — Твое умение подбирать камни и строить стену позволит тебе быть правителем. Своих подчиненных ты сможешь организовать так, что созданное тобою государство будет идеальным. Если тебе посчастливится стать правителем, то жизнь стране, управляемой тобой, будет гармоничной, народ — счастливым. Попробуй реализовать себя в этом.

Третий ученик сказал:

— Перекладывая камни, я сначала видел звезды, затем увидел, как одно перетекает в другое, как в одном все уменьшается, а в другом увеличивается. Потом в каждом камне я рассмотрел свой мир, а в куче камней — множество миров. Куча камней была Вселенной со множеством миров. Мне кажется, я разгадал происхождение Мироздания.

— Хорошо, — сказал учитель. — Ты будешь тем, кто открывает Тайны Мироздания, ты будешь Учителем учителей.

Четвертый ученик сказал:

— Перекладывая камни, я перестал видеть их, я стал созерцать то, что неуловимо для физического зрения; я перестал слышать все вокруг, во мне звучала прекрасная музыка, я был уже за пределами этого мира, я был там, где обитает Бог.

— Хорошо, — сказал учитель. — Ты постиг непостижимое, таких называют просветленными. Твое место там, где нет пределов. — Он немного помолчал и добавил: — Каждый из вас делал одну и ту же работу, а результаты у всех различны. Можно изучать одно и то же, но достичь разных высот. Это говорит о том, что люди находятся на разных ступенях духовного развития, ведь каждый имеет свой жизненный опыт. Тот, чей опыт мал, никогда не станет просветленным, какие бы усилия он ни прикладывал. Нельзя постичь непостижимое, но нельзя и стоять на месте, считая, что это невозможно. Возможно все, и надо стремиться к своей цели. Пусть сегодня твоя участь — жить среди людей и учить их. Это самая трудная и порой трагичная участь, так как люди, чаще всего, не оценив дарованного им блага, расправляются с тем, кто пытался привести их к просветлению ума. Завтра твоя задача будет заключаться в том, чтобы изменить мир. Это тоже нелегко, так как время перемен, возможно, еще не наступило. Такой человек опережает свой век и чаще бывает не понят. Послезавтра перед тобой может открыться Мироздание со всеми своими тайнами, и это будет иной мир, в котором Бог становится постижим. И только после это ты можешь слиться с Тем, Кого постиг, и это будет истинное счастье. К этому приходят все, но путь слишком долог. Начинай с малого, и пусть оно не страшит тебя. Преодолевай трудное, ибо без этого нет движения вперед. Не останавливайся на достигнутом, ибо остановиться может лишь тот, кто постиг непостижимое и слился с ним. Став единым с Тем, Кто совершенен, можно остановиться, ибо он уже стал тем Высшим Благом, которое будет нисходить на мир.

Экзамен нужен для того, чтобы знать, чего достиг.

ПРИТЧА О ЛОЖНОМ МИССИОНЕРСТВЕ

Жил один правитель, и был он очень набожен. Он читал Святое Писание, исправно молился, постоянно посылал хвалу Богу. Благодарность его была вызвана тем, что правитель понял из Писания: он избран Богом для великой миссии. А так как ни один народ не воспринимал его как мессию, то правителю приходилось доказывать это огнем и мечом. Те, кому он доказывал свою богоизбранность, лишались и крова, и добра своего. Насаждая свою веру, правитель не щадил никого. И возопили люди:

— Господи, неужели это ты наслал на нас эту напасть?

Посмотрел Бог на деяния того, кто возомнил себя мессией, и сказал:

— Не был этот человек моим избранником, ибо варвар таковым быть не может. Да не каждому мудрецу я доверю нести Слово мое, не каждому знающему Законы мои я дам право вершить Волю мою на земле, не каждый, посвященный в Тайны мои, получит благословение мое на исполнение святой миссии. Тот, кто в самомнении своем берет на себя больше того, что я ему дал, творит зло, будет лишен моей милости.

А так как весь народ того правителя был поражен страшной болезнью миссионерства и не было практически никого, кто не желал бы навязать свою веру другому, то Бог выпустил на волю стихию, которая без Его ведома ничего не разрушала в Его творении.

И вырвалась стихия, и устремилась туда, где жил правитель, считавший себя от мессией, и народ его, видевший и себя в этой высокой роли. И стали ураганы сметать все с лица земли, и стала содрогаться земля, поглощая и живое и мертвое, хлынула вода, слизывая языком своим все, что уже было разрушено, взорвались вулканы, засыпая все вокруг пеплом и заливая огненной лавой. И мертвой стала земля, и не было на ней более тех, кто решил от имени Бога перестроить Его же творение.

— Не будет так, чтобы человеческая ложь божью правду уничтожала, — сказал Бог. — Не будет так, чтобы от моего имени зло творилось. Не может быть моим посланником тот, кто в руке меч держит. Истинный мессия с моим Словом придет, ложный — с его оружием. Истинного Я пошлю и покровительствовать ему буду, ложный сам придет, и моей волей уничтожен будет. Всем говорю: не покрывайте голову ложью, ибо пеплом будет она покрыта, и превратится в прах тот, кто именем моим зло вершить будет. Так было, так есть, и так будет.

Кто Бога попрал, тот себя попрал. Кто божью правду ложью своей заменил, тот низверг себя в геенну огненную, тому не то что в памяти не жить людской и прахом своим на земле не остаться.

ПРИТЧА О ЗНАКЕ БОГА

Одной женщине приснился сон: она находилась в комнатах наверху и кормила ребенка, а внизу, где был двор, появились знакомые люди, которых она ждала. Они вошли в одни ворота и стали уходить в другие. Она увидела их спины: все люди были неестественного темно-серого цвета. Она не увидела среди них своего мужа. Сердце ее сжалось, и она окликнула человека, близкого их семье.

— Где мой муж? — спросила она.

Люди повернулись к ней лицом. Человек еле слышно произнес:

— Он умер. Пытались спасти и уже, казалось, спасли, а потом оказалось, что не смогли.

Жаром обдало женщину.

«Сколько ж можно терять? — подумала она. — Ушли из жизни мать и сын, я с трудом пережила эти лишения, но без этого человека жизнь станет бессмысленной». С ним она познала Бога, с ним шла по пути духовности, и не было у нее другого спутника, с кем бы можно было постичь Божественные Вершины при жизни. Без него существование теряло смысл.

Жар новой волной прошел по телу, и она поняла, что не спит.

Долго она плакала, моля Бога не отнимать у нее единственного человека, с которым она шла по этому новому для нее пути, и вдруг услышала:

— Что ты плачешь? Не о физической смерти идет речь. Он был с серыми людьми, с теми, кто не до конца прошел по пути просветления. Он умер для них, и они видели его смерть. Они пытались спасти его, чтобы он следовал вместе с ними по их пути, где жизнь — серость и прозябание, но не смогли. Ты не видела его смерти, значит, он не умер для тебя. Он придет обновленным к тебе, и ты увидишь это. Он дан тебе Высшей Судьбой, ваш путь будет долгим и плодотворным. Не гневи Бога, плача о том, что не ясно тебе, а благодари Его за знаки, которые Он посылает тебе. Смысл вашей жизни — познать Бога и передать это знание другим. Отпусти с легким сердцем старое и готовься принять новое. Это новая ступень вашего возвышения. Вы идете быстрее, чем может это делать человек, и путь ваш измеряется ступенями не в семь лет, а короче. Готовься встретить нового человека. В этот день произойдет воскрешение твоего мужа из тех, кто более мертв, чем жив. И пусть этот день будет праздником вашего просветления и нового освящения.

Слезы высохли на щеках женщины, камень упал с сердца, и она попросила у Бога прощения за непонимание Его символов. Она возблагодарила Бога, и муж явился к ней в новом сиянии. Увидев его обновленным, она поняла, что он воскрес из тех, кто более похож на животных, чем на людей. Он воскрес Духом своим, той Божественной Сутью, которая есть в каждом и которая мертва, пока человек отдает себя более материальному, чем духовному.

Увидев мужа обновленным и в новом Божественном сиянии, она поняла, что начался новый этап пути, и последуют они по нему вместе, и это будет не тот путь, по которому идут серые люди из ее сна.

Знаки Бога во всем, только человек не замечает их, а если они явны — не понимает.

Вера в Бога — это тот свет, который раскроет Истину.

ПРИТЧА О БОГЕ И ФИЗИКЕ

Встретились однажды Бог и физик, и физик начал объяснять Богу свою модель построения Мира.

— Твоя модель неверна, — сказал Бог.

Но физик начал доказывал свою правоту.

— Твоя теория ошибочна, — повторил Бог.

Но физик не унимался, он приводил одно доказательство за другим, пытаясь убедить Бога в непогрешимости своей теории.

— Создай Вселенную, — сказал Бог, развернулся и ушел.

Прежде чем начать спор с Богом, подумай, сможешь ли ты создать Вселенную.

27.01.2004 г.

ПРИТЧА О ПЛАТЬЕ БОГА

Не очень богатый человек, да к тому же часто болеющий, нуждался в одежде. Бог решил помочь ему: одеть его и избавить от недуга посредством своего исцеляющего платья. Он снял с себя платье и дал человеку. Тот принес его домой, тщательно выстирал его, боясь заразиться чужой болезнью, и только после этого стал носить. Платье Бога стало обычным, не несущим в себе божественной силы, но не потому, что его прополоскали в воде (вода не может сделать вещь божественной или лишить ее этого качества), а потому, что не было в человеке веры в великую силу Бога, в чем бы она не проявлялась.

Даже Бог не в силах излечить человека, если тот не верит в Его чудотворную силу.

ПРИТЧА О ЧЕЛОВЕКЕ — РОЗЕ МИРА

Бог создал Вселенную. Она была прекрасна. Она была похожа на тысячелистный цветок. Он долго любовался своим творением, потом решил создать множество маленьких цветов. Он создал маленькие вселенные. Они, как тысячи лепестков, рассыпались в пространстве и сверкали, как капли божественной росы. Это были звезды. Но и они показались Богу большими. Тогда Бог сделал так, что, посияв в космосе какое-то время, звезда взрывалась и рассыпалась на тысячи сверкающих частиц. И это тоже были цветы, но цветы иные. Это были галактики, не круглые, как первые божественные творения, а плоские, похожие на движение воздуха, на вихрь эфира. Они были очень красивы, но Богу показалось, что можно сделать цветок еще краше, и Он сотворил планеты. И они были по-своему очаровательны, однако цветок Солнца сиял, а планеты были тусклыми. И тогда Бог создал на них моря и горы, деревья и цветы, животных и человека. И каждый цветок был по-особенному прекрасен. Только человек в этом удивительном букете был самым необычным цветком. Бог творил его как розу: один лепесток отражал Вселенную, второй — Космос, третий — сияющие звезды, четвертый — живые планеты, пятый вмещал в себя мир растений, шестой — животный мир, другие лепестки — то, что трудно поддается описанию. И назвал Бог человека Роза Мира. И был тот прекраснее всего созданного до него, потому что вмещал в себе все, сотворенное ранее, и отражал его, как в зеркале.

Человек, увидев свое отражение, восхитился, а познав себя как совершеннейший цветок, возгордился. Когда же эта дикость проявилась в нем с еще большей силой, то оброс он шипами. Красива была Роза Мира, да колюча. Самолюбование и самоупоение лишило человека понимания сути. Тогда Бог создал растение, какого не было доныне, это был цветок, роза. Через это свое творение хотел Бог показать человеку, как прекраснейший цветок может приносить боль.

Тысячи розовых кустов появились на планете, где обитал человек, чтобы, глядя на них, он понял, каким стал. Однако возгордившийся человек, возомнивший себя царем Природы, потерял ощущение реальности — он многое перестал понимать. Его ум ослабел, сознание помрачилось, воображение стало примитивным. Он оброс шипами, красивыми, изящными, но ранящими чужое сердце.

Человек, выпустив шипы, колет другого, другой колет его, и так от бесконечных уколов кровоточат человеческие сердца.

Человек, срезая розу, чтобы не поранить пальцы, надевает рукавицы.

— Надень такую же одежду на свой характер, чтобы не поранить того, кто восхищается тобой, — шептал Бог, но человек не слышал.

Даря розы другому, человек обматывает стебель бумагой, чтобы не пораниться самому.

— Оберни свою строптивую натуру добром, чтобы не уколоть другого, — подсказывал Бог, но человек даже если и слышал, то не внимал совету.

Беря розу, человек аккуратно обламывает шипы, чтобы те не вонзились в его тело и не причинили боль.

— Обломай свои шипы! — взывал Бог, но человек слышал только себя, слова Бога не могли пробить броню его самолюбия.

Тогда Бог сделал человека чутким к собственной боли.

— Что ж, будь раним, человек, — сказал Бог, — и пока твоя боль не научит тебя чувствовать чужую, пока ты не станешь восприимчив к страданию другого, ты будешь цветком с шипами!

Но глупый человек, глядя на прекрасную розу, недоуменно произнес:

— А разве может быть роза без шипов? Это будет уже не роза. Вся прелесть этого цветка в том, что он красив и колюч!

Человек извращает многое, жаль, что прикладывает он свою руку к Божьему творению — от этого все несчастья его и беды.

Человек создан прекраснейшим цветком, но когда у цветка появляются шипы, он становится просто сорняком, неполезным, да еще и колючим.

11.04.2004 г.

ПРИТЧА ОБ ИМЕНИ БОГА

Один человек обратился к Богу:

— У меня появилось желание носить имя Бога. Мне нравиться оно, и я хочу так называться.

— Имя не одежда, — ответил Бог человеку. — Его не наденешь и не снимешь, хотя вы, люди, даете имя детям по своему усмотрению, меняете свои собственные по велению прихоти и не задумываетесь даже, что есть сокровенные имена; с тайным именем человек рождается и живет. Имя равнозначно сердцу, без которого человек не сможет существовать. Вынь сердце — и человек умрет, лиши его сокровенного имени — и произойдет то же самое.

— Глупости, — сказал человек. — Из-за имен бед еще не бывало, по крайней мере, я с этим еще не встречался. — Человек помолчал с минуту, словно обдумывая новое предложение, и снова обратился к Богу: — Я могу даже купить у Тебя имя, что Ты за него хочешь?

— Я имею все и ни в чем не нуждаюсь, — ответил с усмешкой Бог.

— Ну, хочешь, я сделаю так, чтобы все люди верили в тебя и поклонялись тебе? Это я могу сделать, а Ты — нет, — предложил безумец.

— Есть старая арабская поговорка: «Осла можно подвести к воде, но пить не заставит его даже Аллах». Я приму веру тех, кто пришел ко мне по велению сердца, а не благодаря серебряной монете. Твои желания, человек, порождены гордыней, а потому и усилия напрасны. Не носить человеку божественного имени, ибо он не Бог, он может обречь себя на погибель, ибо нет в человеке той силы, чтобы он мог носить имя Бога.

— Чепуха! Какая сила нужна, чтобы носить то, что не имеет веса? — усмехнулся человек, и на другой день, выйдя к людям, крикнул: «Я Бог».

— Сотвори чудо! — крикнул кто-то из толпы.

Но к этому безумец не был готов, потому что считал, что одному имени «Бог» уже должны поклоняться.

— Я осыплю вас золотом! — предложил человек, собравшимся вокруг него людям.

— Сотвори чудо! — потребовала толпа; золотой дождь, как оказалось, чудом не считался.

— Я дам вам счастье! — крикнул человек, пытаясь подкупить толпу чем-то более эфемерным, чем золото.

— Сотвори чудо! — настаивали собравшиеся.

— Я Бог!  Одно только имя мое заставляет преклоняться передо мной!

— Если ты Бог, то ничто не заставит тебя преклониться перед нами, — послышалось из толпы, и в сторону человека полетели камни.

От первых ударов человек упал на землю, а вскоре над ним вырос холм, ставший погребальным курганом.

Глядя на все это, Бог сказал:

— Я же говорил, нет в человеке той силы, чтобы носить имя Бога. Истинный Бог любой камень на лету остановит, а если и позволит камням окружить себя, то с легкостью поднимет гору и понесет, как пушинку. Глуп человек в гордыне своей…

Человеку — человеческое, Богу — Божественное.

Иисус сказал: «Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22,21).

Имя — знак. С каким знаком родился, с таким и умрешь.

Сильнее Бога только Бог.

20.04.2004 г.

ПРИТЧА О СЛАБОУМНОМ ХАНЕ

Получил сын в наследство от отца ханство. Цветущий край. Прекрасная страна. Работящий народ. И все бы хорошо, но не любил новый хан людей. Они просто ему не нравились. А когда что-то не нравится, оно начинает раздражать.

Изгнал хан сначала простолюдинов: земледельцев да ремесленников. Но не почувствовал он тягот, так как закрома его были еще полны. Продал всех женщин своего гарема в рабство и не испытал тоски без любви. Изгнал слуг, затем свиту и остался во дворце один мудрец.

— Я хочу, чтобы ты предсказал мне будущее, — сказал хан мудрецу.

— Его нет у тебя, — ответил мудрец.

— Я прикажу отрубить тебе голову, — пригрозил хан.

— Мне незачем волноваться за нее, потому что в ханстве нет ни одного палача.

— Я прикажу бросить тебя на съедение львам.

— И они не смогут отведать моего тела, так как некому меня сопроводить туда.

— Но ты пока еще первый советник в ханстве и должен сказать, как я могу тебя уничтожить.

— Это невозможно, ибо ты уже сам себя уничтожил, — ответил мудрец и покинул дворец.

Когда ханство стало безлюдным, хан сошел с ума, потому что ненависти его не на кого было распространяться и она съела его изнутри.

Власть в руках дурака делает его идиотом.

2.11.2004 г.

ПРИТЧА О БЕССМЕРТИИ

Жил на свете мудрец, который говорил:

— Будущее народа — в его детях. Ты, родитель, заложи в дитя семя любви, ты, учитель, — семя веры, а ты, правитель, — добра. Вырастет человек, и вырастет внутри него дерево любви-веры-добра. А такие деревья дают плоды благонравия, благоразумия, благодушия, благомыслия, благонамерения, благочестивости, благотворчества.

Выслушал родитель — махнул рукой:

— Некогда ерундой заниматься.

Выслушал учитель и ответил:

— Дети бестолковые: ничего не понимают и ничему не верят.

Выслушал правитель и сказал:

— От добра добра не ищут.

И шумел на той земле лес, где росли одни дубы.

Ушел этот мудрец, на смену ему пришел другой, затем третий, десятый, сотый… и каждый говорил одно и то же:

— Будущее народа — в его детях. Ты, родитель, заложи в дитя семя любви, ты, учитель, — семя веры, а ты, правитель, — добра. Вырастет человек, вырастет внутри него и дерево любви-веры-добра. И будет на земле благополучие, которого все ждут, недоумевая, почему оно не приходит. Каждый ребенок — это взрослый, каждый взрослый — это родитель, учитель и правитель. Каждому нужно сделать одно: заложить в душу ребенка семя любви-веры-добра. Когда первые дадут пример вторым, а вторые — третьим, за теми последуют уже тысячи. И вырастет на земле сад с прекрасными плодами, и станет край благодатным, а люди — благородными. И наступит благоденствие — Золотой Век, век всеобщего счастья.

Все люди хотят счастья, но никто ничего не делает для прихода его. И так длится веками. Но однажды кончается у Бога терпение и наступает потоп. Он сносит все на своем пути, оставляя нескольких благородных людей, чтобы от них пошел род людей благородных.

Но может не быть потопа, если однажды люди посадят дерево любви-веры-добра…

Творимое зло останавливается Богом, ибо Он не допускает продолжения его до бесконечности.

Творимое добро поощряется Богом, и тогда люди становятся бессмертными.

2.11.2004 г.

ПРИТЧА О НЕЗРЯЧЕМ

Пришел посланник Бога к незрячему, чтобы тот прозрел. Принял незрячий посланника, усадил и стал спрашивать:

— Ты Бога видел?

— Видел и пришел тебе показать.

— Какой он, расскажи.

— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

— Ты смеешься надо мной: я ведь незрячий.

—  Если бы ты был глухим, я бы рассказывал, но так как ты слепой, то я должен показать тебе Его.

Разгневался незрячий и крикнул:

— Иди прочь, насмешник, ибо ты не понял, что мне нужно!

И посланник ушел.

Бога можно видеть только глазами души. Если она слепа, то человеку ничто уже не поможет.

2.11.2004 г.

ПРИТЧА ОБ ИСТИННОЙ ИСТИННОСТИ

Однажды Бог сказал:

— Возьмите свои сосуды, поднимитесь на Священную Гору и наполните их Истиной, Истину передайте людям, чтобы они не жили в невежестве.

Услышали немногие и те не поняли истинного смысла слов Бога. Они взяли кувшины и пошли на Гору. Увидел Бог, что сосудами людей были не их сердца, а кувшины и превратил Духовный Исток в воду, чтобы священной влагой наполнить мирские сосуды. Пришедшие наполнили кувшины и стали спускаться вниз. По дороге они заспорили, у кого Истина истиннее. Спор перешел в драку. Истину не только расплескали, но и надавали кувшинами друг другу тумаков. Когда же опомнились, то нашли кувшины пустыми, и поняли, что ожидающим Истины нечего дать. Тогда ходившие к Истоку Истины подошли к ближайшему водоему, наполнили свои кувшины обычной водой и пошли к людям.

Люди искренне считали, что в кувшинах Истина из Высокого Источника и с особой осторожностью, чтобы не пролить ни капли священной влаги, стали пить. Они пили и отходили, чтобы пойти в свой край и передать другим то, чем они наполнились.

Когда же пришедшие стали давать ожидающим истину, то сначала появлялся ропот, потом возмущение, которое нередко перерастало в драку, а драки все чаще оборачивались жестокими, кровопролитными войнами. И причина возмущений, драк и войн была одна, чья истина истиннее. И хотя истинной Истины у людей не было изначально, спор продолжался тысячелетиями и остановить его было невозможно. И тогда возмутилась сама Природа: споры стали порождать вихри, войны — бури, а кровопролитие — потопы.

Люди увидели в действиях Бога несправедливость и посчитали их лишенными смысла.

— Господи! — возопили они. — За что ты убиваешь нас?

— А за что вы убиваете друг друга? — поинтересовался Бог, хотя Ему-то все было известно.

И вдруг люди стали кричать, что их истина самая истинная и только в нее должны верить остальные, только ее придерживаться и только по ее Законам жить!

— А вы уверены, что ваша истина самая истинная?

— Да, потому что нам ее дали те, кто ходил к Священной горе, — ответили люди.

— Но разве Истина учит войне? Почему же вы воюете? — Бог знал причину, но Ему хотелось знать, как объясняют свои неправомерные действия люди.

— Мы воюем потому, что другие не признают нашу Истину, — закричали все одно и то же.

— Если истина такова, что ее не признают другие, — значит это не Высшая Истина. Высшая Истина — едина для всех, и она не разъединяет, а объединяет людей в единых помыслах, единой любви и едином стремлении к Благу. Либо вы осознаете это и будете жить в мире и согласии, либо порожденное вами зло поглотит вас.

Люди не вняли Богу и были обречены.

Истина едина, двух и более истин не бывает.

ПРИТЧА О БОГАЧЕ И ЛЕКАРЕ

Обратился один богач к лекарю:

— Вылечи меня. Болен я тяжело, и нет сил мучиться более.

— Я не смогу вылечить твои болезни, — ответил целитель.

— Но ты же лечишь других, и небезуспешно, — настаивал богач.

— Я лечу в основном бедных, потому что они легче поддаются лечению, — то ли пошутил, то ли сказал правду лекарь.

— Я тоже буду легко поддаваться лечению, только возьмись, — не унимался богач.

— У тебя иные болезни, а перед ними я бессилен.

— Да у меня такие же, как и у всех: так же болит печень, мучит желудок и режет кишечник, так же ломит спину, пухнут ноги и болит голова.

— У каждой болезни есть своя причина, — твердил своё лекарь, — у бедняка печень, желудок и кишечник болят от недоедания. Если его накормить, он будет здоров. У тебя же эти болезни от переедания. Тебе нужен голод, чтобы излечить твои внутренности.

— Голодом излечиться нельзя, от голода можно умереть, — отрезал богач. — Я понимаю, что ты шутишь, поэтому и не сержусь. Но ноги и спина, — продолжал он, — не могут болеть от переедания, и голодом их не вылечишь, а поэтому и лечить их нужно по тому же рецепту, по которому ты лечишь бедняков.

— И эта болезнь имеет разные причины, — начал объяснять лекарь, — у бедняка ноги и спина болят от тяжёлого труда, а у тебя — от постоянного лежания. Тебе бы я посоветовал побольше трудиться, а бедняку — почаще отдыхать.

— Но голова ни у бедняка, ни у меня не занята работой, — возмутился богач, — но болит одинаково!

— Все болезни — от головы, — заключил лекарь, — что она порождает, от того и сама болит, и у других органов здоровье отнимает.

Лекарь сказал так мудрёно, что богач ничего не понял, а целитель, улыбаясь, продолжил:

— Вот тут ты прав: и у бедняка и у тебя  одна и та же причина болезни — много дурного в голове рождается, оттого она и болит. И обоим я дал бы один рецепт: побольше думать о хорошем — головную боль как рукой снимет.

— Говоришь ты много, но заумно, — возмутился богач. — Не мудрец ты, а лекарь, и твоё дело — лечить, а не разглагольствовать.

— Я и лечу.

— Как же ты лечишь, — закричал богач, — если я от тебя ни одного совета ещё не получил, не считая глупой болтовни!

— Первое правило целителя: начинать лечить надо с головы. Вот я и пытаюсь её лечить, но пока безуспешно, потому что твоя голова продолжает болеть.

— Оставь свои мудрствования, — предложил богач, — и займись лечением. Вот тебе деньги, и чтоб в короткий срок меня вылечил.

— Бессилен я что-либо сделать, здесь глухоту лечить надо.

— Да ты вообще не лекарь! — заорал богач. — Я не глухой! Я всё слышу! Возьми деньги, много денег и дай мне рецепт от всех болезней.

— На деньги можно купить много мяса, а вот здоровья на них не купишь. Купи лучше мозгов, — пошутил лекарь, — вдруг поможет.

Глупый богач пошёл на базар и выбрал себе лучшие мозги быка, козла, барана, даже куриные нашёл. Дома он их сварил и съел… но ни одна болезнь не прошла, только ещё тяжелее стало. Отправился он снова к лекарю.

— Я съел все мозги, — с порога крикнул богач, — но мне это не помогло!

— У тебя их и так немного было, — уже откровенно шутил лекарь, — так ты ещё и последние съел.

— У меня было много мозгов! — возразил богач, не понимая шутки целителя, и стал перечислять все, которые купил на базаре. — Бычьи, козлиные, бараньи и даже куриные!

— Если нет своих мозгов, то куриные не помогут. Я не смогу быть полезным тебе, — сказал утомленный врач, — потому что каждый помогает себе сам. Любую болезнь можно вылечить, если приложить к ней мозги.

И тут же лекарь представил, что мудрые слова могут превратиться ещё в одну глупость, что и вышло: богач снова купил себе на базаре мозги животных и стал прикладывать их к больным местам. Так, обложенный мозгами, он и умер.

— Отмучился, — сказал, осмотрев умершего, лекарь, и никто не знает, кому он адресовал своё заключение: себе или больному.

Было смешно видеть эту глупую смерть, но грешно смеяться в таких случаях. Лекарь сделал скорбное лицо и покинул ушедшего в иной мир богача.

Так ведь и живут люди, прикладывая мозги не туда, куда следует. (Впору смеяться, да надо скорбеть.)